Последний оплот утонченности

• Кадр из фильма “Железный человек-3”“Железный человек-3”. Режиссер Шейн Блэк.
В третьей части “Железного человека” Тони Старк (Роберт Дауни-младший) швырнет с обрыва в воду свое искусственное сердце-реактор и сообщит, что стал другим. Позволим себе ему не поверить – пусть медики и извлекли из его груди шрапнель, из-за которой и приходилось пользоваться ненастоящим сердцем, но уязвимость Тони осталась с ним по-прежнему. Из-за нее его и полюбили так нежно: нет, конечно, юмор и обаяние Роберта Дауни-младшего обладают поистине бронебойной силой, но защитник, которого хочется защитить – сочетание, очень уж подходящее для любви.
Уязвимость Старка в фильме подчеркивается не раз. После того, как в картине “Мстители”, где Железный человек был одним из героев, в Нью-Йорк вторглись инопланетяне, у Тони начались панические атаки: ему страшно вести машину по темной дороге, его охватывает ужас, когда он находится внутри своего костюма – а железных костюмов теперь у Старка много, и в течение картины они поочередно разваливаются на части, что выглядит весьма символично. Так же выглядит и то, что Старк упускает свою верную помощницу и даму сердца Пеппер (Гвинет Пэлтроу) – во время решающей битвы со злом, когда все вокруг трещит, горит и ломается, он произносит что-то вроде “Прыгай, я тебя поймаю!”, но так и не пойманная Пеппер исчезает внизу, в языках пламени. А в уже ставшей традиционной сцене после титров психоаналитик намеревается выслушать рассказ о нелегкой судьбе Тони – например, о том, что в 14 лет у него все еще была няня, – но сладко засыпает, так и не выполнив своей функции. Так что Железному человеку придется разбираться со своими проблемами самостоятельно.
Соня-психоаналитик – вылитый доктор Брюс Беннер, ученый, который может превращаться в зеленого монстра Халка, и его появление в фильме объяснить нетрудно. Первый “Железный человек” оказался началом грандиозной киноэпопеи “Кинематографическая Вселенная Marvel”: цикла фильмов, где действуют герои комиксов Marvel – и для того, чтобы поддержать корпоративный дух, один из героев может появиться в фильме про другого. На данный момент Вселенную составляют несколько частей истории про Тони Старка, “Невероятный Халк”, “Тор”, “Первый мститель” и “Мстители”. В последнем фильме боги и супергерои собираются вместе для защиты Америки от пришельцев, и становится понятно, что Старк из них самый живой, притягательный и остроумный, едва ли с ним могут конкурировать Капитан Америка, Халк и даже Локи. Не случайно в третьей части “Железного человека” звучит ехидная фраза: “С того момента, как с неба свалился этот ваш Тор, утонченность никого не впечатляет”.
У всех вышеперечисленных фильмов из Вселенной Marvel будет по сиквелу, и можно предположить, что и не по одному: Тони Старка вот-вот потеснят коллеги, утонченности лишенные вовсе. И режиссер Шейн Блэк обыгрывает эту не самую приятную перспективу, иронизирует над ней, используя примитивные, дешевые ходы, но тут же объясняя, что он пошутил. Например, в фильме слишком много железных костюмов – их у Тони Старка уже не один, и не два, а больше сорока, но это не подчеркивание достоинства супергероя, которому требуется отважная армия, а результат бессонницы. Пытаясь успокоить нервы, Старк делает новые железные коконы и дает им имена – то Сердцеед, то Краснолобик. Избыточность у Блейка не величественна, а абсурдна. Пеппер переживает, что отношения со Старком развиваются не очень-то гладко, и любимый дарит ей плюшевую игрушку, но даже самый сентиментальный человек вздрогнул бы, увидев этого ненормально большого кролика.
Обычная жизнь побеждает пафосный комикс и в еще одном эпизоде: находящегося без сознания Старка перебрасывают в маленький городок в штате Теннесси, где он приходит в себя и знакомится со своим спасителем, мальчиком по имени Харли (Тай Симпкинс). Пацан ловкий, смышленый, в технике разбирается и растет без отца – последний факт становится поводом для одной из самых смешных фраз фильма: “А отец ушел за лотерейными билетами. Шесть лет назад. Выиграл, наверное”. Для миллиона героических историй появление такого мальчика даром бы не прошло – он бы стал правой рукой главного персонажа, юным супергероем, и бился бы со злом наравне со старшим товарищем. Однако Тони Старк, восстановившись, спокойно дает мальчику понять, что тот ему в качестве молодого коллеги абсолютно не нужен – а потом, когда ситуация в мире слегка улаживается, дарит ему замечательный подарок. Потому что мальчики должны играть, учиться и получать подарки, а не биться с террористами.
Террористы – точнее, Главный Террорист по имени Мандарин (Бен Кингсли) с устрашающей черной бородой – пытается в этом фильме поставить на колени если не весь мир, то Америку точно; выпуски с его жесткими обращениями регулярно и внезапно прерывают телепередачи, и сам американский президент (Уильям Сэдлер) пребывает в растерянности. Мандарин не только вещает с экрана, он устраивает серию взрывов, в одном из которых едва не погибает Хэппи Хоган, глава службы безопасности Старка (роль не самая большая, но заметная, и сложивший с себя режиссерские обязанности Джон Фавро в ней совершенно очарователен).
Старк, разъяренный ранением Хэппи, бросает Мандарину вызов и в результате сам едва остается в живых. А позже узнает, что ситуация несколько сложнее, чем казалось, а главное – он сам когда-то поспособствовал ее возникновению. Это произошло на вечеринке по поводу миллениума, когда Старк бродил по залу в изящной полосатой шляпе и с изящной влюбленной в него шатенкой под мышкой. Шатенка Майя (Ребекка Холл) оказалась изобретательницей технологии по регенерации тканей, но опасность исходила не от нее, а от взлохмаченного очкарика Олдрича Киллиана (Гай Пирс). Старк небрежно назначил ему встречу на крыше, но отвлекся на Майю, и замерзший Киллиан до рассвета строил коварные планы. А когда прошло время, он вновь появился в жизни Старка: сдержанный, стриженый, высокомерный, защищенный подручными, которые могут отращивать себе отрубленные руки и ноги и светиться изнутри оранжевым цветом, и выдающий себя за прислужника Мандарина. Но зловещий террорист окажется пшиком – преследуя Мандарина, Старк обнаружит во дворце суетливого старикашку Тревора, озабоченного славой и наркотиками актера, которого просто наняли изображать террориста. Бен Кингсли в этом двойственном воплощении просто великолепен. Тем более что изображать жалких персонажей ему приходится нечасто, и ролью Тревора он по-настоящему наслаждается.
И без того насыщенный событиями сюжет “Железного человека-3” еще и щедро украшен боями, взрывами и полетами. Особенно хороша сцена, где один из железных костюмов, управляемый хозяином с земли, спасает одиннадцать человек, выпавших из развалившегося самолета. Шейн Блэк так же ловко управляет всем, что происходит в фильме, выстраивая цепочки из событий, но при этом сохраняя и некоторую несуразность, хрупкость – как тот же железный костюм, который рассыпается на части, но потом собирается вновь. По тому же принципу, кстати, делалась и первая картина Блэка, детектив “Поцелуй навылет”, где одну из главных ролей тоже играл Роберт Дауни-младший. Картина умная, но не без хаотичности.
Уязвимость и хаотичность могут быть присущи жизни супергероя, если ему самому присуща человечность, а Старк из таких. Помимо внешних битв, он ведет и бои с внутренними демонами, и страшно интересно, каким он предстанет в следующем фильме. Блэку удалось очистить Железного человека от излишнего супергеройства – и тем, что все сорок два костюма взрываются в конце, и тем, что кровь в Старке качает не искусственное сердце, а живое, и тем, что в Америке появился созданный правительством Железный патриот – костюм, в котором летает друг Старка, полковник Джеймс Роудс (Дон Чидл). Он и спасет в конце концов президента, как положено патриоту. А Старк, как положено человеку, спасет обычных людей. Его же самого спасет выжившая в пламени Пеппер и больше не будет злиться на своего мужчину за то, что он когда-то провел весьма бурную ночь с женщиной, которая занималась регенерацией тканей.
 

Жанна СЕРГЕЕВА
«Экран и сцена» № 9 за 2013 год.

Print Friendly, PDF & Email