Кровавый хамелеон

“Идеальный пациент”. Режиссер Микаэль Хофстрем.

“Шведский Ганнибал Лектер” – так называли самого знаменитого шведского серийного убийцу, насильника, педофила и каннибала. В психиатрической больнице он рассказал, что совершил не только те восемь убийств, за которые был осужден, но и еще двадцать. Его называли Томасом Куиком, по имени одной из многих его личностей – убийца страдал диссоциативным расстройством. Спустя время он вернул себе свое настоящее имя, Стуре Бергвалль, и продолжил мирную жизнь в стенах клиники: ранний подъем, прогулка, во время которой он вытаптывал в снегу или пыли знак бесконечности, кроссворды, отход ко сну. Врачи говорили, что по нему можно сверять часы.

Бунтари периодически разбрасывали листовки с надписью “Куик невиновен”, но такое бывает всегда, стоит ли обращать внимание. Однако совершенно случайно фраза о листовках запала в память и душу тележурналиста Хонне Ростама. Он начал телевизионное расследование, которое привело к пересмотру дела Стуре Бергвалля. Этот документальный фильм получил множество журналистских наград.

Режиссер Микаэль Хофстрем и сценарист Эрленд Лу создали картину “Идеальный пациент” на основе реальных событий, сделав акцент на фигуре журналиста, не лучшего отца и мужа, зато профессионала, готового жизнь отдать за правду и справедливость.

Хонне Ростам (Юнас Карлссон) работает на шведском телевидении. На работе он и его коллеги не то чтобы убиваются, понятия “дедлайн” для них будто вовсе не существует. Например, начальник Ростама Эрик (Даг Малмберг) в середине дня бродит по редакции с веселым и спокойным лицом, ласково журя сотрудников: “Когда материал подготовишь? Еще в среду обещал”. Такому начальнику не грех и соврать, ответив на дежурный вопрос: “А ты над чем работаешь?”, что надо еще немного времени для проверки интересных фактов о пожарах двадцатилетней давности.

За поджоги тогда осудили нескольких подростков и осудили несправедливо. Ростам и его стажерка Енни Кютим (Альба Аугуст) сперва пробуют это доказать, но давние убийства и особенно их автор, Бергвалль, захватывают журналиста куда сильнее, чем давние поджоги, и о подростках, сейчас уже взрослых людях, он благополучно забывает.

Высокую степень увлеченности Ростама своим героем режиссер и сценарист иллюстрируют очень просто – через пренебрежение отцовскими обязанностями. Сперва Ростам отвлекается от возмущенного рассказа восьмилетней Эммы (Айва Анани) о том, что подружка назвала ее дурой, и впивается взглядом в витрину книжного магазина, где стоит книга о Куике-Бергвалле. Потом упоенно читает эту книгу на стадионе, не обращая никакого внимания на то, сколько голов забила девочка. И апофеозом становится ситуация, когда он изучает дома материалы, готовясь к поездке в психиатрическую больницу, а забрать дочь из школы забывает.

“А у тебя есть семья? Как вы живете?” – интересуется Бергвалль (Давид Денсик), когда привезенные гостем сладкие булочки съедены. (“Quid pro quo!” – звучит в этот момент в голове голос Энтони Хопкинса.) Журналисту страшно наедине с маньяком, он вспоминает фото убийств, глядя, как Бергвалль, трогательный немолодой очкарик, облизывает измазанные сахарной пудрой пальцы. Ростам нервно сглатывает, когда маньяк спрашивает, как зовут его дочку.

Вторая беседа – на столе тарелка с яблоками и грушами – проходит легче, и камера показывает, что руки Ростама расслабляются, он уже не стремится нажать на тревожную кнопку, чтобы вызвать охрану. Беседа течет легко, и счастливый журналист несется в редакцию, прихватив с собой несколько детских фото Бергвалля и его признание в том, что сексуальные отношения у него были лишь с одной женщиной – стало быть, совершить несколько изнасилований маньяк не мог.

Идея о том, что Бергвалль невиновен, захватывает и Ростама, и Енни. Они постепенно узнают, что полиция вела дело маньяка довольно странно. Многие доказательства его вины можно опровергнуть. Где-то не хватает улик, где-то вообще имеется алиби, где-то подробности убийства, о которых сообщает в своих признаниях Бергвалль, противоречат реальности. Например, он подробно описывает убитую им девочку, упоминая крупные передние зубы и светлые волосы, в то время как она была брюнеткой, а передних зубов у нее и вовсе не было.

В остальных признаниях тоже слишком много белых ниток, и вообще складывается впечатление, что детали убийств осужденный прочел в газете. Через время он и сам расскажет, что регулярно сидел в библиотеке, читая о “своих” убийствах, чтобы потом максимально достоверно рассказать о них следователям.

С той же охотой Бергвалль общается с больничными психологами, которые строят предположения, что ранние отношения с матерью повлияли на его развитие. Будто по заказу, Бергвалль переживает приступы и рассказывает специалистам о том, как родители расчленили его новорожденного брата и заставили его съесть кусочек.

Психологи пишут книгу, которая должна стать событием в психо-аналитическом мире. Но помогающий им криминальный психолог даже не удосуживается проверить, как в действительности обстояли дела, и почему никто не в курсе, что чета Бергваллей когда-то съела маленького мальчика.

Ростам и Бергвалль становятся все ближе. Однажды в телефонном разговоре журналист тоже совершает серьезное признание – рассказывает о том, как его спросили, когда он был счастлив в последний раз, и он ответил, что во время разговора с дочкой. Меж тем с дочкой он почти не разговаривает, да и она не очень рвется общаться с отцом. “А когда же ты бываешь счастлив?” – кротко интересуется Бергвалль. “Например, сейчас” – отвечает журналист, сжимая в руке телефон.

“Молчание ягнят” и “Зодиак” во время просмотра “Идеального пациента” вспоминаются не раз, и режиссер на это рассчитывал, но фильма Михаила Сегала “Кино про Алексеева” Хофстрем явно не видел. Зато его герой иллюстрирует своим поведением цитату из фильма: “Если ты кого-то любишь, то дай ему то, что он хочет”.

Полицейские страдают от множества нераскрытых дел, и Бергвалль с удовольствием помогает им разобраться с “глухарями”, признаваясь все в новых и новых убийствах.

Главный психоаналитик (Сюзан Рейтер) мечтает о славе, о научных публикациях, о высоком статусе в профессиональном сообществе – и Бергвалль делится страшными воспоминаниями, поставляя материал для книги.

А чего хочет Ростам? Он хочет быть хорошим, хочет быть кому-то настоящим другом, а еще мечтает сделать фильм, о котором заговорят. И Бергвалль соглашается на ряд интервью, а в них говорит то, что хочет услышать журналист – что он не совершал никаких убийств. И в перспективе у Ростама – известность и утоленное чувство справедливости.

Еще Ростаму нужен близкий друг, и он сам хорошо это понимает; печальной тайной о своем неоперабельном раке и близкой смерти он не может поделиться ни с отдалившейся дочерью, ни с женой, ни с Енни. Правда, не очень понятно, почему – возможно, потому, что они женщины. Опять же непонятно, почему у такого славного и обаятельного журналиста вообще нет приятелей, с которыми можно иногда видеться, играть в баскетбол, пить пиво. Только Бергвалль дает ему сочувствие и так необходимые обьятия.

“Идеальный пациент” – фильм чрезвычайно простой, особенно с точки зрения характеров. Эрленд Лу стал знаменит благодаря повестям об инфантильных и слабых мужчинах, абсолютно не знаюших, что им делать со своей жизнью: кого-то они раздражали, у кого-то вызывали сочувствие, но развития в их характерах не было. Постановщику фильма “Во власти женщины” по произведению Лу даже пришлось полностью поменять финал, чтобы добавить герою хоть каплю маскулинности.

В “Идеальном пациенте” героев тоже не назовешь интересными. Похожий на садового гномика Бергвалль мог бы искать любви, но нельзя сказать, что ее у него не было, поэтому легко заподозрить его и в том, что им движет корысть: за свои признания он получал наркотические препараты и жил не в тюрьме, а в комфортной больнице.

Рисунок роли Енни заключается в том, что она постоянно поднимает брови и хмыкает. Ростам тоже показан через пару-тройку черт характера: целеустремленный, доверчивый, вот и все.

А еще в картине всего одна шутка – Ростам напоминает Бергваллю, который с любопытством смотрит на мобильный телефон, что тот ни разу не видел гаджетов вживую, потому что попал в больницу, “когда в СССР еще правил Горбачев”. Давид Денсик играл Михаила Горбачева в сериале “Чернобыль” – но оценить эту шутку смогут лишь те, кто видел сериал. Наивно, не супер.

Жанна СЕРГЕЕВА

«Экран и сцена»
№ 22 за 2019 год.

Print Friendly, PDF & Email