Обманули дурака

• Кадр из фильма "Авантюристы"«Авантюристы». Режиссер Константин Буслов.
Несмотря на стереотипный вид плаката – девушка-красавица посередине, по бокам разноформатные интересные мужчины – фильм «Авантюристы» все равно сперва кажется притягательным. Одну из мужских ролей играет Константин Хабенский. Постановщик – Константин Буслов, продюсер неплохого альманаха «Короткое замыкание» и режиссер веселого фильма «Бабло». Сценарий написал Денис Родимин: по его сюжетам поставлены «Жестокость», оба «Бумера» и чудесная «Теория запоя», цитата из которой – «Это кто такой некрасивый пришел?» – будет, похоже, жить вечно. В написании сценария также принимала участие Юлия Идлис, критик, переводчик, прекрасный поэт. Вдобавок первоначальное название картины звучит как «Цой и Цукерберг»: один из главных героев поначалу должен был постоянно слушать Цоя, а второй – гордо носить прозвище Цукерберг. Словом, остается лишь притихнуть в ожидании начальных титров и ждать чего-то умного, лихого, с неожиданными поворотами сюжета и тонкими, ироничными шутками персонажей.
Итак, на Мальте подрабатывает инструктором по дайвингу Макс (Константин Хабенский). У него не самые лучшие отношения с серьезным представителем мальтийского криминала – тот требует возврата большого долга, и в первых кадрах его подручные окунают привязанного к стулу Макса в бассейн. Но Макс, будучи через несколько минут извлечен на поверхность, даже не кашляет – видимо, потому, что инструкторы по дайвингу умеют надолго задерживать дыхание.
На этот же благословенный остров приезжает красавица Катя (Светлана Ходченкова) со своим бойфрендом Андреем (Денис Шведов). Андрей почти сразу подается как комический третий лишний – он постоянно говорит по телефону, решая рабочие проблемы, и даже вынужден из-за этого лишать свою подругу интимных радостей, несмотря на призывное повторение ею слова «мяу».
Поэтому, когда перед наплававшейся на глубине Катей возникает Макс и они начинают выяснять, почему три года назад она месяц ждала его на пирсе, а он так и не пришел, то расклад в треугольнике определяется быстро: нежная блондинка, ее сильный глупый друг и ее давняя любовь, сорвиголова и умница. Остается только угадать с одного раза, чем все закончится.
Константин Хабенский вновь играет начинающего стареть неудачника, сбежавшего от самого себя на теплый остров. У нет ничего, кроме мятущейся души, большого запаса желчи и непонятного успеха у женщин. В отличие от героя фильма «Географ глобус пропил», где ярко представлен тот же типаж, у Макса нет никакой выстраданной жизненной философии – если бы еще он постоянно слушал и цитировал Цоя, как задумывалось вначале, то выглядел бы совсем неприятной личностью, инфантильным недорокером. Впрочем, в сцене, где он обвиняет Катю в том, что с Андреем она только ради его денег, и выкрикивает: «Что, он ваших будущих детишек уже в престижный садик записал, да?!», внутренний мир Макса, обиженного на судьбу, тоже виден вполне отчетливо.
Но сперва Андрей заплатит Максу за то, чтобы он погрузился вместе с Катей в каких-нибудь неизведанных местах, и та, искусно направляемая бывшим возлюбленным, найдет в пещере кусок ткани, который в результате окажется частью спасательного жилета времен Второй мировой.
Отыскав любознательную Катю в местной библиотеке, где девушка будет пытаться узнать что-то о жилете, Макс засыплет ее сведениями о войне, подводных лодках, спрятанных сокровищах, тайных проектах Анненербе и так далее – его долгий рассказ будет так походить на нудный кусок из учебника истории, что режиссеру придется хоть как-то оживлять нескончаемый поток фактов: то заставлять героя прерываться на то, чтобы откусить кусок яблока, то вкладывать в уста Кати реплику «Шнурок завяжи!» Но после завязывания шнурка Макс продолжит рассказывать о сокровищах казенным, скучным языком – страшно представить, что бы было, играй этого героя менее талантливый актер.
Андрей, узнав о таящихся на дне моря сундуках, некогда принадлежавших рыцарям-госпитальерам, легко вложится в проект – и вот уже троица, вызнав расписание береговой охраны, пытается найти сундуки и поднять их на арендованный у местного мрачного старика катер.
Андрею, несмотря на всю его комичность, тоже достается право почитать лекции – в детстве он увлекался склеи-ванием моделей кораблей, и в нужный момент ему придется обратить внимание Макса на то, что на картине, висящей в его утлом домишке, фелюка «Фортуна» выглядит не совсем так, как обычные корабли этого вида (попутно зритель обогатится сведениями о том, что такое фелюка), и это натолкнет Макса на новые идеи по поиску сокровищ.
Все, что происходит в фильме потом, проще всего описать словом «хаос». Найденные на дне моря статуэтки оказываются фальшивками; потом возникают новые, настоящие; потом дно подарит ребятам несколько ящиков старинного вина; потом с этим вином произойдут разные неприятные вещи, мрачный старик будет заглядывать своими голубыми глазами прямо в душу, произойдет взрыв, кончатся деньги…
Отдельного внимания достойна сцена в музее, где Катя притворяется, что ей стало плохо, чтобы отвлечь смотрительницу зала – а Макс тем временем проникает в особое помещение, чтобы получить нужную для очередного поиска информацию. Катя и Андрей разыгрывают сцену «беременной женщине нехорошо» настолько фальшиво, что даже становится обидно за жителей Мальты, которые в глазах авторов картины выглядят настолько тупыми.
Словом «фальшивка» можно обозначить не только содержимое первого сундука и разыгранный в музее спектакль – оно, по большому счету, применимо ко всей истории. «Авантюра» звучит куда благороднее и подразумевает несколько иной тип поведения – так что героев фильма можно назвать врунами и неврастениками, но никак не авантюристами: для этого определения в них, и тем более во всей истории, не хватает шика.
Как ни странно, доля шика присуща мальтийскому криминальному элементу. Напоминая Максу, что долги надо отдавать, тот не ограничивается погружением в бассейн: запаковывает дайвера в гроб и сбрасывает его со скалы.
Неуязвимый герой Хабенского отделывается парой синяков и изящной струйкой крови на виске – абсолютно такой же, как в одном из начальных эпизодов (складывается ощущение, что обе сцены снимали в один день, а гримеру не дали точных указаний).
В конце концов окажется, что Макс развел как лохов и свою бывшую любимую, и ее нынешнего мужчину. Но в подаче режиссера даже после этого он остается сорвиголовой и умницей. А бедный Андрей, который вполне резонно хочет вернуть себе фактически украденные у него сто тысяч евро, и делает это даже не без романтики, все равно оказывается жадным и неумным банкиром. Для Кати сказанные со значением слова: «Статуэтка богини любви, женщина-кошка» важнее, чем забота Андрея и перспектива (кто бы объяснил, что в этом плохого) отдать будущих детей в хороший детский сад.
Пока герои мечутся туда-сюда, разбираясь с ценой найденных на дне статуэток и бутылок, а сюжет все неуклоннее движется к банальнейшей из развязок – особенно когда Макс, еле сдерживая скупую мужскую слезу, нервно кричит что-то вроде: «Катя! Мне нечего тебе дать! У меня ничего нет! Уходи к нему!» – не оставляет мысль о том, что авторы все-таки придумали что-то такое, что резко выведет фильм из пике и заставит в финале ахнуть от удивления и восторга.
«Авантюристы», несмотря на плохое название, просто были обязаны выдать в конце неожиданный финт, который оправдал бы и работу Дениса Родимина, и участие Юлии Идлис. Эта надежда остается вплоть до слова «Конец» – более того, и спустя несколько дней после просмотра кажется, что такие варианты предлагались, что Андрей был не столь примитивным, образ Кати не сводился к демонстрации красивых ног и симпатии к кошкам, а Макс был достоин любви к песням Цоя.
Однако надежда хоть и умирает последней, но все-таки умирает. И остается только вспомнить название первой картины Константина Буслова – оно-то и объяснит, ради чего все на самом деле было затеяно.

Жанна СЕРГЕЕВА
«Экран и сцена» № 8 за 2014 год.

Print Friendly, PDF & Email