Вся жизнь впереди

Фото Е.СЕРГЕЕВСКОЙ
Фото Е.СЕРГЕЕВСКОЙ

В новом спектакле “Тоня Глиммердал” Ивана Пачина, сделанном в “Театральном проекте 27” Наталии Сергеевской, на сцене очень много вещей и всего два актера. Вернее, так: одна актриса, Евгения Ивашова, и ее партнер, Сергей Быстров, в подчеркнуто мультяшном седом лохматом парике, с подложенным под свитер горбом и утрированно “старческой” пластикой своего персонажа, тониного друга Гунвальда.

Для Пачина это не первое обращение к прозе Марии Парр. Именно он поставил когда-то “Вафельное сердце”, открыв для театральной России текст, ставший теперь новой классикой театра для детей. “Тоню Глиммердал” тоже ставили: спектакль новосибирского “Первого театра” несколько лет назад завоевал главную премию на “Арлекине”, приезжал в Москву на “Артмиграцию – детям” и на другие фестивали, поэтому можно надеяться, что и пачинская версия окажется любима зрителями, потому что спектакль этого более чем достоин.

Евгения Ивашова играет сразу все роли: и десятилетней Тони, которая долгое время была единственным ребенком в Глиммердале, и всех остальных жителей этого отдаленного норвежского хутора. Кого-то, как своего отца, она “озвучивает”, взяв в руку маленькую деревянную куклу из кукольного же красного домика и говоря за нее басом в чашку, чтобы голос “гудел”. В кого-то, как в дочь Гунвальда Ханну, преображается сама, надевая темные очки и меняя голос и пластику с “детской” на “взрослую”. Кого-то, как свою маму, вернувшуюся из дальней командировки, придумала показать так: поворачивается к залу спиной и обхватывает себя изо всех сил руками, и тогда спина и голова актрисы – это как бы Тоня, а руки – это мама. Она играет еще добрый десяток персонажей, для каждого находя характерную черту. А иногда разыгрывает целые сцены с помощью кукол, мишуры, пластинок, коробок от печенья и всего, что есть в любой детской и из чего дети так любят сочинять театр.

Сцену в церкви, где актриса, по замыслу режиссера, должна одна изобразить целую толпу людей, у каждого из которых своя реакция, – Ивашова превращает в настоящий эстрадный номер, перескакивая из одного персонажа в другого с той же головокружительной скоростью, с какой скрипач-виртуоз выбирает ноты в сложнейшем пассаже. Актриса шагает в сторону – меняет образ – еще шаг – снова смена – новый шаг – опять другой персонаж. Так она проходит сцену вдоль несколько раз, отыгрывая, ни разу не сбившись, реакции всех персонажей и поражая публику точностью и артистизмом.

Сцена эта вызывает восторг у детской части зала и восхищение – у взрослой, но к чести актрисы надо сказать, что помимо подобных цирковых номеров она еще глубоко, точно и харизматично играет главного персонажа – Тоню. Честную, добрую, непримиримую, драчливую, неугомонную, любопытную, самостоятельную, тоскующую, энергичную и очень славную девочку, познающую мир, людей и себя. В истории примирения взрослых отца и дочери, разворачивающейся на ее глазах, она – связующее звено между ними, мотор, который заставляет их услышать друг друга, простить и принять. И Тоня-Ивашова занимается примирением со всей детской неукротимостью, так, словно от этого зависит ее жизнь. Так, как она катается с горы, слетая вниз на самодельном снегоходе. Это превращается в спектакле в отдельный этюд: актриса ложится на перевернутую табуретку, в лицо ей дует вентилятор, на него сыплют резаную бумагу, а девочка вопит, визжит в несказанном восторге спуска, какой возможен только в детстве, когда все нипочем, и нет страха, но есть море энергии и всё впереди. Эта сцена полета с горы повторяется несколько раз и со всех точек зрения – зрительской, режиссерской, актерской, – является пиковой его точкой, когда у публики в зале дух захватывает от того, что происходит на сцене, сколько в этом счастья, свободы и радости.

Порой возникает вопрос: а, может, девочке Тоне, единственному ребенку в Глиммердале, все это кажется? И это не ход, выбранный режиссером Иваном Пачиным, чтобы инсценировать книгу Марии Парр, а ее, Тони, реальность? Большая детская, устав-ленная кукольными домиками, множество кукол и других предметов (художник Ольга Галицкая), а так же вымышленных персонажей и сюжетов в голове у одинокой девочки с хорошей фантазией? Но меняется сцена, свет, настроение, появляется партнер актрисы, и эти мысли уходят. И остается спектакль про хороших людей, совершающих ошибки, а потом их исправляющих, если им не все равно. Спектакль про жизнь, которая еще вся впереди, независимо от того, сколько тебе лет.

Катерина АНТОНОВА

«Экран и сцена»
№ 22 за 2022 год.

Print Friendly, PDF & Email