Без воздуха

Фото П.СЕКИСОВОЙ
Фото П.СЕКИСОВОЙ

Стена из керамической плитки, латунные буквы на ней и звук приближающегося поезда, заглушающий голоса. В Тюменском Большом драматическом театре шутят, что в городе появилась первая станция метро, поскольку режиссер спектакля “Каренин А.” Роман Габриа помещает своих героев именно в подземку. Помимо места действия изменено и время: из последней трети XIX века персонажи романа “Анна Каренина” Льва Толстого переезжают в 60-е годы века XX.

С первых минут спектакля период Оттепели лишается флера свободы. Постановка открывается речью Никиты Хрущева, произнесенной мастерам искусства в декабре 1962 года, в спектакле эти слова вложены в уста советского чиновника Алексея Каренина. Роман Габриа, выступающий не только режиссером, но и автором пьесы, вплетает в сюжетную канву самые разные тексты, в том числе стихи Роберта Рождественского, Беллы Ахмадулиной, Давида Самойлова, Бориса Слуцкого, однако именно обращение Хрущева задает ту гнетущую атмосферу, в которой почти невозможно дышать. Поэтому и возникает подземка, где “воздух” – лишь латунная табличка на стене. Тема затхлости окружающей действительности – одна из центральных в спектакле, что делает его чрезвычайно злободневным в сегодняшней социальной повестке.

Желанием надышаться охвачена в первую очередь Анна Каренина. Вопреки традиционной интерпретации Полина Егорова играет героиню, лишенную страсти, ею движет лишь осознание того, что она нелюбима мужем. В этом актерском решении героиня вполне осознанно, а не в порыве эмоции, делает шаг в сторону Алексея Вронского – он же в спектакле скорее герой-функция, нежели живой объемный образ. Впрочем, осознанная попытка обрести любовь, без которой невозможно дышать, приводит к известному всем финалу. Во втором акте Анна Каренина предстает перед зрителем изуродованной этой любовью на физическом уровне. Сгорбившаяся, болезненно выглядящая женщина в вытянутой кофте едва волочит ноги – такой видит зритель главную героиню в последний раз на сцене.

Если Анна Каренина пытается вырваться из разреженной атмосферы, то Долли, в актерском воплощении Кристины Тихоновой, лишает себя воздуха, загоняя и себя, и своего мужа Стиву в рамки “правильной семьи”. Тихонова создает на сцене отталкивающий тип советской женщины, которая уничтожает собственную жизнь ради ощутимой выгоды. Суть мировоззрения этой героини заключена во фразе “Каренина жаль, конечно, но в этом году нам нужна новая квартира”, врезающейся в память и дающей определение советского обывателя в представлении режиссера Романа Габриа.

Вообще говоря, спектакль “Каренин А.” в большей степени исследует именно архетипы советской эпохи, а не роман Толстого. Яркими в своей неприглядности красками становятся здесь мелкий чиновник Слюдин, управляющий делами Алексея Каренина, и горничная Наташа. Артист Андрей Волошенко играет мелкого подхалима, способного за небольшие блага в виде новой шапки или заграничного очечника переступить через любую человеческую жизнь, в том числе жизнь Каренина. Не менее устрашающ явленный на сцене Ольгой Игониной характер покорной и едва заметной прислуги, которая, получив малейшую власть, способна уничтожить сложившийся уклад жизни. Актриса подробно играет путь от “серой мышки” до человека, руководящего уничтожением и разграблением квартиры Каренина по приказу президиума ЦК.

В этой галерее советских образов единственным положительным персонажем оказывается советский чиновник Алексей Александрович Каренин, названный в спектакле “совестью Ленинграда”. И это не случайно. Александр Тихонов играет человека, до последнего остающегося правильным: он не пытается быть ни хорошим, ни плохим, для него главное сохранить свое лицо, лицо образцово-показательного человека, на которого должны равняться.

Нужно отметить, что сделать Каренина главным героем – идея не новая, стоит лишь вспомнить пьесу Василия Сигарева “Алексей Каренин”. Отличительное в версии Романа Габриа – то, к чему в итоге приходит герой.

В финале советский чиновник оказывается в православном храме. Эта сцена, помещенная художником под огромную давящую люстру, стилизованную сразу под все люстры станций метро времен сталинского ампира, превращает правильного советского человека в беспомощное существо. Каренина уничтожает советская машина, и именно он оказывается под колесами поезда. В бук-вальном смысле – под колесами поезда метро, в символическом – поезда жизни.

Илья ГУБИН

«Экран и сцена»
№ 7 за 2022 год.