Варвары, мифы, гротеск

Кадр из фильма “Сулейман-гора”Главным событием 53-го Международного кинофестиваля в Карловых Варах стал фильм “Мне плевать, что мы войдем в историю как варвары” румынского режиссера Раду Жуде. Он и получил высший приз “Хрустальный глобус” основного конкурса.

В программе “К Востоку от Запада” победила российско-киргизская “Сулейман-гора” Елизаветы Стишовой по сценарию Алисы Хмельницкой.

В документальном конкурсе жюри отметило главной наградой фильм Виталия Манского “Свидетели Путина”.

Румынское кино давно находится в центре внимания мировых фестивалей, но такого фильма, как сделал Раду Жуде, еще не было. Здесь нет привычного для румынской школы прорастания глобального смысла из локального бытового эпизода. Тут с самого начала виден замах на большую тему и большой стиль: речь идет о реконструкции событий Второй мировой войны на главной площади Бухареста.

Роль Румынии в этом беспрецедентном военном конфликте не самая благовидная: помимо альянса с Гитлером, страна запятнала себя геноцидом еврейского населения Одессы, Бессарабии и других “спорных территорий”. По некоторым данным, было уничтожено 380 тысяч евреев; таким образом, румыны проявили себя лучшими учениками немцев и заняли в этой чудовищной статистике истребления второе место после нацистской Германии.

Героиня картины Мариана как следует изучила этот вопрос и уверена, что сумеет выполнить заказ мэрии и срежиссировать правдивую, поучительную для потомков историческую постановку. Что это достойный способ изжить национальную травму. Но не тут-то было. Мариана встречает сопротивление своим планам на всех уровнях. Даже актеры массовки бунтуют, а главный инвестор грозит перекрыть финансирование, считая, что рану лучше не бередить, потому что геноцидом занимались все народы и во все времена, это просто заложено в природе человечества.

Самое страшное и одновременно смешное наступает, когда начинается представление на площади; в последней трети фильм Раду Жуде достигает трагикомических высот. Народ восторженно приветствует холеных немецких солдат со свастикой и румынскую армию диктатора Антонеску (ему, кстати, принадлежит позорное изречение, давшее название картине). А вот неухоженную “советскую армию”, поющую “Вставай, страна огромная…”, встречают антирусскими выкриками.

Но главный позор – с точки зрения Марианы и Раду Жуде – наступает, когда дело доходит до инсценировки сожжения евреев, загнанных в амбар. Значительная часть публики готова солидаризироваться с этой казнью, а это значит, что исторические уроки не пошли впрок.

Совсем не факт, что эпоха варваров осталась в прошлом. Увы, она может повториться и в реалиях новой Европы.

 

Не прямо, но с картиной Жуде монтируется фильм-победитель документального конкурса “Свидетели Путина” Виталия Манского. В нем использованы снятые в свое время режиссером уникальные и доселе не обнародованные видеоматериалы 1999-го и 2000-го годов. О том, как Борис Ельцин в канун миллениума отрекся от власти и как шла первая предвыборная кампания Владимира Путина.

Многих из ее активных участников уже нет в живых, как, скажем, Ксении Пономаревой и Михаила Лесина, другие продолжают занимать более или менее заметные позиции в пирамиде сегодняшней власти – как Валентин Юмашев и Владислав Сурков. Третьи стали ее политическими противниками – как Михаил Касьянов. Их образы, как и еще не оформившийся до конца образ Путина, представлены в фильме с документальной достоверностью и проницательностью.

Предметом фильма становится не только переломная историческая ситуация, приведшая Россию к ее нынешнему состоянию, к конфликту с Украиной и западным миром, к реставрации советских атрибутов и символов. Не менее занимает режиссера роль документалиста в этом процессе, о ней Манский говорит откровенно и самокритично. Когда свидетель становится соучастником, как документ превращается в пропаганду? И возможно ли вообще беспристрастное свидетельство, или взгляд камеры уже задает высокую меру субъективности?

Кадр из фильма “Хрусталь”

В основном конкурсе Карловых Вар преобладали довольно заурядные фильмы, чаще всего молодежные или подростковые драмы. Одна из них, под названием “Все будет” (“Зимние мухи”), чешско-словацко-польского производства, даже получила приз за режиссуру Олмо Омерзу. Это маловыразительный road-movie, герои которого – двое неблагополучных подростков – носятся по дорогам на краденой машине, убегают от полиции, пытаются закадрить юную попутчицу. Беда в том, что таких историй мы предостаточно видели, причем в лучшем исполнении, а персонажи “Зимних мух” оригинальностью не отличаются и особенного интереса не вызывают.

Гораздо более интригующим выглядел в карловарском конкурсе российский фильм “Подбросы” Ивана И.Твердовского. Его герой во младенчестве оставлен матерью в бэби-боксе и воспитан в детдоме. Спустя шестнадцать лет мать забирает его оттуда, чтобы приобщить к преступной группе, занимающейся вымогательством. Юноша с уникальным свойством не чувствовать физическую боль бросается под дорогие машины, коррумпированные врачи фиксируют причиненные ему травмы, а дальше идет злая пародия на судебный процесс – с подставными свидетелями и купленными судьями. Этой картине, хотя она заслуживала большего, досталось лишь Специальное упоминание жюри.

На фоне довольно бледного основного конкурса выгодно выделялся своим качеством другой, который назывался “К Востоку от Запада” и включал фильмы не только восточно-европейских стран, как было задумано изначально, но также Ближнего Востока.

“Вулкан” Романа Бондарчука снят на юго-востоке Украины, в районе Каховского моря. В эти степные края, где люди живут практически вне цивилизации, попадает молодой киевлянин, переводчик миссии ОБСЕ – и это мистическое пространство поглощает его. Он становится частью этого пейзажа и этой мифологии, которая включает степные миражи с хором украинских женщин и затопленные деревни на дне Каховского моря. Фильм, снятый в традициях украинского поэтического кино, в то же время отличается метким юмором и остро современной гротескной формой.

Два фильма программы “К Востоку от Запада” представляли пространство бывшего СССР в фокусе женской режиссуры. “Хрусталь” Дарьи Жук – неприукрашенный и в то же время не лишенный лиризма образ белорусской глубинки. Как и в “Вулкане”, столичная героиня попадает в антимир и как бы выпадает из времени.

А в картине-победительнице “Сулейман-гора” Елизаветы Стишовой две женщины-соперницы противостоят инфантильному киргизскому мачо, используя, в том числе, древнюю традицию шаманизма. Мелодрама и гротеск, народная мифология и рудименты советского прошлого – все эти элементы смешиваются в панораме турбулентной постсоветской действительности.

Елена ПЛАХОВА

  • Кадры из фильмов “Сулейман-гора”, “Хрусталь”
«Экран и сцена»
№ 14 за 2018 год.
Print Friendly, PDF & Email