Нить над бездной

Фото М.ПОЛЯНИЧКО
Фото М.ПОЛЯНИЧКО

Малюсенькая сцена распахивается в бесконечность, в неохватную глазом даль, где кружат орлы, звезды светят в бездонном небе, а на горные вершины садятся облака – туда, где на пике разломленных скал расположилась деревня канатоходцев.

Спектакль с одноименным названием поставлен Яной Туминой несколько лет назад в частном петербургском театре “Открытое пространство” и стал уже почти легендарным, и сейчас снова приехал в Москву, на фестиваль “Истоки”, организованный Театром кукол имени С.В.Образцова.

Играли “Деревню канатоходцев” на Новой сцене Вахтанговского театра, не крошечной, но маленькой, еще больше суженной черными ширмами декораций Киры Камалидиновой, постоянного соавтора Туминой. Вместе они создали пространство, где старые, траченные временем некрашеные доски с обломанными краями становятся горными вершинами, между которыми натянуты ниточки-канаты, закрепленные у пола большими камнями в продранных авоськах. Именно по ним жители деревни – тонюсенькие проволочные куклы в руках актеров – добираются друг к другу, с одной стороны разлома на другую, балансируя, словно акробаты в цирке. Ведь деревня эта так и существует после пожара, разломившего гору, – по две стороны пропасти. По этим же ниточкам над бездной пойдет навстречу любимому Невеста (Мария Сафронова), потому что таков обычай. Чтобы состоялась свадьба, невеста должна перейти по канату с одного края на другой. Перейдет – будет свадьба. Нет – похороны. Про обычай этот рассказывают все, но особенно мощно – Старшая женщина (ее играет Алла Данишевская, директор, основатель театра и блистательная актриса), она говорит что-то вроде: “хорошо живем, нормально, и до нас так жили, и мы сможем прожить, мы всем довольны, все хорошо”. А Невеста, худенькая, с огромными глазами и вихрами черных кудрей, не сопротивляется, не спорит, наоборот, сосредотачивается перед испытанием, только глаза становятся все больше. Потому что так сложилось, что она неловкая. Охотится с трех лет, а ни одну птицу не убила. Поэтому как с канатом сложится – непонятно, хоть она и уверяет своего жениха, что все будет хорошо. Обязательно.

Жених – он же Орел (Ренат Шавалиев), залетевший в эту горную глушь и теперь не знающий, как отсюда выбраться, – боится до оторопи, до столбняка. И говорит то сам с собой, то с небом, то со старым Филином, в которого даже уже никто не стреляет, то со старожилом деревни (их обоих играет Александр Балсанов), пытаясь хоть как-то смириться с диким, но нерушимым в людском селении обычаем. Как же так, рассуждает он, орлы – те спасают своих детей, орлица специально выбирает в мужья того, кто поймает все брошенные ею камни – потому что потом он так же будет ловить вылетевших из гнезда орлят, а люди… Зачем они так со своими детьми?

В суровом мире, созданном Яной Туминой, люди и птицы перетекают друг в друга, в каждой сцене меняя обличие. На всех четырех актерах – юбки-солнце в пол из домотканой ткани. Красные – на мужчинах, бежевые – на женщинах. Жилетки. И высокие узкие шапки вроде папах, только еще выше. Они делают героев этой истории похожими на персонажей “Каприччос” Гойи. Вневременные. Странные. Очень живые, несмотря на выбеленные лица и начерненные брови – почти маски.  

Кроме птиц и людей в этой истории есть Смерть (веселенькая кукла-скелетик с белыми патлами, и она же – “человеческое” существо в хитоне и жуткой маске-черепе) и Метеоролог – задумчивый философ, изрекающий то истины, то прогноз погоды. Они спорят, кому достанется Невеста. Смерть уверена, что ей, и тоненько и долго хихикает – так, что кровь стынет.

Спектакль идет неспешно, размеренно, в каждой сцене много пауз, как будто впереди вечность. Много музыки (работа Рената Шавалиева как музыкального руководителя постановки и звукорежиссера Павла Ховрачева). Длится он при этом полтора часа, причем в антракте зрителей угощают водой и “лепешками из пыли” – теми, которыми питаются в деревне канатоходцев. Это тонкий лаваш, не порезанный, но порванный на небольшие кусочки. Очень вкусный. Много добавляющий спектаклю. Ведь в центре внимания режиссера и театра, в том главном, что они хотят сказать, – самое простое, самое важное. И к этому самому важному, исконному, без чего не прожить совсем – вода и хлеб, смерть и любовь, – подводят и зрителя.

Невеста во время испытания почти падает, но ее подхватывает жених, вылетевший на канат вопреки всем правилам. Любовь побеждает смерть. И деревня меняется. Становится радостной. Люди начинают петь песни и кружиться в танце. Только четыре человека на сцене, а ощущение – словно огромная толпа высыпала на площадь и ликует. Потому что жизнь продолжается, потому что теперь не будет бессмысленных смертей.

Спектакль-притча по старой дагестанской легенде сделан с огромным мастерством. Как будто сошлись в нем все самые сильные стороны режиссера Яны Туминой, художника Киры Камалидиновой, художника по свету Василия Ковалева и актеров, работающих виртуозно – и при этом с той степенью искренности и глубины, которая встречается только в действительно крупных спектаклях. “Деревня канатоходцев” – такой спектакль. Счастливый для его создателей и исполнителей – и для зрителей, у которых есть возможность прикоснуться к легенде и поверить (или вспомнить), что любовь иногда побеждает смерть.

Катерина АНТОНОВА

«Экран и сцена»
№ 18 за 2022 год.

Print Friendly, PDF & Email