Владимир СПЕШКОВ: «Проверка на прочность»

Сцена из спектакля “Волшебная лампа Аладдина”. Фото Р.МАКСИМОВА
Сцена из спектакля “Волшебная лампа Аладдина”. Фото Р.МАКСИМОВА

Лето – пора фестивалей. На пленэре и в закрытых помещениях. О двух заметных событиях июня в театре кукол – “Сибирь. Terra magica” в Красноярске и “Шомбай-fest” в Казани мы беседуем с нашим постоянным обозревателем Владимиром Спешковым.

– Вы были председателем экспертного совета и членом жюри красноярского фестиваля. Он задумывался как международный форум. Как менялся его формат в нынешних условиях?

– “Terra magica” молода. Первый фестиваль провели в 2019-м. По замыслу организаторов он должен был проходить раз в два года. Но в прошлом году фестиваль не состоялся из-за пандемии. Изначально было решено, что Красноярск как центр Евразии объединит театры Востока и Запада. На первом фестивале афиша включала представления из Франции и Японии. Жюри возглавлял знаменитый теоретик театра кукол Марек Вашкель из Польши. В изменившихся обстоятельствах от идеи не отказались, поскольку в нашей стране есть собственный Восток и собственный Запад.

Фестиваль открывал спектакль-мистерия “Я – Будда” Тувинского театра кукол из Кызыла – красочная, театрализованная биография Будды. В этом медитативном зрелище объединились Восток и Запад: его создатели – известный калмыцкий режиссер Борис Манджиев и прекрасный художник Эмиль Капелюш, представляющий петербургскую культуру.

– Я обратила внимание на то, что в афише представлено несколько национальных театров.

– “Волшебную лампу Аладдина” показал театр “Ульгэр” из Улан-Удэ. История универсальная, но в эстетике спектакля очевиден бурятский колорит. Ставила “Лампу” Анна Иванова-Брашинская. Хакасский национальный театр кукол “Сказка” привез историю про адмирала Колчака – “Гори, сияй, моя звезда”. Весьма спорную, поскольку адмирал представлен едва ли не святым.

– И “Ульгэр”, и “Сказка” – известные коллективы, участники (и лауреаты) “Золотой Маски”. А вот о театре “Кудесник” из Биробиджана я услышала впервые.

– Я знал, что существует театр кукол в городе Биробиджане. Но заявил о себе он, действительно, впервые. Спектакль по еврейским сказкам “Мальчик Бебеле” показался очень интересным. Он поставлен режиссером Светланой Васильевой. На показе присутствовала еврейская община Красноярска, взрослые зрители пришли с детьми и внуками – это было очень трогательно.

Еще одно открытие – “Летучий театр” – Независимое творческое объединение художников и артистов из Сургута. Он показал “Иерусалим” по повести Романа Михайлова. Спектакль сделан на “медные деньги”, с минимальными декорациями, но благодаря талантливой режиссуре Виктора Евдокимова возникает атмосфера сродни той, что была в масштабном спектакле Андрея Могучего в Театре Наций “Сказка про последнего ангела” по прозе Михайлова. Автор и режиссер говорят о небесном Иерусалиме. Главный герой возвращается из армии, входит в новую жизнь. “Иерусалим” – о вере в чудо, спектакль полон мистики, свойственной писателю.

– Театр из Сургута удостоен премии за лучший спектакль для взрослых. Вторую главную премию за лучший спектакль для детей получила работа Дмитрия Вихрецкого Пермского театра кукол – “Цветы для Элджернона”.

– Традиционный предмет для дискуссий – адресат зрелища. “Цветы для Элджернона” – спектакль универсальный, увлекательный для любой аудитории. Он очень интересен своей технологией. В основе решения – Lego: и герои, и пространство конструируются из деталей. Все это снимается на камеру.

Сцена из спектакля “Цирк на нитях”. Предоставлено фестивалем “Шомбай-fest”
Сцена из спектакля “Цирк на нитях”. Предоставлено фестивалем “Шомбай-fest”

– Какие темы прозвучали на фестивале “Сибирь. Terra magica” особенно остро?

– Очень сильно прозвучала в Красноярске тема Отечественной войны. “Станция Тевли” Хабаровского театра кукол по жанру – реквием. В основу постановки легли воспоминания бабушки режиссера Элистина Михайлова, пережившей оккупацию. Ее семья жила на станции, через которую евреев везли в лагеря смерти. В спектакле звучат молитвы и песни на иврите. “Полонез Огинского” по повести Константина Губаревича показал Челябинский театр кукол имени Валерия Вольховского. В спектакле Александра Борока нет ни пафоса, ни слезливости. Он рассказывает о судьбе ребенка на войне. Всегда трагичной.

– Второй фестиваль, как правило, собирать сложнее, чем первый. Он становится своеобразным экзаменом на прочность самой идеи.

– Вы правы. Первый фестиваль делается на энтузиазме. Ко второму кто-то исчезает, как Евгений Ибрагимов (он был главным режиссером театра, инициатором акции, придумавшим название “Сибирь. Terra magica”), кто-то разочаровывается. Мне кажется, фестиваль с успехом выдержал проверку. Замечательно работали организаторы – хозяева из Красноярского театра кукол. Программа была насыщенной. В афише представлены признанные мастера: Руслан Кудашов с “Егоркиной былиной” по балладе Александра Башлачева, поставленной в Красноярском театре кукол, Александр Янушкевич со спектаклем “Хочу быть волком” по сказке швейцарской писательницы Беттины Вегенаст Нижнетагильского театра кукол.

Присутствие на кукольных фестивалях режиссеров из Беларуси давно стало традицией. В офф-программе был показан спектакль Олега Жюгжды “Тристан и Изольда” Московского областного театра кукол. Рядом – режиссер Игорь Казаков, его “История одного города” по Салтыкову-Щедрину в Томском областном театре куклы и актера “Скоморох” имени Романа Виндермана привлекла оригинальным решением в жанре “иронического эпоса”, в котором задействованы куклы разных конструкций и маски.

– Как и на первом фестивале, в программу входили лекции и практические занятия.

– Да, спектакли сопровождала большая образовательная программа. Ее курировала Анна Иванова-Брашинская. Интересно, что лекции собирали полные залы. На них приходили не только практики, но и зрители.

– Чем похожи и в чем различие красноярского фестиваля с казанским “Шомбай-fest”?

– Фестивали разделены тысячами километров. Если определять сходство, то оно может быть лишь формальным: в афишу обоих входил спектакль “Хочу быть волком” Александра Янушкевича. Различие в том, что “Сибирь. Terra magica” – фестиваль, важный для профессионального сообщества кукольников (при том, что вызывает большой интерес у зрительской аудитории). По своей концепции он близок “Ново-Сибирскому транзиту”.

“Шомбай-fest” (в этом году он был чет-вертым по счету) – совсем иной по характеру. Это, прежде всего, театральный праздник, адресованный городу. Большая часть спектаклей происходила на открытом воздухе и была бесплатной. Татарский театр кукол “Экият” (организатор фестиваля) уже несколько лет возглавляет молодой, очень деятельный режиссер Ильгиз Зайниев. Он собирает спектакли с серьезной репутацией. В программе – “Повесть временных лет” Александра Янушкевича из Тольятти (премия за лучший спектакль), “Пегий пес, бегущий краем моря” Бориса Константинова из Рязани (премия за лучшую режиссуру), “Снеговик” ГЦТК имени С.В.Образцова (премия за лучшую актерскую работу – Андрею Нечаеву). “Клочки по закоулочкам” Геннадия Шугурова Саратовского театра кукол “Теремок” (премия за лучший актерский ансамбль).

 – “ЭС” писала об этих спектаклях. Прекрасно, что в афише представлены такие шедевры, спектакли-старожилы, как “Снеговик” Бориса Константинова и “Цирк на нитях” Виктора Антонова. “Цирк” объездил весь мир, но остается эталонным зрелищем. Поэтому очень правильно показывать его на фестивалях. Не секрет, что во множестве спектаклей живой план теснит куклу. Виктор Антонов и созданные им марионетки кажутся дружной семьей. Неслучайно Антонов любит рассказывать, что у каждого из его циркачей свой характер, они могут быть в хорошем или плохом настроении. Его спектакль воспринимается как волшебство.

– “Цирк на нитях” два раза был показан в парке на специально оборудованной площадке. Парк называется “Цветочный фестиваль” и расположен напротив театра кукол. Когда выступал Виктор Антонов, эстраду окружала огромная толпа. Зрители заполняли все пространство, родители выталкивали детей на сцену. Принимали восторженно. Ассоциация театральных критиков присудила Виктору Антонову премию за виртуозное мастерство.

 Здесь же можно было видеть петрушечные представления московского “Бродячего вертепа” Александра Грефа, Белгородского театра кукол. Действа смотрелись на открытом воздухе органично.

– Вернемся к спектаклям, игравшимся в театре “Экият” на большой и малой сценах. Вечный вопрос: какая драматургия подходит, а какая противопоказана театру кукол?

– На “Шомбай-fest” оказалось несколько работ по классике. Не слишком удачно прошел “Демон” Олега Жюгжды из Гродно. Хотя именно этот режиссер с успехом ставил “Пиковую даму”, “Вишневый сад”, “…и наказание” по Достоевскому, доказывая, что возможности театра кукол безграничны. Отмечу “Кроткую” из Театра кукол Набережных Челнов в постановке Ильгиза Зайниева – глубокую, тонкую работу.

“Королева красоты из Линейна” М.МакДонаха – первый опыт постановки пьесы знаменитого драматурга в театре кукол осуществила Эльмира Куриленко. Спектакль Новосибирского театра кукол поражает своей экспрессией, интересно придуманы большие куклы (художник Александра Павлова).

Вы спрашивали о сходстве двух фестивалей. Стоит, вероятно, сказать об особой атмосфере, царившей в профессиональном сообществе. Люди хотят общаться. В тревожное время, когда потеряна уверенность в завтрашнем дне, важно убедиться в том, что искусство необходимо, увидеть театральные залы, полные внимательной, взволнованной публикой.

Дружно работали оба жюри. На “Шомбай-fest” его возглавляла Ольга Глазунова – непререкаемый авторитет и уникальный знаток театра кукол. Председателем жюри на фестивале “Сибирь. Terra magica” была режиссер и художник Анна Викторова (в офф-программе показали ее чудесный спектакль “Птифуры. Бабушки”). “Театр – место сострадания и сопереживания, коммуникации и доверия, пространство для диалога со зрителем и самим собой”, – говорила она на открытии красноярского форума.

Беседовала Екатерина ДМИТРИЕВСКАЯ

«Экран и сцена»
№ 15 за 2022 год.

Print Friendly, PDF & Email