Дмитрий АБАУЛИН: «Мы говорили о существенных вещах»

Сцена из спектакля “Птицы”. Фото Ю.СМЕЛКИНОЙ“ЭС” обсуждает насыщенную событиями программу “Арлекина” с Дмитрием Абаулиным, обозревателем нашего издания, руководителем литературно-драматической части Музыкального театра имени К.С.Станиславского и Вл.И.Немировича-Данченко.

– В прошлом году вы работали в экспертном совете, а в нынешнем стали членом жюри. Какая из этих “ролей” вам больше по душе?

– Конечно, заниматься отбором – очень тяжело. Рядом с живыми и интересными спектаклями соседствуют абсолютно неживые, существующие вне времени и пространства зрелища. В жюри работать и проще, и увлекательнее. Тем более что атмосфера в жюри была дружеской. Мы говорили о существенных вещах, а не о том, что нравится-не нравится. Мы спорили, но круг пристрастий у всех оказался примерно одинаковым. Хотя для себя я, может быть, расставил бы другие приоритеты.

В любом случае, моя позиция была позицией простака, неофита. Такой голос наивного зрителя (в театре для детей я чувствую себя именно так) вполне уместен. Переизбыток профессионалов в жюри не всегда идет на пользу дела. Люди смежных профессий вполне могут судить театральный конкурс, если они понимают степень своей компетентности и обладают общей культурой.

– Гран-при, статуэтку “Арлекина” и денежный приз на новую постановку вручили спектаклю “Я Басё” петербургского Упсала-цирка. Постановщик Яна Тумина и ее соавтор Александр Балсанов удостоены премии за режиссуру. Жюри также отметило работу художника по свету Яны Бойцовой и композитора Анатолия Гонье.

– “Я Басё”, на мой взгляд, больше, чем спектакль, и, одновременно, не совсем спектакль. Его социальная роль (работа с трудными подростками, детьми с проблемами развития) оказывается важнее, чем любая эстетическая установка. Нужно вырабатывать какие-то особые критерии для его оценки. И я бы дал “Басё” особую награду за то, что создатели спектакля меняют не только театр, но и общество.

– Мне кажется, и в “Колином сочинении”, и в “Я Басё” Яна Тумина осуществила настоящий прорыв. Дело даже не в том, что она доказывает, что “особые” дети часто острее воспринимают мир. Ее спектакли заставляют забыть о социальной миссии, становясь искусством. Не счесть детских театров, использующих на сцене цирковые приемы, однако, мало у кого элементы акробатики, клоунады складываются в нечто цельное и осмысленное. Режиссерам удалось создать зрелище, полное поэзии и магии, передающее смысл хокку Басё, возникающих на экране.

А какой спектакль вам показался лучшим?

– “Птицы” Театра имени Ленсовета в постановке Марии Романовой. Хотя было много споров, насколько этот спектакль соответствует возрастной отметке 6+. Может, он вообще для взрослых? Дети и в шесть, и в двенадцать лет бывают очень разными и по темпераменту, и по возможностям восприятия. Тот, кто способен погрузиться в медитативную атмосферу “Птиц”, получит большую радость и очень важные впечатления. Все награды создателям спектакля абсолютно оправданы. Я бы отметил еще одну работу – рассказчицы (Тоня Сонина). Спектакль сделан по русским сказкам, а она выглядит так, как будто сошла с картины Тициана. И это, мне кажется, очень важно: в “Птицах” нет ряженых, псевдонародных персонажей. Диалог с фольклором идет предельно свободный, творческий. К трем разным сказкам применены разные способы подачи материала. Используются куклы, маски, не являющиеся специфически фольклорными по стилю. В то же время русский дух в спектакле присутствует. Тексты перемежаются народными распевами, звучат хороводные, игровые песни. Артисты поют замечательно, и эти ритмы действуют на зрителя любого возраста.

– В прошлом году Гран-при получил “Сын-Медведь” Национального театра Республики Карелия по древним сказаниям. Там также были важны обрядовые песни, стихия народного праздника. На нынешнем “Арлекине” этот коллектив показал “Сказку о попе и работнике его Балде”.

– Когда я смотрел “Балду”, мне даже не пришло в голову, что это тот же самый театр. Я просто восхищался командой, тем, как чудесно артисты работают вместе с режиссером Вячеславом Поляковым, наделенным прекрасным воображением. И в тот момент, когда я понял, что именно этот ансамбль так понравился мне в “Медведе”, еще больше зауважал театр. Получив такой успех в прошлом году, они пошли совсем другим путем.

– Жанр спектакля обозначен как “Приключение в формате молодежной тусовки”.

– Игра и квест придуманы очень хорошо, но не получилось по-настоящему уловить интонацию подростков. Артисты словно снижают свои умения для того, чтобы быть ближе к тем, кого они называют молодежной тусовкой.

– Мне показалось, им мешал Пушкин.

– Наверное. Выбранный ход не сросся с Пушкиным и его сказкой. Для меня “Балда” – не самая удачная работа очень интересной команды, за которой теперь я буду следить внимательно.

– Сказка, так или иначе, – основа репертуара театра для детей. Однако в списке номинаций есть “эксперимент”.

– Единодушным решением стало присуждение этой премии спектаклю театра “Поиск” – “Лесосибирск Лойс” в постановке Радиона Букаева. Для меня он оказался событием. Лесосибирский “Лойс” адресован подросткам, и ход с использованием интернета, когда зрители могут вмешиваться в действие из зала и видеть свои комменты на экране – совершенно неожиданный и в то же время органичный. Сочинители спектакля держат ситуацию под контролем, нигде не упуская сюжет. Это не формальное использование современных средств. Создаются не только виртуальные персонажи, но и портрет города Лесосибирска. Пожалуй, и “Лесосибирск Лойс” можно назвать спектаклем социального театра.

– Спектакли для подростков, как правило, связаны с социальными проблемами. “Спасти Супербелку” Театральной продюсерской компании “Артслэнд” и ЦДР по повести Кейт ДиКамилло в постановке Екатерины Корабельник при всей острой и яркой форме ведет разговор о серьезных вещах, о том, как рушится семья, как развод отражается на психике ребенка.

– Согласен. В “Супербелке” диапазон выразительных средств, данных актерам, довольно ограничен – но это сознательный прием. За счет эстетики комикса все персонажи предстают стилизованными, однако внутри спектакля развивается многослойная, трогательная, психологически разработанная история.

За графикой комикса существуют реальные отношения, легко считываемые. Технология этого спектакля – рукодельная. Мы видим, как виджей перекладывает картинки, которые в виде проекции появляются на сцене. И это отличает “Супербелку” от высокотехнологичных зарубежных аналогов, нам знакомых, – в первую очередь это английский театр “1927”, привозивший свои работы на Чеховский фестиваль.

Спектакль Екатерины Корабельник решает еще одну важную проблему: как взрослым играть детей. Я помню свое детское изумление, когда папа повел меня в театр на детский спектакль. Сначала все шло хорошо, а потом до меня вдруг дошло, что дяди и тети на сцене делают вид, что им столько же лет, сколько мне. Доверие к театру было подорвано на много лет. В “Супербелке” такой неловкости не возникает. “Плоскостная” эстетика комикса позволяет легко справиться с задачей. Иначе, но очень убедительно это получается в “Дурацких детях. Леле и Миньке” Центра имени Вс. Мейерхольда. Способ существования артистов взят у Зощенко, это взгляд на себя в детстве из прошлого. Артисты Юлия Волкова и Данила Ариков не пытаются убеждать нас, что они – дети.

– Но дети-зрители прекрасно понимают условность. Мне показалось правильным, что режиссер Светлана Иванова-Сергеева освободила повесть от дореволюционных реалий.

– И даже демонстративно ввела в ткань спектакля фото и кинокадры советского времени, сделала лейтмотивом песню о дельтаплане.

“Леля и Минька”, как и “Супербелка” – примеры спектаклей для семейного просмотра, адресованные и взрослым, и детям.

– “Арлекин” славится своей офф-программой.

– Одно из самых ярких впечатлений – презентация Архангельского театра кукол. Сейчас он работает в сложнейших условиях (здание на капитальном ремонте, он должен вот-вот завершиться). Пока же артисты играют в библиотеках, на случайных площадках. Но у театра своя уникальная система работы со зрителями. На презентации выступала знаменитая в Архангельске “дама с колокольчиком” – заведующая педагогической частью театра Марина Владимировна Мельницкая. Она рассказывала не только о спектаклях, но и о том, например, что делать, если родители привели ребенка, которому явно рано на спектакль – оказывается, нужно не отправлять его домой, а отвести в комнату, где хранятся куклы, там артисты с ним поиграют. Меня поразило, что еженедельные встречи, на которых взрослые читают детские книги, проходят в Архангельске много лет подряд. Готовя спектакль о взаимоотношениях родителей и детей, они обратились к подросткам с просьбой написать, что те думают о взрослых. В ответ театр получил 600 сочинений! И на основе этих писем-сочинений был создан спектакль и издана книжка. Теперь планируется еще одна книга о том, что думают родители о своих чадах.

– Я много лет знаю и люблю этот театр, которым руководит замечательный режиссер Дмитрий Лохов (его “Вертеп” в 1996 году получил первую “Золотую Маску” в номинации “Театр кукол”). Здесь с давних пор ищут новые формы спектаклей и общения со зрителем. На “Арлекине”, как и на “Маске”, есть награды, присуждаемые Секретариатом СТД РФ (СТД – учредитель фестиваля). В этом году Архангельский театр кукол стал лауреатом почетной премии “За весомый вклад в раз-витие детского театра в России”. Премия “За великое служение театру для детей” вручена Александру Петрову, художественному руководителю “Зазеркалья”.

– И еще одна премия СТД, о которой хочется сказать, – творческая командировка для одного из участников фестиваля. В этом году лауреатом стал Вячеслав Поляков, поставивший “Балду”. Мне кажется, это очень хорошая награда – возможность побывать на каком-то фестивале не как участник, а как гость, посмотреть на процесс со стороны. Обсуждения спектаклей, знакомства, разговоры с коллегами – важная составляющая. “Арлекин” совершенно лишен официоза, по-домашнему уютен и обаятелен, и это делает общение неформальным. За эти дни я открыл для себя много нового, спасибо “Арлекину”.

Беседовала Екатерина ДМИТРИЕВСКАЯ

  • Сцена из спектакля “Птицы”. Фото Ю.СМЕЛКИНОЙ
«Экран и сцена»
№ 9 за 2018 год.
Print Friendly, PDF & Email