Максим Горький и другие

Фото Е.ЦВЕТКОВОЙНазвание вечера в МХТ, посвященного 150-летию со дня рождения Максима Горького, “Солнце всходит” может показаться оптимистичным тому, кто не знает слов каторжанской песни, известной с конца XIX века. Песня эта стала знаменитой после легендарной премьеры “На дне” в 1902 году, где ее спели артисты, игравшие босяков-ночлежников.

Боль недавней безутешной потери театра – уход Олега Павловича Табакова, кемеровская трагедия (юбилей писателя совпал с днем национального траура) объединили сцену и зал. Солидарность в общем горе создала особое настроение, обмен энергиями, что, безусловно, сделало вечер событием, которое запомнится.

“В театре читают пьесу” – так определен режиссером Виктором Рыжаковым жанр спектакля по тексту Михаила Дурненкова, коллажа из воспоминаний, писем, фрагментов пьес. Биографических материалов о Горьком и самого Горького – море. Дурненков отбирает документы, остро и свежо звучащие сегодня.

В начале 1990-х Михаил Гаспаров написал в своей записной книжке: “Горький – замечательно интересная фигура. Сейчас его не любят за его советскую официальную славу и только обсуждают, убил его Сталин или не убил. Но когда о политике забудут и займутся им как писателем, то найдут много очень интересного”. К несчастью, забыть о политике не удается. Но удивительная судьба Горького, его фантастическая слава и огромное влияние на современников, захваченных энергией его заблуждений (и прозрений) – тема неисчерпаемая.

Несомненная удача – выбор артиста на роль Горького. Виктору Рыжакову было важно взять исполнителя “со стороны”. Игорь Гордин из МТЮЗа обладает особым даром естественного существования в любых предлагаемых обстоятельствах. Мало кто умеет думать на сцене, как он, превращая каждую роль в личное высказывание. Отдельность Горького–Гордина подчеркнута основной мизансценой: он существует в отдалении от хора современников. Артист не играет Горького, он, скорее, рассказчик-посредник, которому доверены заветные мысли писателя. Авторы документального спектакля освобождают образ Горького от прилипших штампов, картинности Буревестника революции. Мы не увидим ни крылатки, ни широкополой шляпы, ни знаменитых усов. На артисте белая косоворотка, брюки заправлены в сапоги. И в какие-то моменты ты ловишь себя на мысли: похож.

Еще одной приглашенной актрисой стала Ксения Раппопорт (из МДТ – Театра Европы) в роли Марии Федоровны Андреевой, роковой красавицы, бросившей МХТ, чтобы быть рядом с Горьким. Личная тема в жизни Горького сконцентрирована именно на этой фигуре (в спектакле нет Екатерины Павловны Пешковой, а баронесса Будберг оказывается лишь лицом массовки). Что вполне оправдано, поскольку главное внимание уделено отношениям Алексея Максимовича с Художественным театром и с его основателями – К.С.Станиславским в исполнении Анатолия Белого и Вл.И.Немировичем-Данченко в лице актера Игоря Верника. История постановок “Мещан”, “На дне” пересказана пунктирно, небольшие сцены из пьес разыграны в чуть шаржированном ключе. Оглушительный успех “На дне” казался Горькому гарантией того, что он станет первым драматургом театра. “Вишневый сад”, последняя пьеса Чехова, “не производит впечатление сильной вещи. Нового – ни слова”, – пишет Горький К.Пятницкому. Он еще не догадывался о том, что его роман с МХТ скоро даст трещину. “Дачники” покажутся Немировичу политизированными и поверхностными. “Дети солнца” останутся в истории театра как случай непредусмотренной создателями реакции публики, принявшей бунт на сцене за реальную картину расправы над артистами.

Трагической доминантой спектакля становится кончина Чехова. Зал отзывался волной сопереживания Марине Зудиной (она проникновенно читала монолог О.Л.Книппер-Чеховой о смерти мужа) – слишком свежи воспоминания о прощании с Олегом Павловичем. Звучат гневные слова Горького об “устрицах” – надписи на вагоне с гробом, равнодушной, назойливой толпе, требовавшей от писателя выступления над могилой Чехова.

Конфликт с Художественным театром в связи с постановкой “Бесов” не менее важен в спектакле. Горький обвиняет театр в том, что он потакает той публике, которая хочет посмотреть на “дьяволов революции”, писатель считает Достоевского злым и вредным гением.

Через пять лет в “Несвоевременных мыслях” Горький будет писать о Ленине, который вводит в России социалистический строй по методу Нечаева, цитировать Достоевского: “Правом на бесчестье легче всего русского человека увлечь можно”. Он пытается спасти Александра Блока, Николая Гумилева, но просьбами лишь ускоряет собственную высылку за рубеж.

Горький вернется в Советский Союз другим человеком, не тем, что “в мир пришел, чтоб с ним не соглашаться”. В спектакле звучат воспоминания Дмитрия Лихачева о поездке Алексея Максимовича на Соловки. “Цепь порвать я не могу” – пелось в песне “Солнце всходит и заходит”. Роскошный шехтелевский особняк Рябушинского, дарованный советской властью, становится для Горького тюрьмой. В финале спектакля Виктора Рыжакова на заднике вспыхнут почти гамлетовские слова писателя, обращенные к Владиславу Ходасевичу: “Когда я умру, напишите обо мне”.

Екатерина ДМИТРИЕВСКАЯ

Фото Е.ЦВЕТКОВОЙ

«Экран и сцена»
№ 7 за 2018 год.
Print Friendly, PDF & Email