Необыкновенный концерт

Фото предоставлено фестивалемБлагодаря Чеховскому фестивалю в Москве образовался широкий круг зрителей-фанатов традиционного искусства Китая. Два года назад “Женщины-генералы семьи Ян” из Центра культурного развития Оперы Мин в Фучжоу завораживали публику изысканной красотой костюмов и гримов, пластикой, пением и, вместе с тем, специфическим, но очень обаятельным юмором. История еще одной храброй воительницы – Хуа Мулань (имя переводится на русский язык как цветок магнолии) в нынешней программе предстала в исполнении артистов и музыкантов с Тайваня.

Героиня китайской баллады хорошо знакома детям по известному полнометражному мультфильму, снятому студией “Walt Disney Pictures” в 1998 году. Сюжет легенды у нашего зрителя ассоциируется с “Гусарской балладой” (девушка отправляется на войну, надев мужское платье). Мулань – давний предок нашей кавалерист-девицы Надежды Дуровой с той только разницей, что китайская амазонка исполняет свой дочерний долг: ее старый отец, получивший повестку в армию, воевать не способен. Понятие “Давным-давно” (так называлась пьеса Александра Гладкова, экранизированная Эльдаром Рязановым) в Поднебесной – предания глубокой старины. “Баллада о Мулань” датируется VI веком нашей эры.

Режиссер Ли Сяо-Пинь поставил древний сюжет по-своему, превратив его в шоу, рассказывающее легенду с помощью ударных инструментов. “Мулань” – совместная постановка театра перкуссионной музыки Джу Перкашн Груп и Национального оперного театра Го Гуан.

Многие помнят песню Булата Окуджавы “В Барабанном переулке” о барабанщиках, тщетно пытающихся найти своих барабанщиц. В “Мулани” хор перкуссионистов объединяет мужчин и женщин, одетых в одинаковые костюмы. Эта униформа сочетает китайские и интернациональные мотивы. Брюки-галифе, грубые сапоги напоминают о том, что основное действие происходит на поле битвы. Батальные сцены решены с помощью больших барабанов, бой материализован оглушительным боем барабанных палок. Когда же нужно показать схватку противоборствующих сторон, длинные шесты в руках артистов, сталкиваясь, звучат как музыка.

В бой идут не только барабаны. Литавры и гонги, бубны и колокольчики призваны, чтобы создать настроение истории, происходящей в двух измерениях – здесь и сейчас и в “наплывах”, воспоминаниях заглавной героини. Деревянные инструменты, похожие на домашнюю утварь, имитируют игрушки и сопровождают сцены детства, возникающие в памяти Мулань, игра на маримбах создает многозначный звуковой ряд: от шепота ветра и шелеста травы до печальных, траурных мотивов, сопровождающих похороны погибших.

Отечественный зритель уже привык к тому, что китайский театр похож на праздник, пиршество красок. В “Мулани” традиционный костюм мы видим только у героини. В ее головном уборе, украшенном розовыми шариками, появятся два гибких фазаньих пера. Это означает, что Мулань стала генералом, палка с кисточкой в ее руке символизирует лошадь (белая кисточка указывает на цвет скакуна). Она идет воевать сразу после свадьбы, сбегая из-под ритуального балдахина. Отныне Мулань окружают солдаты, с ними она отважно сражается с врагами, с ними празднует победу. Актриса театра Го Гуань Ан-Ли Чу, играющая Мулань, в совершенстве владеет секретами древнего искусства. Она замечательно пластична в сценах войны, где используются жесты и приемы восточных боев, и мира, когда скупыми средствами нужно показать взросление героини. В финальных сценах Ан-Ли Чун безупречно исполняет свою партию в стиле традиционной пекинской оперы.

Режиссер определяет зрелище как музыкальную драму. Однако в “Мулани” почти нет диалогов. Исключение – ночная сцена с кучером, в которой героиня говорит о тоске по дому. Жанр этого действа, скорее, концерт-шоу, где спаяны аутентичные китайские и интернациональные традиции. Артисты-виртуозы извлекают звуки не только из перкуссионных инструментов. Темпераментная чечетка имитирует стук копыт. Топот ног и хлопки рук так же важны в музыкальной партитуре “Мулани”, как барабаны и гонги всех мастей.

В этом все побеждающем ритме каждый услышит свое. Кто-то сумеет прочесть пацифистскую историю, а кто-то воспримет “Мулань” как умиротворяющую медитацию, растворяясь в музыкальной стихии. “В эпилоге ударные инструменты создают атмосферу торжествующей гармонии”, – написано в программке-синопсисе. Именно ее, торжествующей гармонии, нам сегодня остро не хватает.

Екатерина ДМИТРИЕВСКАЯ

Фото предоставлено фестивалем

«Экран и сцена»
№ 13 за 2017 год.
Print Friendly, PDF & Email