Продолжение легенды

«Современник» на площади Маяковского.
Фото из архива автора
«Современник» на площади Маяковского.
Фото из архива автора

В ночь с 15 на 16 апреля 2021 года Московскому театру «Современник» исполняется 65 лет. Дата вроде бы промежуточная, но на самом деле – знаковая. Это первая дата театра, которую он встречает без своих основателей.

Феномен рождения театра – может быть, самое увлекательное в истории театра вообще. Момент возникновения новых эстетических форм отражения действительности, поиск способов самореализации, преодоление естественных сложностей при формировании коллектива и объединяющая этот коллектив идея. Трансформирование идеи, влияние времени и его разъединяющая беспощадность. Преемственность в новом и непрерывность развития искусства в целом.

История Московского театра «Современник» уникальна – не только для него лично как для художественного учреждения. Она уникальна в контексте истории русского театра. Потому что факт появления в 1956 году Студии молодых актеров, созданной волей, инициативой и энтузиазмом молодости, восстанавливал линию естественного развития театрального коллектива. Кроме того, поддержанный и представителями старших поколений, и, в конечном счете, государством, «Современник» своим собственным примером доказал, что театр может и должен рождаться из необходимости, из острой потребности высказаться и быть услышанным.

Студия молодых актеров возникла, по сути, как еще одна студия МХАТ, но, возвращая к жизни идеи и заветы основателей Художественного театра, она рождалась без участия его тогдашнего руководства. Студия обращалась за помощью к прошлому и спорила с настоящим. Противопоставляла себя настоящему.

Олег Ефремов. 1966.
Фото из архива автора
Олег Ефремов. 1966.
Фото из архива автора

В 1955 году педагог Школы-студии МХАТ и актер ЦДТ Олег Ефремов поставил дипломный спектакль по пьесе Виктора Розова с символичным названием «В добрый час!» и нашел единомышленников. Получив дипломы и распределения в разные театры, они уже не смогли расстаться – репетировали по ночам пьесу с еще более символичным названием «Вечно живые». В апреле 1956 года состоялся спектакль в помещении Школы-студии – ночное обсуждение со зрителями окончательно убедило в правильности выбранного пути. Но выбрать верную дорогу мало – нужно по ней идти. Они репетировали и много рассуждали о новом театре, и недолго существовали как Студия молодых актеров при Художественном театре. Но потом им запретили играть «Матросскую тишину» Александра Галича, а за спектакль «Никто» в постановке Анатолия Эфроса по пьесе Эдуарда де Филиппо и вовсе обвинили в «идеологической незрелости». МХАТ разорвал с ними отношения, они оказались бездомны и самостоятельны, и почти случайно обрели название.

Театр-студия «Современник». Дитя «Оттепели» – эпохи, когда «все говорилось, снималось и ставилось от имени целого поколения» (по словам Василия Аксенова). Олег Ефремов, Галина Волчек, Игорь Кваша, Лилия Толмачева, Евгений Евстигнеев, Олег Табаков, Виктор Сергачев – основатели «товарищества на вере», театра современной темы, в котором все обсуждалось на труппе и главным был коллектив. Годы скитаний по домам культуры и залам гостиниц, а потом «сносное» здание на площади Маяковского, которое они, в лучших студийных традициях, сами приводили в порядок. Легендарные спектакли – «Голый король» Е.Шварца, «Назначение» А.Володина, «Всегда в продаже» В.Аксенова, «Двое на качелях» У.Гибсона, «Обыкновенная история» И.Гончарова, «На дне» М. Горького, «Традиционный сбор» В. Розова.

Единомышленники выросли. Труппа год от года пополнялась молодыми артистами – хотя Устав Студии, принятый в 1962 году, жестко оговаривал состав труппы «в 30 человек и 6 кандидатов», вместе со зданием на площади Маяковского «Современник» получил от Министерства культуры штатное расписание, и труппа неминуемо увеличивалась. В недалекой юности студийцы максималистски отказывались от званий, мотивируя это тем, что «звания разобщают, а в студии все равны перед искусством». Они были правы – звания разобщают, но в стране были приняты определенные правила, и вскоре стало очевидно, что их вызов никому не нужен, а отстоять спектакль тем легче, чем больше «заслуженных» артистов в нем занято. Спектакль «Обыкновенная история» в 1966 году получил Государственную премию СССР, что свидетельствовало о признании властью. Хотя художественной ценности этой работы, где «Современник» словно подводил итог своей бескомпромиссной юности, подводил безжалостно и честно, это нисколько не умаляло.

Студийность уходила из самоощущения, самовосприятия. Современниковцы упрямо называли себя студией на обсуждениях и именовались театром в документах с 1964 года. Внутренние перемены чутко перекликались с переменами внешними. Время «Оттепели» оказалось обманчиво. Его идеалистическое начало длилось недолго, и это очевидно, даже если касаться только области искусства. У государства было достаточно возможностей закрыть «Современник», и если бы такая цель ставилась, то результат легко предсказуем. Другой вопрос, что «Современник» никогда не боролся с властью, никогда не стремился стать политическим театром. Его создатели и его основатель действительно были «детьми ХХ-го Съезда» со всеми вытекающими отсюда последствиями. Они были искренны и когда ставили «Голого короля», и когда исследовали революционное движение в России в знаменитой трилогии «Декабристы», «Народовольцы», «Большевики». Не поощряя их инициативу напрямую, государство заставило их в итоге играть по своим правилам. Но главным был сам факт инициативы. Ефремов и его студийцы «прорвали некий закоснелый слой, прошибли лбом стену, которая казалась непрошибаемой» (Игорь Кваша). Они стремились отражать своим искусством жизнь – ту, которая была вокруг них, ту, в которой они существовали – отсюда идеализм Студии молодых актеров и ощущение надломленности и разочарования театра-студии «Современник». Они не причисляли себя к диссидентам, но оставляли за собой право общения с ними. Стремились говорить от лица своего поколения – а судьба поколения складывалась все драматичнее. По мере взросления студии и лично каждого студийца становилось ясно, что «их сердца уже не бьются в унисон», что они перестают быть коллективом, «который целиком – художник». Отказываться от идеалов юности невыносимо тяжело, почти невозможно, возникает ощущение самопредательства, поэтому они боролись за свою студийность столько, сколько могли. Чрезвычайно показательно, что театр-студия «Современник» не знал расколов – они могли не соглашаться друг с другом и спорить сутками, но внутри студии никогда не случалось такого, чтобы одна группа противопоставила себя другой.

Первое фото труппы после ухода Олега Ефремова. 1970.
Фото из архива автора
Первое фото труппы после ухода Олега Ефремова. 1970.
Фото из архива автора

В 1970 году Олег Ефремов принял приглашение стать главным режиссером Художественного театра, предложив «Современнику» «влиться во МХАТ и тем самым выполнить некую историческую миссию возрождения родного для всех театрального дома». Труппа, однако, за ним не последовала. Трагизм случившегося был не в том, что окончился студийный период, а в том, как он окончился. Когда лидер уходит – уходит основополагающее начало. В случае «Современника» студийность ощущалась уже на излете, но непонимание, возникшее между Ефремовым и его «театром единомышленников», ставило под вопрос смысл дела, которому они посвятили юность, которому безоглядно отдавались, без которого себя не мыслили, – создание театра своего поколения.

Через два года коллегиального управления труппа «Современника» выбрала нового главного режиссера – Галину Волчек. Еще через два года было снесено здание на площади Маяковского, и «Современник» переехал на Чистопрудный бульвар. Волчек оставалась во главе театра сорок семь лет – большую часть его жизни. Все еще трудно представить «Современник» без нее.

Легко Галине Волчек никогда не было. Требовалось сохранить «Современник», не превратив его в памятник самому себе. Выстраивать репертуар и формировать труппу – ведь репертуарный портфель театра Ефремов забрал во МХАТ, к тому же, не сумев убедить пойти за ним всех, начал переманивать артистов по одному. В разные годы в Художественный театр ушли основатели «Современника» Виктор Сергачев, Евгений Евстигнеев и Олег Табаков. Игорь Кваша и Лилия Толмачева остались с Волчек, бесконечно доказывающей жизнеспособность своего театра, открывая новые драматургические, режиссерские, актерские (и какие!) имена. Ее театр был разным, но неизменно – честным. Обязанности руководителя стоили сцены Волчек-актрисе. Если она ставила спектакль – то потому, что не могла не поставить. В 1975 году, после «Эшелона» по пьесе Михаила Рощина, она стала первым советским режиссером, приглашенным на постановку в США. В 1989 году первой подняла в театре тему сталинских репрессий – в репертуаре появился «Крутой маршрут» по первой части книги Евгении Гинзбург.

Волчек открыла двери в «Современник» режиссуре со стороны, чего почти совсем не делал Олег Ефремов. Она приглашала на постановки как мастеров, так и вчерашних выпускников. Вчерашние выпускники становились мастерами – и уходили строить свои театры.

Искусство не стоит на месте, оно пребывает в движении, театральное особенно, поскольку каждый сыгранный спектакль неповторим и невозвратим. Но история театра, как и история искусства в целом, знает периоды взлетов, сменяющихся потом периодами их осмысления, освоения опыта и некоторой стагнации, в глубинах которой зреет новый всплеск.

Прошлое «Современника» прекрасно, и хочется пожелать театру и его новому художественному руководителю Виктору Рыжакову яркого настоящего и достойного будущего. И всегда – современников, которым он необходим.

Мария ЧЕРНОВА

«Экран и сцена»
15 апреля 2021 года.

Print Friendly, PDF & Email