Девчонки не стоят в сторонке

Фото О.ХОРОШИХ
Фото О.ХОРОШИХ

Пьеса “Фабричная девчонка”, написанная Александром Володиным в 1956-м, в первый год едва начавшейся оттепели, сейчас кажется почти антисоветской. В ней ясно видно, как власть авторитета, культ силы истончается: даже бичевание в газете уже не воспринимается трагедией – скорее просто событием.

Режиссер Владимир Панков и художник-постановщик Сергей Агафонов создают в одноименном спектакле Центра драматургии и режиссуры атмосферу эпохи, не стремясь к доподлинному воспроизведению 1950-х. На вытянутой – широкоформатной – сцене выставлен ряд металлических двухъярусных коек с матрасами, простой стол, несколько стульев, этажерка с красными книжками, внушительного размера гипсовый бюст Ленина и кинокамера. Оператор и режиссер готовят сюжет про образцово-показательную группу фабричных работниц. По бокам сцены висят два киноэкрана, транслирующие фрагменты съемки и демонстрирующие агитплакаты. Режиссер рассаживает девушек, подсказывает им позы и занятия – творчески “улучшает” их реальность, идеализирует убогий быт, требуя не смотреть в камеру для большего правдоподобия. Кино не станет документальным, не сообщит зрителям ничего о настоящей жизни героинь. А жизнь эта не простая.

В спектакле Владимира Панкова “фабричная девчонка” – собирательный образ, главного действующего лица здесь нет. Будто из группы в черных форменных халатах и белых косынках камера выхватывает несколько судеб, а остальных оставляет фоном, хором.

Детство девушек пришлось на военные годы, взросление – на голодный послевоенный период. Многие – сироты, и кроме надежды на будущее у них ничего нет; женское общежитие – их единственная семья. Они мечтают о счастье, о любви – каждая представляет и добивается ее по-своему.

Бунтующая против ханжеских правил Женька Шульженко (Вероника Мохирева) в яркой желтой кофточке, густо накрашенная, в туфлях на высоких каблуках, внимания ищет отчаянно. Но пока она еще не встретила того, кто увидит за ее необузданной натурой ранимость и хрупкое нежное сердце. Столь же горячо стремится вырваться из опостылевшего однообразия жизни мечтательная Надюша (Полина Синильникова). Ее взволнованное лицо то и дело возникает на экранах крупным планом. Ирину Алена Пятилова играет скромницей, смущающейся от собственной удачи, – она выходит замуж за болгарина и уезжает в дружественную заграницу. Строгий комсорг Леля (Ирина Кругман) отчитывает девушек, командует ими, но за грозным тоном кроется горький опыт несчастной любви. Лелю начинают по-настоящему слушать и уважать только тогда, когда она рассказывает о своей беде.

В жизни девушек постоянно присутствуют двое мужчин: комсомольский чиновник Бибичев и Владимир Ильич Ленин, рядом с бюстом которого цветет в граненом стакане трогательный букет васильков. Юрий Бибичев – живой советский человек, Ленин – идеал, идол, и расстояние между ними огромно. Юра полагает, что он не должен жить для собственного удовольствия, что его существование обусловлено служением обществу. Геннадий Уланов играет Бибичева зажатым, всегда уставшим и таким же сиротливым, как его подопечные.

Кроме молодых девушек и парней, есть в спектакле и тень другой части советского общества – отец новенькой, Веры, – в ватнике и шапке-ушанке, недавно вышел на свободу и имеет свои представления, сомнения и понятия. Лагерный опыт, постепенно вторгающийся в семьи, еще сыграет огромную роль в жизни этого поколения.

Пока же девушки и парни много танцуют и дружно поют, демонстрируя индивидуальности, талант и волю к жизни. Но в песнях про страну героев и ученых нет места простым работницам и рядовым морякам. С плакатов синими нарисованными глазами смотрят счастливые труженицы, и девочки пока еще верят – в идеалы, в коммунизм, который вот-вот наступит. Женька настолько убеждена в грядущей тотальной справедливости, что открыто рассказывает проверяющему чиновнику, как отчистили специально к его приезду станки, – она искренне полагает что и это лицемерие скоро исчезнет.

Уверенность эта, однако, постепенно растрачивается на привычную маленькую ложь, и в финале, зажав в руках комсомольские билеты, девочки застывают перед зрителями группой для фотографии на доску почета. Только в глазах совсем нет гордости – лишь безразличие или тоска.

Единственный путь, который помогает преодолеть лицемерие системы, сблизить идеал и реальность – это любовь. Потому что любовь предполагает правду, и правда не существует без любви. Спектакль Владимира Панкова об этом.

Зоя БОРОЗДИНОВА

«Экран и сцена»
№ 22 за 2019 год.

Print Friendly, PDF & Email