Шпион, выйди вон

Жан Дюжарден в роли агента 117
Жан Дюжарден в роли агента 117

“Агент 117: Из Африки с любовью”. Режиссер Николя Бедос

Ян Флеминг говорил, что сходство его агента 007 с французским агентом 117 не более, чем совпадение. Меж тем агенты были очень похожи друг на друга не только номерами и родом занятий, но и манерой поведения, и бесстрашием, и любвеобильностью. Похожи до такой степени, что оставалось только спорить, кто из них является пародией на другого – Джеймс Бонд или Юбер Бониссер де ля Бат.

Создатель агента 117, Жан Брюс, написал о своем Юбере много романов, а после гибели писателя в автокатастрофе дело продолжили его жена и дети. Сага завершилась в 1992 году.

Еще при жизни Брюса о славном агенте начали выходить фильмы – почти все экранизации, один или в соавторстве, снял Андре Юнебель, автор знаменитого Фантомаса. Последний фильм вышел в 1970 году.

А в ХХI веке история неожиданно продолжилась, но теперь уже в виде фарса: в 2006-м и 2009 годах Мишель Хазанавичус снял две откровенно пародийные картины, где агент 117 наводил порядок в Каире в 1955 году и искал микропленку в Рио-де-Жанейро в 1967-м. Он боролся за процветание любимой Франции и побеждал нацистов, но при этом несмешно шутил, делал всякие нелепости, восхвалял себя и поигрывал бровями, желая привлечь всех женщин на свете. Хазанавичус, которого эти фильмы сделали известным, сделал лучший из возможных выбор на роль Юбера – его сыграл Жан Дюжарден, мастер изображать карикатурных французов.

И вот опять прошло много лет, и агента 117 снова вынул из сундука молодой режиссер Николя Бедос – для “Агента 117: Из Африки с любовью”. С Дюжарденом он играл в фильме “Любовь живет три года” и писал для него сценарий “Право на лево”, а теперь вновь предложил ему роль Юбера Бониссера ле ля Бата. Теперь агент уже немолод, но хорохорится, что придает ему дополнительные карикатурные черты.

Действие происходит в 1981 году, и некоторые сцены сделаны так, чтобы казалось, будто в том году фильм и был снят: драки, когда от легкого прикосновения руки злодеи разлетаются в стороны и злобно сверкают глазами; “Полюшко-поле” и “Красная армия всех сильней”, которые звучат, когда в кадре появляются русские; комбинированные автомобильные съемки и сдержанные постельные сцены под меланхоличную музыку.

Юбер покоряет женщин своими бровями и улыбкой, но пробормотать фразу “Не понимаю, что со мной произошло” ему все-таки приходится. А когда ночью, после ухода разочарованной женщины, агент обнаруживает, что мужская сила вернулась к нему, это оказывается не мужская сила, а заползшая под одеяло змея, подброшенная его русским врагом Казимиром. Но в следующий раз агент находит средство – в момент фиаско он вспоминает победы любимой Франции, и они действуют на него лучше любой виагры.

В первых кадрах Юбер оказывается в Афганистане и попадает в плен к русским, а те намереваются обменять его на партию оружия и требуют записать обращение к Жискару д’Эстену. Но несколько ловких движений (образца 1981 года), бритва, которой он легко перерезает веревки, изящно расположенные на загорелом лице кровоподтеки и великолепный прыжок в кабину американского вертолета показывают, что агент 117 в хорошей форме. Он шутит: “Советский уют в сочетании с афганским гостеприимством – так не хотелось уезжать!” и радуется тому, что победил своего врага Казимира (Иван Франек).

Тем обиднее ему слышать от шефа Армана (Владимир Иорданов) новый приказ: идти работать в “компьютерный цех” вместе с лохматыми очкариками. Еще обиднее видеть Сержа (Пьер Нине), агента 1001, молодого, свежего и наивного, которым Арман откровенно восхищается: “Какие голубые глаза! Какие волосы!” Серж улетает в Африку, разбираться с повстанцами и поддерживать президента, ставленника Франции. Юбер быстро становится продвинутым юзером и даже начинает понимать профессиональные шутки своих лохматых коллег.

Но соперничество молодого агента с уже не очень молодым – одна из ключевых тем фильма, и вскоре приходит информация о том, что Серж пропал, и агент 117 летит его спасать, читая в самолете комикс “Тинтин в Конго”, чтобы освежить свои знания об Африке. Далее Юбер будет бороться с Сержем за женское внимание (проигрыш), дрессировать при нем львов (выигрыш) и убегать от разъяренных повстанцев, стараясь доказать, что он бегает быстрее (ничья).

В целом создатели фильма на стороне Юбера. Серж, плохо изучивший нравы африканской фауны, на какое-то время вынужден перестать работать на Францию, а де ля Бат выполняет задание с блеском и в финале фильма готовится к новой командировке, в СССР. Да и в исполнении Жана Дюжардена агент выглядит скорее обаятельным наглецом, нежели неумным эгоистом.

Тем интереснее наблюдать колоссальную неполиткорректность агента 117 и его шефа. В 1981 году и слова такого не было, поэтому диалог: “А кто здесь глава повстанцев, они все одинаковые!” – “Не надо так. Наши африканские друзья чересчур ранимы и повсюду видят расизм” был бы, скорее всего, и никем не замечен.

Второй диалог: “Я не могу понять, что на уме у моей жены” – “Она же женщина. У нее на уме может и вообще ничего не быть” вызвал бы в первую очередь смех. Как и обращение агента к нищему африканскому мальчику: “Старайся, и ты будешь как французский футболист, который играет нормальным мячом, на нормальном поле, в нормальной стране. А ведь он еще чернее тебя, хотя куда уж больше”.

Юбер и раньше такое говорил, однако на дворе 2022 год, и такие шуточки могут быть опасны для репутации, особенно если учитывать то, что сейчас происходит с героем Яна Флеминга. То, что Бонд, павший в последнем фильме смертью храбрых, может вернуться, сомнений не вызывает. Но вот в каком обличье – вопрос. Дэниел Крейг уже объявил, что больше играть Бонда не будет, и впереди радикальная смена парадигмы. Британские критики пишут, что классический агент 007 – воплощение мужского шовинизма и культурного империализма и в двадцатые годы двадцать первого века не имеет права на существование.

Продюсер Барбара Брокколи говорит, что будет рада завершению монополии белых актеров на роль Бонда, и в списке претендентов на главную роль в бондиане есть и темнокожие актеры, и белые актрисы, и темнокожие актрисы.

При этом Юбер Бониссер де ля Бат – еще большее воплощение культурного империализма и мужского шовинизма, и в фильме окружающий мир этому не противится. Когда агент 117 после афганской командировки входит в офис, весь шикарный и в плаще, то обращается к коллегам-женщинам со словом “Привет!” и звонким шлепком по ягодицам. Случайно пропущенные дамы обижаются: “А мне привет?”

А первые дни Юбера в Африке, когда он еще старается ничем не задевать африканцев и жмет в отеле руки всем садовникам и малярам, оборачиваются тем, что носильщик заставляет его носить чужие чемоданы и требует повышенные чаевые.

Но и это еще не все – Юбер с глубоким презрением относится к заявлению Сержа “каждый мужчина должен иметь частичку женственности” и, комментируя это заявление и изящный наряд напарника, не особенно стесняется в выражениях. А уж то, как он в результате поступает с девушкой-главой повстанцев (Фату Н’Диайе), даже для 1981 года жестковато.

Фильм “Агент 117: Из Африки с любовью” можно считать наглым ответом нью-бондиане, тем более что в первых кадрах звучит мелодия, которая совершенно не стесняется подражать знаменитой теме Монти Нормана. А можно считать и лакмусовой бумажкой – с ее помощью проверяется истинность собственных убеждений по поводу разных ориентаций, разных полов и разных рас: теряет ли в какие-то моменты герой Дюжардена свое обаяние? Насколько кажется глупым и отвратительным – или вовсе не кажется?

Приятно ли, что в схватке нового и старого (вариант – молодого и старого) выигрывает именно агент 117, а не агент 1001? Впрочем, если применить к Юберу “культуру отмены”, то будет невозможно продолжить франшизу, а продолжение, судя по открытому финалу истории, планируется совершенно точно. И пока обсуждается будущий облик Джеймса Бонда, французские сценаристы уже придумывают шутки про Советский Союз времен застоя.

Жанна СЕРГЕЕВА

«Экран и сцена»
№ 3 за 2022 год.

Print Friendly, PDF & Email