Убить слона

“История одного назначения”. Режиссер Авдотья Смирнова.

“Соня, ты меня ненавидишь”. – “Я ненавижу не тебя, а этот твой русский народ и любовь к нему, выдуманную, неискреннюю!” – такой диалог случается в Ясной Поляне между графом Толстым (Евгений Харитонов) и женой его Софьей Андреевной (Ирина Горбачева).

Они молоды, хотя Толстой к моменту действия фильма уже написал “Детство”, “Отрочество”, “Юность” и “Севастопольские рассказы”, их чувства еще горячи, и Софья Андреевна еще надеется оторвать мужа от русского народа и повернуть его к семье.

Но Лев Николаевич довольно сдержанно реагирует на то, что у младшего сына режутся зубки, и приехавшему в гости юному поручику Грише Колокольцеву (Алексей Смирнов) прежде показывает деревенскую школу с обожающими графа крестьянскими детьми, а уже потом знакомит его со своими малышами. Впрочем, кажется, даже и не знакомит.

Однако про семейные ценности Лев Николаевич Грише вкратце рассказывает. Тот зол на своего отца (Андрей Смирнов), устроившего сыну основательную взбучку за гусарство и шалости: Гриша с товарищами напоили шампанским циркового слона, что закончилось смертью бедного животного.

Генерал Колокольцев бросает сыну много обидных фраз: “ребенок, а не мужчина”, “у тебя нет никакого представления ни о долге, ни о чести” – и порывистый Григорий переводится в Тульскую губернию, одновременно и быть подальше от отца, и доказать ему, что он все-таки мужчина. И роль старшего товарища, мягко наставляющего Гришу, достается графу Толстому.

Они совпадают в своем остром желании сделать добро русскому народу – Гриша мечтает открыть для солдат столярную артель, чтобы те возвращались домой, владея ремеслом, – и много о нем говорят. Толстой с радостью показывает новому другу свое хозяйство, и тут проявляется небольшая разница между ними: граф любит животных, понимает их, и когда гибнут его черные аргентинские свиньи, он почти плачет и говорит: “Они же как дети”. Грише же совсем не было жаль умершего слона. Ни капельки.

У Колокольцева-младшего есть и другие старшие товарищи: прапорщик Стасюлевич (Сергей Уманов) и командир полка Юноша (Геннадий Смирнов), которые на его прекраснодушие реагируют скептически. “В армии надо быть жестоким, солдаты другого языка не понимают”. “Какая артель? Доски украдут, остальное пропьют” – говорит прапорщик.

Полковник Юноша, кстати, хороший друг Колокольцева-старшего мыслит более глобально, рассказывая Григорию о том, с какими армейскими чинами ему приходится иметь дело: один – козел и пьяница, другой – баран и картежник, третий – тупица, каких мало, а четвертый – сухарь и кляузник. К народу полковник тоже относится без восхищения, твердо зная, что жестким быть необходимо: “Народ наш – ему только покажи слабину, он так взбуровится, что сам себя погубит”.

Колокольцев же, будучи в помыслах своих либералом, полковника не слушает, пытается солдат учить грамоте и устройству государства, в момент отъезда своего капитана Яцевича (Лукаш Симлат) решает проявить доброту и отпускает солдат отдохнуть вместо нудной маршировки по плацу. Солдаты тут же поджигают солому возле бани, чтобы посмотреть на испуганных голых девок, баня занимается и сгорает – к счастью, все остаются живы, но задуматься о том, как себя правильно вести с непонятным ему народом, Колокольцеву приходится.

Григорий видит приветливый дом Толстых, где Лев Николаевич говорит мудрые вещи о доброте и понимании, и свой полк, где люди не хотят слушать мудрых вещей, а хотят травить маленького писаря Шабунина (Филипп Гуревич), “самое несчастное существо на свете”, по определению Гриши. Он пытается опекать Шабунина, жалеет его и, в конце концов, решает дать ему деньги для побега, но ни к чему хорошему это не приводит. Шабунин начинает мечтать о лучшей жизни, у него появляется идея, что его неизвестный отец был благородного происхождения и на этой волне он дает пощечину капитану Яцевичу. Военно-полевой суд обязан приговорить его к смерти. Колокольцеву, как участнику офицерской тройки, надо участвовать в приговоре.

Сценарий фильма “История одного назначения”, снятого Авдотьей Смирновой, основан на главе из трилогии Павла Басинского о Толстом. Лев Николаевич принял в 1886 году участие в судьбе солдата, приговоренного к смерти за пощечину старшему по званию, и писал потом, что это событие было одним из самых важных в его жизни.

В фильме три мира. Первый – Ясная Поляна, где, помимо мудрых мыслей, развиваются трудные отношения. Брат Толстого Сергей (Алексей Макаров) собирается жениться на сестре Софьи Тане (Елизавета Янковская), но выясняется, что цыганка Марья, которую он выкупил из табора и с которой жил десять лет, ждет уже четвертого ребенка.

Сергею жалко Таню, но себя ему жальче – он повторяет, что ему теперь только спиться, что он погублен, но на вопрос брата, как же все-таки после помолвки с Таней появился четвертый ребенок, ничего вразумительного не отвечает.

В ссорах Толстого с Софьей зарождается то самое трагическое несоответствие, которое впоследствии приведет к их весьма непростой жизни; Толстой ошеломлен приговором Шабунину, стремится его спасти, а нежная влюбленная жена пытается отвлечь его разговорами о том, что в доме закончилось какао.

Второй мир – армия, где работает закон, а чувства особого значения не имеют. Когда Гриша говорит, что не считает Шабунина виновным, полковник с ласковым пониманием отвечает ему: “Только это ваше мнение как частного лица, а не как офицера”. Капитан Яцевич не желает забрать свой рапорт о пощечине, потому что так не положено. На суде произносится речь о том, что поступок писаря – “зловещее начало неповиновения войска”, в то время как у России множество врагов, внешних и внутренних.

И третий мир – тот самый непонятный русский народ. Бабы несут на плечах грабли, белят полотно и собирают ягоду с кустов. Кучер заморил аргентинских свиней голодом, поскольку ему было обидно после лошадей ухаживать за свиньями. Слуга подносит Толстым и их гостям соус, но лица у него не видно, только рука. Кухарка Стасюлевича Акулина, запросто предлагает уморить Яцевича, накормив его ядовитыми грибками. Крестьяне, стоящие в отдалении от солдат, вот-вот выстрелят в приговоренного к расстрелу Шабунина.

И как невозможно в сцене крестьянской школы отделаться от цитаты “Лев Толстой очень любил детей”, так невозможно и не вспомнить Дмитрия Пригова: “Народ с одной понятен стороны, с другой же стороны он непонятен”. В своем коротком стихотворении он с печальной иронией рассказал о так и не сбывшихся надеждах российской интеллигенции на спасение народа.

Но из этого руссконародного марева из сарафанов и лаптей проступает одно конкретное лицо, несчастный Шабунин, которого Колокольцев погубил дважды: когда дал ему денег на побег и когда не спас от расстрела.

В “Истории одного назначения” несколько смертей – животные, Шабунин, прапорщик Стасюлевич с трудной судьбой; Толстой описал его в рассказе “Разжалованный”, кое-что поменяв для красного словца и тем самым прапорщика глубоко обидев. Но то, что произошло с веселым, капризным идеалистом Григорием Колокольцевым, тоже не назовешь иначе, как смертью, хотя он остался жив и даже получил командование ротой. Он мог спасти Шабунина, но в последний момент выбрал семейные ценности – этого поступка не понял бы его отец, находившийся в зале суда. Или струсил. Или решил, что военный человек обязан соблюдать закон, как учили его Юноша и отец, а солдат всегда должен быть готов к смерти. “Армия, она вообще-то про это, про готовность к смерти” – говорит Аполлон Колокольцев.

Русская жизнь, как видится из “Истории одного назначения”, тоже про это – про готовность к гибели как физической, так и моральной. Россия наше Отечество, смерть неизбежна. И Гришу нельзя однозначно назвать предателем, он пробовал помочь, как умел (просто не умел), он выбрал уважение отца и военный долг, он, в конце концов, сам в какой-то степени стал жертвой армейской машины.

Но, тем не менее, посреди самых жестоких, косных, мрачных времен есть выбор: убить слона или этого не сделать.

Жанна СЕРГЕЕВА

  • «Экран и сцена»
№ 19 за 2018 год.
Print Friendly, PDF & Email