Авто Варсимашвили: «Трагедия, облеченная в форму карнавала»

14-1В Тбилиси прошла премьера абсурдистской черной комедии грузинского режиссера театра и кино Авто Варсимашвили “Дом, сбежавший в окно”. Это последняя часть его трилогии. Показу двух первых фильмов – “Идиотократия” и “Все будет хорошо” – сопутствовал большой кассовый успех. В новой картине снялись выдающаяся грузинская балерина, прима Большого Нина Ананиашвили, впервые выступившая в качестве драматической актрисы, а также известная джазовая певица и композитор Нино Катамадзе. На экране время от времени появляется и сам режиссер фильма – за фортепиано.


Авто Варсимашвили нашел интересную форму, соединив феллиниевскую условность кинематографа с реалиями сегодняшнего дня, праздник творчества с невеселыми размышлениями о трагичности и алогичности мироустройства, несовершенстве людей, несоответствии мечты и реальности.

Сюжет фильма незатейлив (сценарист Авто Варсимашвили, операторы Георгий Шанидзе, Михаил Магалашвили, художник Тео Кухианидзе): в руки Кукури, обыкновенного буфетчика (в этой роли Гога Барбакадзе), попадает чемодан, набитый зелененькими купюрами. Это целое состояние, что дает ему шанс навсегда покинуть неблагополучную страну, чтобы начать новую жизнь в процветающей Австралии. Конечно, незадачливый герой, присваивая гангстерские “бабки”, не предполагал, что они принесут ему, и не только ему, столько неприятностей. Но разве это важно, когда впереди – безоблачное счастье…

Супругу главного героя как раз и играет Нина Ананиашвили. Создав образ кокетливой, находчивой и очень обаятельной дамочки, мечтающей о славе звезды сериалов, балерина обнаружила комедийное дарование, словно уже не в первый раз выступила в качестве драматической актрисы. Ананиашвили очень органична и заразительна. Блестяще справиться с ролью ей помогло, по всей видимости, не только участие режиссера, но и природное чувство юмора.

В картине “Дом, сбежавший в окно” Авто Варсимашвили обнажает кинопроцесс, окуная нас, зрителей, в атмосферу неразберихи, разборок и ярких красок. Это продиктовано и сюжетом: в самом доме, где проживают авантюрные супруги, решившие взять у жизни реванш, снимается фильм. Мы оказываемся в расцвеченном павильоне. На съемочной площадке тоже горят нешуточные страсти, время от времени пересекающиеся со страстями главных героев картины, и порой непонятно, где кончается фильм и начинается реальность. Но режиссер не ограничивается этим приемом – в фильме существует еще один план: кино в кино. Время от времени герои картины словно дистанцируются от нас и оказываются “в экране на экране” в качестве персонажей “великого немого”, а мы продолжаем оставаться все теми же зрителями, только в ином временном и пространственном измерении. А за инструментом – изысканный тапер в исполнении маэстро Авто Варсимашвили, наигрывающий прекрасные мелодии.

Но есть еще один взгляд – аналитический взгляд в прошлое героев: стремительно развивающееся действие внезапно останавливается, и в тридцатисекундной вставке-новелле рассказывается об очередном персонаже фильма – две-три характерные детали, и портрет готов! Таким образом, в комедийный сюжет элегантно вводится остросоциальная и философская проблематика. У героев фильма – как и у многих в стране проживания – непростое прошлое, и все грезят об одном: обрести счастье за пределами отечества. Драпануть за кордон, выпрыгнув в окно, и поминай, как звали!

Режиссер не жалеет сатирических красок, чтобы через своих героев показать реальность такой, какая она есть… Впрочем, далеко не только социальные проблемы обусловливают стремление большинства людей уехать за границу, но и мечта, возможно, беспочвенная, о Рае “где-то там, далеко”. Конечно, это иллюзии – ведь, как говорят, там хорошо, где нас нет.

По мере развития сюжета эксцентрическая комедия трансформируется в трагический фарс: гангстер, требующий вернуть ему деньги, устраивает в доме, где проживает герой со своей супругой и в подъезде которого снимается кино, кровавую бойню. В итоге – трупы, трупы… Погибают даже ни в чем не повинные киношники. Но и это не останавливает Кукури, ставшего обладателем больших денег – напротив. Он как бы игнорирует то обстоятельство, что результатом его действий стала катастрофа. Впрочем, остается ощущение, что все герои картины Авто Варсимашвили, вовлеченные в безумный карнавал, “идиотократию”, давно перестали осознавать реальность, отдавать отчет своим поступкам, видеть тех, кто рядом. И вся эта мишура, эксцентрика кажутся только формой, за которой – боль, трагедия, гибель, разрушение ценностей, самой жизни.

…Побег из страны супружеской четы и их друзей осуществляется через окно. Эта многозначная метафора – блестящая выдумка создателей картины. Но что ждет героев там?

– Авто, легко ли вы получили согласие Нины Ананиашвили на участие в фильме?

– Начну с того, что я очень долго искал исполнительницу главной роли. И вдруг мне в голову пришла почти безумная идея – предложить роль Кэти Нине Ананиашвили. Я был уверен, что у нее есть актерский талант. Потому что без этого она не стала бы такой большой звездой. Дело ведь не только в хореографии, но и в большом актерском даре. Пусть у нее и нет мастерства драматической актрисы, но для этого существует режиссер, который помогает.

В Нине есть главное, что необходимо для героини, – чистота и внутренний свет. Когда я решил предложить Ананиашвили принять участие в моей картине, то, конечно, разволновался: мне очень не хотелось получить отказ. Но Нина загорелась сразу же. Потому что в каждом талантливом человеке есть тяга попробовать себя в чем-то новом, показать, проявить себя в другом жанре.

У Нины было много предложений сниматься, но она всегда отказывалась. А вот мне доверилась, и я ей за это очень благодарен. Мы замечательно поработали. Единственной проблемой была нехватка времени – ведь у Нины все расписано на полгода вперед. Мы заранее выкроили две недели, приурочили к ее свободным дням съемочный процесс, отложили его на полтора месяца – ждали, когда она возвратится из очередного турне.

– У вас снялась еще одна звезда – певица и композитор Нино Катамадзе.

– Нино Катамадзе – моя подруга, замечательный человек, умница. И у нее было большое желание сниматься. Нино Катамадзе играет саму себя, это эпизод. Нам нужно было найти всего лишь один свободный день, и мы справились. Я рад, что эти две замечательные женщины снялись так, что Нина Ананиашвили не танцует, а Нино Катамадзе – не поет. Если бы я использовал их профессиональные качества, то был бы не очень честен. Но они исполнили драматические роли, и это замечательно.

– Вы тоже дебютировали в роли тапера.

– Это решение родилось во время монтажа. Я вдруг понял, что не хватает какой-то отстраненности, и я должен, как Бертольд Брехт, все время напоминать зрителям, что это игра, которая придумана для них. Чтобы они не думали, будто смотрят какую-то дешевую комедию. Поэтому необходим был взгляд автора. Пришлось делать досъемку. Я благодарен режиссеру Темуру Баблуани – он посмотрел отснятый материал и выразил сомнения: “Знаешь, чего мне не хватает в твоем фильме? Мотивировки. Почему, собственно, герои так хотят убежать из страны. Это не прочитывается!” И тогда я придумал тридцатисекундные новеллы – по сути, это минибиографии героев. Потому что не все убегают из страны из-за социальных проблем. Реальность не так однолинейна. Многие стремятся уехать не потому, что нет работы или крыши над головой, а потому, что думают: ТАМ – Эльдорадо, ТАМ ждет Одри Хепберн…

– Фильм “Дом, сбежавший в окно” – третья часть вашей кинотрилогии. Вы определяете жанр последней картины как “абсурдистская черная комедия”.

– Да. Хотя это, по сути, трагедия! Герои убегают за мечтой, за красивой жизнью… Но все происходит на крови. Мы дурачимся. Наша жизнь – это постоянный маскарад, бесконечный телесериал, и мы как будто снимаемся в этом сериале. И не замечаем, что за “маскарадочностью” нашей жизни, за всем этим карнавалом все неотвратимее гибель любви. Все рушится из-за того, что, постоянно занимаясь клоунадой, мы не задумываемся о том, что нужно просто сказать друг другу: “Я тебя люблю!”.

Своими поступками, словами герои моей картины убивают красоту, мечту. В фильме от пули бандита гибнет писатель, который, возможно, создал бы роман века. Внешне как бы не касаясь друг друга, мы своими действиями вызываем бурю и губим тех, кто рядом. В итоге мир приходит к саморазрушению.

– Страшно, что Кукури даже не задумывается над тем, что его слишком горячее желание стать богатым человеком приносит окружающим несчастье.

– Он ни на что не смотрит серьезно. А из-за него убивают! Я намеренно сделал так, чтобы поступки героев были очень банальными. Кукури находит портфель с деньгами – сюжет, так сказать, с бородой. В фильме происходит откровенное дуракаваляние, как бывает в жизни – мы с вами что-то делаем, а в результате рядом что-то происходит. Все мы зависимы друг от друга. Я думаю, многие не понимают, что мы одно целое, единый организм! И когда мы совершаем какие-нибудь неправильное поступки, то не только заставляем страдать конкретных людей, но и можем стать причиной гибели тех, кого даже в лицо не знаем. Мир един – он целостен. Вот об этом наша картина. И потом – куда они бегут? Это ведь тоже мираж! А реально за окном… болото. Как в финале нашего фильма. И где-то далеко замок. Наша картина – это, конечно, трагедия, облеченная в форму карнавала.

Тбилиси
 
Инна БЕЗИРГАНОВА

«Экран и сцена» № 23 за 2013 год.
Print Friendly, PDF & Email