Дневник ее наблюдений

Фото О.ОРЛОВОЙГероиня рассказа “Пятно на стене” Вирджинии Вулф, поставленного в Электротеатре Станиславский в рамках проекта “Золотой осел” и сыгранного на Малой сцене, – художница. Она сидит в комнате и рассматривает стену – точнее, пятно неизвестного происхождения на этой стене. И размышляет о сущем, пытаясь поймать за хвост самое себя. Женское сознание героини “Пятна на стене”, которую играет Татьяна Бондарева, отчасти является проекцией сознания самой Вулф, отчасти – чистой эманацией художнической энергии. Материалом для писательницы является, само собой, слово – его она плетет в кружева, добавляя красок чисто природного происхождения. Это путешествие, в котором зритель/слушатель пребывает в медитативном и внимательном покое, словно ведет тебя по лесу – заставляя рассматривать встреченные на пути былинки, паутинки и рисунок мха. Идея режиссера Полины Fractall (это театральный дебют выпускницы Мастерской Индивидуальной Режиссуры Бориса Юхананова) и художницы Варвары Тимофеевой вписать актрису в органический рисунок анимации как раз и отражает фактуру модернистского текста.

Актриса Татьяна Бондарева, знакомая публике по экспериментальным работам с петербургским режиссером Алексеем Янковским (“Девочка со спичками” и “Злой спектакль” по текстам Клима в мастерской “АСБ”), а позже – по небольшой, но принципиальной роли Заратустры из “Лира” Константина Богомолова (театр “Приют комедианта”), растворилась в этом тексте сама и растворила его в своей технике речи.

У Вулф сознание героини устроено таким образом, что в нем, как в реке, плавают и перетекают из одного потока в другой попытки заглянуть внутрь самой себя. При этом бок о бок с рефлексией располагаются наблюдения за окружающей средой, феминистски заряженные колкости в адрес ученых мужей, случайно внедрившиеся детали – наподобие прустовской мадленки. Это лишенная центра тяжести среда ритмически и мелодически организована так, что читатель с невольным удовольствием вовлекается в ее круговерть. И движется вместе с автором к финальной точке, где героиня, возможно, достигает желаемого покоя.

Но это движение вовсе не интеллектуального плана – так может только показаться. Видимо, почувствовав это, авторы спектакля выбивают из-под нас костыль рационального, сознательного восприятия. Так и Вулф, отменив нарратив, отменила и логический, умственный способ понимания того, что произносит и думает, чувствует ее героиня. Вместо логики и “месседжей” здесь предъявлено само тело литературы – в молекулярном сложении фраз, в ритмическом строе. А поскольку речь идет о рефлексии, точкой отсчета для которой стало тривиальное и при этом загадочное явление, читатель очаровывается этим органическим течением слов в пространстве и времени.

Татьяна Бондарева становится идеальным проводником для такого рода материала: она пропускает через свое тело чужой текст и чужое сознание, транслируя его и не лишая нас удовольствия наблюдать за своей индивидуальностью – красивой сильной блондинки, уверенно и спокойно осваивающей место, в котором она оказалась. Вместо брутального способа выталкивать слова наружу – как это было в спектаклях Янковского, игравшихся на пределе физических возможностей, она спокойно и целеустремленно двигается от начала к концу, переодеваясь из черно-белого в цветное с розами на спине. И делает это все в согласии с анимированным калейдоскопом спецэффектов и электронной музыкой (Макс Рихтер). Лучшие игровые автоматы казино собраны на нашем ресурсе кристалслот который предлагает самые лучшие условия для игры в слоты и автоматы, лучшая бонусная система, а также лучшая поддержка в казино

Любопытно, что технический класс актрисы, дарящей зрителю наслаждение слышать слова в их подлинной красоте, не превращая спектакль в литературный театр, не мешает “Пятну на стене” быть плодом коллективного творчества. Здесь сошлись, мягко и не подавляя друг друга, попытка визуализации и звук, живое присутствие и анимированная, виртуальная реальность, красота написанного слова и его сценическое бытование. И когда Бондарева, растворяясь в серых видеоволнах и минималистских аккордах, говорит о прелести подводной жизни, легко ныряешь вслед за ней – в память о суициде Вирджинии Вулф, писательницы и очень необычной женщины, утопившейся в грязной реке ради счастливого будущего своих близких.

Полина ПЛАТОНОВА

Фото О.ОРЛОВОЙ
«Экран и сцена»
№ 3 за 2017 год.
Print Friendly, PDF & Email