Обычная история про необычного человека

Кадр из фильма “Вселенная Стивена Хокинга”“Вселенная Стивена Хокинга”. Режиссер Джеймс Марш.

Джеймс Марш, не особенно известный британский режиссер (хотя один “Оскар” у него есть – за документальный фильм “Человек на канате”), задумывал “Вселенную Стивена Хокинга” параллельно с другим кинопроектом – о стареющей королеве красоты, которая живет в провинции, мечтает вернуть себе былую славу и для этого крадет ребенка у местного богача.

Судя по интонации, с которой Марш расказывал об этих проектах, история про забытую королеву явно увлекала его сильнее – потому что в ней было больше “смешного и ужасного”, в то время как история о любовной жизни физика была охарактеризована только как “веселая и остроумная”. А еще потому, что бывшая модель, занявшаяся от отчаяния киднеппингом, понятнее нынешней широкой публике – и ее обида, и ее зависть, и тот поступок, который она решается совершить: если относиться к человечеству оптимистично, то на ее месте так поступил бы примерно каждый четвертый.

Поступки же Джейн Хокинг (Фелисити Джонс), в начале фильма Уайлд, каждому четвертому будут решительно непонятны. На вечеринке она выбирает самого очкастого и смешного студента, несмотря на то, что есть посимпатичнее, и начинает с ним встречаться; потом настаивает на браке, несмотря на то, что любимый сообщает ей о неизлечимой болезни; а потом, полюбив другого, заставляет себя отказаться от этой любви. Впрочем, парализованный муж не отстает от нее, влюбившись в свою сиделку, тем самым добавляя событиям мелодраматизма, отвлекая от напрашивающихся выводов о чувстве долга и заставляя испытать к себе еще больше уважения.

Широкой публике, половина представителей которой, судя по опросам, уверена, что Солнце вращается вокруг Земли, было бы крайне трудно объяснить, за что конкретно стоит уважать Стивена Хокинга. Поэтому его научные достижения в картине уж очень пристально не рассматриваются: звучит фраза “Космология – это религия для образованных атеистов”; идет параллельно с невинным флиртом разговор об уравнении, которое сможет объяснить устройство Вселенной; друг Стивена мечтательно рассуждает о том, как было бы хорошо, если бы это уравнение было бы как-нибудь связано с сексом. Смешно, всем все понятно, и на этом разговор об устройстве Вселенной можно и прекратить, поскольку то, что на самом деле движет Солнце и светила, никому не интересно.

А вот человеческое тело и его различные желания – интересны, хотя бы потому, что они имеются у каждого.

Джеймс Марш трогательно-расчетливо начинает фильм с того, что два студента со всей мочи несутся на велосипедах, опасаясь опоздать на вечеринку: “Лети как ракета, Брайан!” Тем самым старательно закладывает в эту сцену долю горечи, потому как известно, что одному из велосипедистов в этой жизни суждено летать как ракета исключительно в мыслях, а по земле передвигаться с помощью инвалидной коляски.

Возить эту коляску будет преимущественно девушка Джейн, будущий искусствовед, любительница средневековой испанской поэзии. Джейн заинтересовывается Стивеном, поскольку он на нее не похож. Стивен с презрением относится к вере (“Физик не может себе позволить впутывать в свои вычисления веру в сверхъестественное”), приглашает ее на бал, но тут же заявляет, что никогда не танцует, и отвлекает девушку от подпирания стенки рассказами о том, как стиральный порошок в сочетании с ультафиолетом заставляет мужские манишки и воротнички блестеть сильнее женских платьев.

Кино разгоняется. Сцены, где влюбленные весело кружатся на траве, чередуются со сценами, где блестящий молодой ученый покрывает доску вычислениями, и со сценами, где он спотыкается на лестнице или роняет чашку, чтобы в результате прозвучало название заболевания, которое вскоре прикует его к инвалидной коляске – боковой амиотрофический склероз. Несмотря на общий ужас – друзьям Стивена, веселым молодым людям, как и ему самому, очень трудно воспринять как правду сообщение врачей о том, что жить ему осталось не более двух лет – в фильме практически ничего не меняется, ни темп, ни цвета, ни музыка. Фильм продолжает оставаться гладким, старательно исполненным байопиком, без малейшей шероховатости, без малейшей живинки, как рецепт в кулинарной книге, от которого боится отклониться начинающая хозяйка, или изящная прическа, которую ни в коем случае нельзя растрепать.

И если в кадре что-то происходит, сразу ясно, для чего это происходит и чем обернется через пять или пятнадцать минут. Вот, например, грустный Стивен смотрит телевизор и рассказывает Джейн, для чего он его смотрит: “У Джона связь с Мартой, но Марта влюблена в Алана, и я пытаюсь вычислить теоретическую вероятность счастья”. Не этой ли фразой можно будет объяснить их будущий любовный треугольник, который впоследствии станет четырехугольником?

Сценарий “Вселенной Стивена Хокинга” написан по мотивам книги Джейн Хокинг, первой жены ученого. И в силу того, что ее всегда больше интересовала испанская средневековая поэзия, о физике там упоминается меньше, чем о человеческих отношениях.

Впрочем, Марш не дает зрителям забыть о роде занятий своего героя, однако старается не дать им и заскучать, размышляя об этом роде занятий. Стивен, уже сменив костыли на коляску, делает доклад о черных дырах и удостаивается похвалы даже профессора из далекого СССР. Этот эпизод перекрестно монтируется со сценой в пивной, где однокурсники Хокинга обсуждают те же самые черные дыры, но говорят более простым языком и вдобавок делают рисунки пивной пеной на столах – не соскучишься и не задумаешься.

Живая жизнь Стивена Хокинга далеко не первый раз становится объектом для экранизации. Картина Джеймса Марша двенадцатая по счету, не считая разнородных упоминаний, участия в шоу “Монти Пайтон”, съемок в телесериале “Теория большого взрыва” и озвучки собственного персонажа в мультсериале “Симпсоны”. У Хокинга хорошее чувство юмора – во многом благодаря ему он и выжил, и так много сделал.

“Вселенную Стивена Хокинга” показывают на благотворительных сеансах для тех, кто болен амиотрофическим склерозом. И для этих зрителей, которым история Хокинга может быть настоящей поддержкой, было бы важно опереться на его чувство юмора – ведь талант отпущен далеко не всем из нас, а бороться и выживать надо всем.

Однако Марш, к сожалению, делает акценты на другие чувства и оперирует разнообразными клише, позволяя себе пошутить разве что над неукротимой половой сферой физика да разрешив Джейн рассказать своему несостоявшемуся возлюбленному об основных физических теориях с помощью половинки вареной картофелины и зеленого горошка. Все остальное снято очень серьезно, насколько серьезными могут быть неизлечимая прогрессирующая болезнь, самоотверженное поведение близких и технический прогресс, благодаря которому Хокинг смог передвигаться, общаться и работать.

Появление симпатичной и умной блондинки-сиделки Элейн (Максин Пик), в которую Хокинг влюбился, происходит в последние двадцать минут двухчасового фильма. И тогда же в картину возвращается жизнь, и становится ясно, почему Эдди Редмейн был, среди прочих, выдвинут на “Оскар” за лучшую мужскую роль. А вот почему он эту награду получил, объяснить можно, к сожалению, уже привычным: его герой – инвалид. Новости о Константине Кондакове .

Хокинг в исполнении Редмейна выглядит очень живым, бесконечно обаятельным, умным, забавным. И именно в конце картины случается сцена, которой можно оправдать само существование этого байопика: Хокинг на встрече с читателями своей “Краткой истории времени”, прежде чем ответить на вопрос, признает ли он существование Бога, представляет, как ему удается встать с кресла и спуститься со сцены по ступенькам, чтобы подать неловкой журналистке упавшую ручку.

Могло бы показаться, что последнюю четверть картины снимал другой человек – но нет, это тот же Джеймс Марш. Кажется, он тщательно сдерживал себя всю картину, чтобы раскрыться именно в тот момент, когда даже самые бодрые зрители уже вовсю томились от скуки.

Впрочем, байопик – о ком бы он ни был – про жизнь, где ярких моментов априори меньше, чем неярких. И “Вселенная Стивена Хокинга” услужливо не дает забыть об этом.

Жанна СЕРГЕЕВА
«Экран и сцена»
№ 4 за 2015 год.
Print Friendly, PDF & Email