На пути к контексту

• Сцена из спектакля “Шербурские зонтики” Фото В.ЛУПОВСКОГОФестиваль “Золотая Маска” за последние несколько лет претерпел серьезные изменения. Из призового, каким был задуман изначально, он превращается в фестиваль театрального контекста. В нынешнем году внеконкурсная программа по количеству показов конкурировала с конкурсной, а по качеству представленного материала порой даже выигрывала. Быть может, в музыкальном театре эти изменения идут чуть медленнее, чем в драме, но они тоже заметны.
Второй год подряд программа “Легендарные спектакли и имена” знакомит московскую публику именно с музыкальными постановками. Работы Форсайта и Килиана в прошлом году, “Дидона и Эней” Марка Морриса в этом дают возможность воспринимать лучшие отечественные постановки в координатах мирового театрального процесса. Во внеконкурсной программе также можно было познакомиться с работами хореографов Кристиана Шпука и Азур Бартон.
Мариинский театр поддержал тенденцию на контекст, хотя не факт, что имело смысл это делать. Мариинка уже несколько лет подряд выделяется “Маской” в отдельную программу “Премьеры Мариинского театра”, хронологически выпадающую из рамок фестиваля. Мало того, в нынешнем сезоне среди трех показанных работ лишь “Конек-Горбунок” входил в конкурсную афишу. Программа одноактных балетов Джорджа Баланчина и Джерома Роббинса представила работы прошлых лет, причем, увы, не в лучшем качестве исполнения. “Женщине без тени” Рихарда Штрауса, выпущенной в этом сезоне, еще только предстоит отбираться в оперный конкурс следующего года. И нет никакой гарантии, что с успехом. Режиссер Джонатан Кент и художник Пол Браун, ярко заявившие о себе пару лет назад постановкой “Электры” Штрауса в том же Мариинском театре, на этот раз сработали вхолостую – и без того длинная и запутанная “Женщина без тени” показалась вдвое длиннее и запутаннее.
В результате самым интересным пунктом гастролей Мариинки оказался как раз конкурсный “Конек-Горбунок”. Вместе с “Русскими сезонами” Большого театра он представил творческий портрет безусловного лидера современной отечественной балетной сцены Алексея Ратманского. Приз за лучшую работу хореографа можно было отдать ему заранее, вопрос состоял только в том, какая из его работ – сюжетная или бессюжетная – станет поводом для этого.

Движение в провинции

Главными соискателями наград в балете были три столичных театра: Московский музыкальный театр имени Станиславского и Немировича-Данченко, Большой и Мариинский. Что не означает, будто в других городах в танце ничего не происходит. Новичком этого года стал балет из Петрозаводска. Быть может, это произошло чуть-чуть авансом, но так или иначе, театр запомнился, а получивший “Золотую Маску” за роль Меркуцио Владимир Варнава стал открытием московских гастролей.

Балетную труппу Музы-кального театра Карелии возглав-ляет Кирилл Симонов, и это, бесспорно, удачный союз. Балетмейстерские работы Симонова могут вызывать возражения, но он обладает безусловным даром увлечь артистов своими идеями. Небольшая труппа танцует истово, что дает основание с интересом ждать новых работ театра.
Еще один коллектив, у которого наметился постоянный альянс с ныне работающим хореографом – Новосибирский театр оперы и балета. Вот уже два небольших балета поставил там американец Эдвард Льянг. “Бессмертная возлюб-ленная” на музыку Филипа Гласса сполна демонстрирует его неоклассический стиль, изящный и слегка отстраненный. Ставка на Баланчина и его последователей – очевидный пункт программы Игоря Зеленского, который привез Новосибирский балет в качестве “играющего тренера”, исполнив главные партии во всех представленных в Москве одноактовках.
И, наконец, говоря о провинции, нельзя не вспомнить тот вид хореографии, в котором она традиционно обходит столицу – современный танец. Победителем этого года стал визуально изысканный и завораживающий “Casting-off”, поставленный Ларисой Александровой для Балета Евгения Панфилова. Этот пермский коллектив вот уже восемь лет существует без своего основателя, и вопреки всем писаным и неписаным законам искусства существует успешно. Сохраненные в репертуаре и возобновленные работы самого Панфилова, успешный опыт сотрудничества с европейскими хореографами уровня Итцика Галили, поиск единомышленников внутри России – из этих элементов репертуарной политики складывается сегодняшний облик театра, бывшего одним из первопроходцев современного танца в нашей стране.
Записать прошедший фестиваль себе в актив может и Челябинский театр современного танца. В афишу конкурса вошла новая постановка его многолетнего лидера Ольги Пона, а также двух бывших танцовщиц труппы – Екатерины Кисловой и Ларисы Александровой.

На музыкальной волне

Екатеринбург, еще один традиционный город “contemporary dance”, в этом году на конкурсе представлен не был. Ни “Провинциальные танцы” Татьяны Багановой, ни “Эксцентрик-балет” Сергея Смирнова премьер не представили. Зато на российскую афишу возвратился свердловский “ак” – Екатеринбургский государственный академический театр оперы и балета. Учитывая славную историю театра и те драматические обстоятельства, в которых он оказался не так давно, это событие стоит отметить.

Успех – а номинацию на “Маску” стоит признать успехом – театру принесло сотрудничество с итальянским дирижером Фабио Мастранжело. “Свадьбу Фигаро” Моцарта он сделал событием прежде всего музыкальным. Никаких режиссерских ухищрений – Иркин Габитов ограничивается воспроизведением самого первого сюжетного уровня, без затей помогая певцам существовать на сцене. Чудовищно по безвкусице и профессиональной нетребовательности оформление Вячеслава Окунева. Прочный фундамент спектакля находится в оркестре, а на нем уже выстроены ажурные здания моцартовских ансамблей. В театре есть яркие молодые певцы – прежде всего, назовем Михаила Коробейникова (Фигаро) и Надежду Бабинцеву (Керубино). Есть опытные мастера, такие как Екатерина Нейжмак (Графиня). И отличный подбор исполнителей на роли второго плана, что всегда служит признаком класса театра. Говорят, идеальная труппа – та, в которой хорошо расходится на роли моцартовский “Дон Жуан”. “Свадьба Фигаро” может служить таким же пробным камнем. Примету насчет “Дон Жуана” скоро тоже можно будет проверить – в июне в Екатеринбурге состоится премьера этой оперы под управ-лением Фабио Мастранжело.
Итальянский маэстро выступил на фестивале вполне успешно, однако не ему досталась награда за лучшую работу дирижера. “Маску” увез в Пермь Валерий Платонов – дирижер-постановщик оперы “Один день Ивана Денисовича”. Тем самым Жюри косвенно подтвердило тот факт, что интерес к опере вызван в первую очередь ее музыкальным материалом, а не политической конъюнктурой. А соперничество в композиторском конкурсе “Золотой Маски” последних сезонов таких мэтров, как Владимир Кобекин. Родион Щедрин, Александр Чайковский и спецприз Мариинскому театру за коллективно сочиненную “Гоголиаду” позволяют смотреть на оперу не только как на заснувшую красавицу, но как на актуальное искусство.

Искусство развлекать

В соревновании оперетты и мюзикла вот уже который год подряд торжествует мюзикл. Абсолютную победу одержали “Продюсеры”, поставленные в театре “Et Cetera”. Это по-настоящему крепкий кассовый хит, к тому же не копирующий готовую западную продукцию, а поставленный по сути дела заново. Пьеса Мела Брукса иронизирует надо всем на свете, и спектакль ловко балансирует на грани фола, преподнося соленые шуточки с видом детской невинности. Как когда-то в гротескных кинематографических феериях Боба Фосса, сам жанр мюзикла подвергается сомнению и заново рождается во всем своем мишурном блеске.

“Шербурские зонтики”, еще один мюзикл нынешнего фестиваля, стали прорывом в большой мир петербургского театра “Карамболь”. Всех, в том числе и Жюри, очаровал изящный сценографический аттракцион Зиновия Марголина. Но, сказать по прав-де, без точно найденной режиссерской интонации, без ностальгической нотки в костюмах героев все сценические эффекты работали бы впустую. “Зонтики” – удача общая, и это особенно приятно.
Искусство со вкусом развлекать – не последнее из умений. Наши театры делают в этой науке заметные успехи. Попытки вырастить отечественный мюзикл привели театральные коллективы и театральных продюсеров к некоторым открытиям, которые начинают с успехом применяться на практике. Одно из них – тот факт, что мюзикл должен апеллировать к коллективному зрительскому опыту той аудитории, на которую он выходит. Симпатичная и профессиональная “42-я улица” потерпела в свое время крах как раз из-за того, что американская ностальгия оказалась чуждой нашему зрителю. “Шербурские зонтики” и “Граф Монте-Кристо” оказались материалом, знакомым с детства, вызывающим цепочки ассоциаций и потому притягательным для публики.

Чего не было, хотя могло бы быть

Афиша “Золотой Маски” каждого года складывается из нескольких “слоев”. Первый – бесспорные лидеры, которые ведут борьбу за награды. Из их списка в этом году выпал “Макбет”, поставленный в Новосибирске Дмит-рием Черняковым и Тедором Курентзисом. Спектакль, сыгранный в декабре 2008 года в Новоси-бирске и весной 2009-го в Париже, – первая в истории копродукция отечественного театра и Парижской оперы. К сожалению, второй серии спектаклей в Новосибирске не случилось, и примечательная постановка оказалась за скобками фестиваля и премии.

Второй уровень – удачи местного значения, которые по тем или иным причинам не становятся событиями в масштабе фестиваля. И, наконец, третий уровень – те спектакли, что не попали в афишу, хотя и могли бы на это претендовать. И разница между второй и третьей группами часто совсем невелика.
За два года, что автор этих строк провел в составе Экспертного совета “Золотой Маски”, таких “пограничных” спектаклей накопилось не так уж мало. Жаль, что второй год в афишу фестиваля не попадают спектакли Ростовского музыкального театра. В этом городе сложились уникальные отношения театра с публикой. Между сценой и залом идет ожив-ленный диалог. В прошлом сезоне театр поставил музыкальную комедию Евгения Птичкина “Бабий бунт”. Рассказы Шолохова для Ростова-на-Дону – местная классика, граничащая с фольклором. Тут удивляться слиянию театра с публикой трудно. Но когда зал с таким же вниманием и сочувствием смотрит “Волшебную флейту”, впору позавидовать театру. К сожалению, на пути симпатично поставленного и веселого “Бабьего бунта” на “Золотую Маску” встало препятствие в виде радиомикрофонов, которыми артисты театра по инерции продолжают пользоваться при исполнении оперетты.
Не попали в афишу и два интересных спектакля московских театров, две “Женитьбы” – неоконченная опера Мусоргского в Центре оперного пения Галины Вишневской и прежде не звучавшая в России опера Гречанинова в Детском музыкальном театре имени Н.Сац. Две удачные в театральном плане работы были бы как раз не лишними в плане создания фестивального контекста. Что в конечном итоге возвращает нас к вопросу о том, как развиваться дальше “Золотой Маске” – как фестивалю премий или фестивалю контекстов.

Дмитрий АБАУЛИН
«Экран и сцена» №8 за 2010 год.
Print Friendly, PDF & Email