Свободный значит волшебный

Фото С.РОДИОНОВА
Фото С.РОДИОНОВА

В Московском музыкальном театре имени К.С.Станиславского и Вл.И.Немировича-Данченко прошла долгожданная оперная премьера. Так сложилось, что после выпуска в ноябре 2019 года импровизированной оперетты “Зимний вечер в Шамони” (художественный руководитель оперы МАМТ Александр Титель объединил в один спектакль сцены из известных оперетт, музыкальную партитуру подготовил Уильям Лейси) в театре появлялись только балетные премьеры.

Нового “Вольного стрелка” Вебера меломаны ждали с нетерпением. В июне 2021 года исполнилось 200 лет со дня мировой премьеры оперы, постановка МАМТ возникла в афише в связи с этой датой, хотя более важным аргументом ее появления стоит назвать раритетность данного названия. Бум популярности оперы в Европе пришелся на момент ее создания, в XX веке ее относительно часто ставили и записывали, в XXI интерес к “Стрелку” можно считать очень умеренным. Он является редким гостем летних оперных фестивалей, но в театрах, с заточенным под спектакли на немецком языке репертуаром, например, берлинской Комише Опер, “Вольного стрелка” ставят – можно вспомнить любопытный и очень страшный спектакль Каликсто Биейто 2012 года. Из недавнего нужно назвать постановку Дмитрия Чернякова в Баварской опере, также приуроченную к юбилейной дате. Как обычно, Черняков распутывает непонятную с первого взгляда историю с помощью психоанализа – обращается к внутреннему миру героев, разбирается с их психозами, детскими травмами и гендерной неопределенностью.

Что касается России и особенно Москвы, то здесь это название попросту забыто, поэтому премьерные показы в Театре имени К.С.Станиславского и Вл.И.Немировича-Данченко прошли с аншлагом. К сожалению, “Вольный стрелок” выпускался как полномасштабный спектакль, тогда как лучшее в нем – музыкальная часть. Пока не идеальная из-за сложностей с немецким языком, но обещающая стать таковой в будущем, если “Стрелок” будет идти.

Целая эпопея связана с названием оперы, его многие помнят как “Волшебный стрелок”. Парадоксальным образом, такое названием куда вернее, чем “Вольный стрелок”, являющееся калькой с немецкого, на котором его смысл также не совсем понятен, если не знать истории о свободных пулях. Правильнее всего было бы перевести название как “Стрелок с вольными пулями”, то есть с непростыми пулями, которые попадают туда, куда желает стрелок, отливший пули в Волчьей долине под надзором дьявола. Отчасти правильно было вовсе не переводить название, сохраняя нейтральное “Фрейшютц”, как и обозначали в старых справочниках не столько оперу, сколько собственно мифический образ немецкой народной фантазии и героя одноименной оперы. С другой стороны, поскольку “вольный стрелок” ничего не обозначает и не обещает чего-то конкретного, пусть название выглядит заманчивой абстракцией.

Постановщики оперы в МАМТ придумали свое собственное либретто и подробно расписали его в программке в качестве комментария к происходящему на сцене. Драматургом постановки выступил руководитель литературно-драматургической части театра Дмитрий Абаулин, сочинивший новые разговорные диалоги на немецком языке (“Вольный стрелок” относится к жанру зингшпиля). По замыслу режиссера Александра Тителя, действие оперы начинается с вечеринки в офисе компании, разрабатывающей компьютерные игры. Во время офисного праздника одни сотрудники по традиции говорят о работе и упражняются в каких-то задачках, другие – отрываются с пивом, танцами и раздеванием. Романтичный неудачник Макс проигрывает более сметливому товарищу Килиану, расстраивается, но его успокаивает руководитель отдела Куно, предлагая позже сыграть в антуражную стрелялку в виртуальном немецком лесу, где Макс выйдет победителем и получит в награду офисную красотку Агату, в которую безответно влюблен. Новая игра находится пока в стадии разработки, ее правил никто еще не знает. По ходу действия, прописанного довольно невнятно, гуляющий и находящийся в подпитии коллектив постепенно втягивается в игру, где появляются разные фантастические детали. Понять, что именно происходит на сцене, какой эпизод либретто там отыгрывается, невозможно, так как игра выходит из-под контроля, офисный homo ludens увлекается и теряет связь с реальностью. Периодически герои берут в руки какие-то специальные винтовки (кроме очков для кино 3D), но смысла от этого не прибавляется. Так что опытному слушателю остается только следовать за музыкой, ждать любимых и подзабытых арий и хрестоматийного Хора охотников.

Над спектаклем работала целая команда художников, включая Юрия Устинова и Ирину Акимову, Павла Суворова и Айвара Салихова. Они честно потрудились над воссозданием офисной “культуры” и разными способами обустроили виртуальный мир (некрасивый и неряшливый, так как, по либретто, новая игра находится в процессе разработки). Проблема в том, что эти миры наложились друг на друга – серые ящики вездесущих IBM, столы, кресла, шкафы, экраны с видео сосуществуют с так называемыми фантастическими существами – дьяволятами на джамперах, канканирующими девицами и прочими созданиями будущей игры “Вольный стрелок”. Объекты почти все время находятся на сцене, мешая героям полноценно двигаться, зато на экране все время что-то конструируется, летает, искрит и переливается.

Театр подготовил несколько составов исполнителей, что тоже говорит о жажде новых ролей, только усилившейся в ситуации пандемии и долгого отсутствия премьер. Вдохновенно пел Нажмиддин Мавлянов, хотя на фоне психологически проработанной с режиссером Дмитрием Черняковым роли в “Садко” в Большом театре, роль Макса казалось несделанной, что не мешало слушать бархатный голос певца и наслаждаться его сдержанностью на сцене, где все суетятся. У Марии Макеевой в роли Агаты много переодеваний, в числе прочего она носит симпатичную женскую кольчугу с выпуклыми формами. Порадовал ее приятный акцент в немецком, удалась знаменитая ария. В целом, за работой, которую провел с солистами и хором (дополнительный поклон Станиславу Лыкову) приглашенный французский маэстро Фабрис Боллон, было интересно наблюдать. И как сказано выше, “Вольному стрелку”, отсутствовавшему на московской сцене несколько десятков лет, вполне бы подошло полуконцертное исполнение, но по понятным причинам театры на такое не идут.

Екатерина БЕЛЯЕВА

«Экран и сцена»
№ 13 за 2021 год.

Print Friendly, PDF & Email