Время драконов

• Сцена из спектакля. Фото Е.ДАДИОМОВОЙОна исследовала чувства домашних ежей и обиженных женщин. Она исследовала устройство электрических механизмов и пистолетов “беретта”. Она исследовала поведение дам, которые обладают красивыми ногами, никогда ни за что не платят, эмигрируют во Францию и которым не стыдно. Она исследовала природу чемоданов и червей. Теперь пришло время драконов…
В ноябре в рамках Международного фестиваля театров для детей “Большая перемена” состоится показ спектакля “Был бы у меня дракон” белорусского театра “Картонка”. Светлану Бень, которая этот театр организовала, и в Минске, и в Москве больше знают как лидера кабаре-бэнда “Серебряная свадьба”. Это она спела “Обидел”, “А у меня красивые ноги” и много других чувственных и смешных песен, которые обладают свойствами превращать слушателей в “местных парижан” и заставляют их грезить Францией. Но вообще-то Светлана Бень или просто Бенька, как ее часто называют, – театральный режиссер. И это началось с детства.
“У меня было волшебное детство, – рассказывает Светлана. – Мы жили в маленьком двухэтажном домике старой застройки Витебска. Это был Витебск, который напоминает картины Шагала. Там было много частного сектора, покосившихся домиков, оврагов, буйно заросших сиренью, тополей с тополиным пухом. И я не могла жить без организации ни в чем не повинных окружающих детей, все время волокла их участвовать в каких-то театральных проектах. Мне было десять, когда я устраивала праздники и представления для жильцов нашего дома. Звонила в квартиры, заставляла всех выходить на площадку – и полчаса взрослые занятые люди вынуждены были смотреть детский спектакль”.
Сегодня лучшие спектакли Светланы Бень увидеть непросто. Они почти всегда оказываются несовместимыми с жизнью государственных репертуарных театров, и чаще всего их показы происходят где придется – от квартирника до галереи современного искусства, но обязательно с полным залом, его моментально собирают анонсы в интернете и “сарафанное радио”.
Мне кажется важным объяснить одну вещь. У Бень не конфликт с репертуарным кукольным театром, а именно несовместимость. Она закончила Белорусскую государственную академию искусств (курс Алексея Лелявского), работала режиссером в Белорусском государственном театре кукол, поставила несколько детских спектак-лей, которые до сих пор в репертуаре. Например, “Пеппи Длинныйчулок” по Астрид Линдгрен и “Жуткий господин Ау” по Ханну Мякеля в пересказе Эдуарда Успенского. Но эти спектакли – не выделяются в репертуаре театра кукол. А Светлана Бень умеет делать так, чтобы выделялись. Для детей и для взрослых. Вряд ли те, кто видел, забудут ее “Домашнего ежа” по рассказу “митька” Владимира Шинкарева. То, как девочка в клетчатом платьице рассказывала историю любви, вранья, смерти и прощения. То, как танцевали под баян кошка и еж. То, как ежик спился и подох под забором… Или наэлектризованное “Чудо святого Антония” Мориса Метерлинка, где все роли “исполнили” механизмы. Или “Vermes” (“Черви”), где люди исследуют червей, а потом черви исследуют людей. С одной стороны, это не очень корректное сравнение, поскольку репертуарные спектакли Бень сделала для детей, а спектакли “без прописки” (постановки во время учебы в БГАИ и “Vermes” для международного театрального проекта) – для взрослых. Но с другой, оно как раз и объясняет ту самую несовместимость.
Причин у этой несовместимости, как кажется, две – пространство и зритель. При всей нетребовательности режиссера к пространству (квартира, галерея, клуб, офисный кабинет) и способности “зарядить” и сыграть спектакль в каких угодно условиях, одно все-таки должно соблюдаться: пространство Светланы Бень – камерное. Она и сама в этом признается: “Меня не смущают большие пространства, но мое душевное состояние тяготеет к общению именно с маленькой группой людей. Есть люди, которые считают себя вправе нести в зал некую идею. Я таким даром не обладаю. У меня есть какое-то настроение, которым хочется поделиться. Как будто ко мне пришли в гости, а тут столько всего: вот книжку новую купила; вот чемодан нашла вчера, посмотрите, какой интересный; а еще произошла такая история… Я бы хотела играть концерты и спектакли на десять человек, чтобы именно с ними общаться”. В репертуарном театре так не получится.
Делать что-то для среднестатистического зрителя (когда в зал приходят 250 школьников разных возрастов или случайная публика, среди которой “распространили” билеты) Светлана не хочет, потому что среднестатистического зрителя нет. А есть маленький, большой, веселый, задумчивый, подготовленный и не очень, их надо увлечь, заинтересовать определенным способом, желательно, экспериментируя.
Все эти обстоятельства, в конце концов, привели к появлению театра “Картонка”, у которого нет своего помещения, и он играет спектакли от случая к случаю в странных местах (“Был бы у меня дракон”, например, я смотрела в офисе одного из белорусских интернет-проектов). “Картонка” ни на что не претендует, а просто работает в свое удовольствие для публики.
“Был бы у меня дракон” – первый спектакль “Картонки”. Он появился под Новый год. В минской Галерее современного искусства “Ў” отмечали праздник, пригласили Светлану Бень, а она вместе с друзьями придумала создать кукольный спектакль с картонными героями.
“Нам очень хотелось сделать что-то легкомысленное, маленькое и простое, – рассказывает режиссер “Картонки”. – В духе домашнего кукольного театра, то есть без особенных затей, а так, как сыграли бы родители, желая порадовать своих детей в праздник. Хотелось поставить какую-то современную городскую добрую сказку, в хорошем смысле нравоучительную, без занудства. В конце концов, мы вдохновились историями Дональда Биссета (у него есть сказка про то, как девочка дружила с драконом и перевоспитывала его, про то, как дракон нес с горы огонь, чтобы помочь бабушке вскипятить чай) и придумали свою историю, постаравшись сохранить свойственную Биссету легкую парадоксальность без морализаторства”.
Так возник спектакль “Был бы у меня дракон”, а вместе с ним и театр “Картонка”. Кому-то праздничный зачин может показаться легкомысленным, но у Бень всегда так. Группа “Серебряная свадьба” образовалась, когда Светлана решила поздравить с днем рождения своего друга, музыканта Леонида Павлёнка, и собрала команду из друзей, чтобы сыграть несколько озорных песен. Играют они вот уже семь лет.
Но вернемся к нашим драконам. Простую получасовую историю о том, как дракон и девочка разрушили город, исправили свои ошибки и спасли детей, которых несправедливо отправили на Луну, зрителям рассказывают на пару сама Светлана Бень и Зоя Кенько. Куклы и декорации к спектаклю сочинила художница Антонина Слободчикова. Совместно с Михаилом Гулиным они уже работали со Светланой над спектаклем “Пеппи Длинныйчулок”, создав большинство кукол по эскизам девятилетней зрительницы Тани Шадриной. Эстетику детского рисунка, определенный примитивизм Слободчикова, вне оформительских трудов сейчас работающая в основном с коллажем и акрилом, постаралась сохранить и в двухмерном, плоскостном “Был бы у меня дракон”.
Оживление картинки – в этом направлении ныне двигается “Картонка” и присматривается, примеривается к самым разным художникам. Главное, чтобы их “будоражила” выбранная или придуманная история, так же как она будоражит создателей театра. В “Картонке” репетируют теневой спектакль по китайским сказкам, он будет совмещен с традиционным китайским чаепитием.
Театр “Картонка” – это феномен белорусского театрального пространства. Ни на кого не похожий и ни от кого не зависящий. Это воплощение идеи о театре на коврике, который можно расстелить где угодно. Но ведь должно быть что-то еще в дополнение к коврику? Самобытный и труднообъяснимый творческий метод Светланы Бень. В его основе, и вправду, скорее фиксация настроения, чувства, преобладающих над идеей и сюжетом. Чтобы внутри все хохотало, пугалось, озоровало, искрилось, фонтанировало. Тогда получится. И можно рассказывать, о чем хочешь: хоть о ежах, хоть о драконах. Услышат и поймут.
 
 
Елена МАЛЬЧЕВСКАЯ
«Экран и сцена» № 18 за 2012 год.

Print Friendly, PDF & Email