Любовь и серфинг

Постер с Андреем Тарковским на аллее перед входом в Национальный музей
Постер с Андреем Тарковским на аллее перед входом в Национальный музей

Знакомство с кинематографом Бангладеш (раньше восточно-бенгальским или пакистанским), началось у нас в 1959 году. На первом (по счету) Московском Международном кинофестивале состоялась премьера фильма “Настанет день” (“Течет река”) режиссера Аеджея Кардара. Фильм Кардара, который в те же дни демонстрировался на Каннском фестивале, в Москве тогда получил Золотую медаль жюри, возглавляемого Сергеем Герасимовым.

История о “невыносимой тяжести ежедневной борьбы за существование” семьи рыбаков, живущих на востоке Пакистана, как нельзя более соответствовала лозунгу ММКФ “За гуманизм киноискусства, за мир и дружбу между народами”.

Год выпуска фильма “Настанет день”, сделанного группой энтузиастов, сегодня считается началом кинематографии республики Бангладеш, провозглашенной в 1971 году.

С тех пор на международных фестивалях, в том числе, и на Московском, время от времени стали появляться бангладешские фильмы – так, в конкурсе одного из недавних ММКФ был показан “Партизан” Насируддина Юсуфа.

Тем не менее, кино Бангладеш продолжало оставаться в нашей стране предметом малоизученным даже для киноведов. Тем более интересным показалось мне приглашение принять участие в работе жюри ФИПРЕССИ на 18-м фестивале в Дакке, столице Бангладеш, одном из самых авторитетных фестивалей в Азии. В жюри, помимо меня, вошли критик из Бангладеш Эршад Комал Хан и индийский кинокритик и писатель Маду Эраванкара. Нам предстояло выбрать – из пяти игровых и двух документальных – лучший фильм бангладешской панорамы.

К сожалению, вынуждена признать, что эта программа была отнюдь не самой сильной на фестивале. Выяснилось, что отбор в нее осуществлялся по принципу премьерности, поэтому лучшие работы, которые только что с огромным успехом прошли в местном прокате (такие, например, как “Альфа” того же Насируддина Юсуфа – ее я посмотрела позже), в нее не попали.

Темы документальных фильмов – “Долгий период репрессий” Прошуна Рахмаана и “Мелодии ностальгии” Фарида Ахмада – касались наиболее острых, болезненных моментов истории и современности, актуальных для бангладешцев и с удивлением открываемых нами.

В “Долгом периоде репрессий” речь идет о беженцах из Мьянмы, представляющих национальное

меньшинство рохинья, которое ютится в лачугах, понатыканных как попало в районе Кокс-Базар в Бангладеш. (Здесь на душу населения приходится полтора метра квадратной площади!) А в “Мелодиях ностальгии” мы сталкиваемся с последствиями войны за независимость 1971 года: один их активных борцов за свободу, герой сопротивления Рахмат Али – ныне забытый всеми, немощный, парализованный старик, за которым ухаживает сын, от рождения глухой, причиной чего являются травмы, полученные его родителями во время войны.

Остановились мы в своем выборе все же на фильме игровом, “Но Дорай” Танима Рахмана Ангшу – он показался нам наиболее живым и в современной манере сделанном; неслучайно его автор хорошо известен в Бангладеш по музыкальным клипам и рекламным роликам. Речь идет о любви и… серфинге. И хотя съемки виртуозного скольжения на доске по крутым волнам – этим увлекаются Айеша и Сохел, живущие на берегу океана, – сняты достаточно скромно, сама история их любви, преодолевающей всяческие препятствия и сопротивление их консервативных мусульманских семей, рассказана с чувством и сочувствием.

Основной же и самой интересной программой Даккского фестиваля был конкурс азиатского кино (окруженной множеством других секций – женской, детской, духовной и проч.). В нем, как и во всех остальных программах, безусловным лидером было кино Ирана. Рожденное в условиях тотальной цензуры, оно еще раз доказало тот факт, что именно на такой почве часто возникает кино смелое, свободное, сопротивленческое.

Иранские фильмы доминировали во всех программах фестиваля (из девятнадцати фильмов основного конкурса – пять иранских); они и получили наибольшее количество призов – семь из двадцати одного, включая награду за лучший фильм – “Замок мечты” Резы Миркарими, лауреата Каннского, Московского и многих других фестивалей, и лучшую режиссуру.

Реза Миркарими – один из немногих обладателей “Золотого Георгия” Московского фестиваля, получавший эту награду дважды (в 2008-м – за фильм “Проще простого” и в 2016-м – за “Дочь”, к которой прибавился приз за лучшую мужскую роль Фархаду Аслани).

“Замок мечты” – роуд муви. В дорогу отправляется отец с двумя маленькими детьми. Он давно уже ушел из семьи и вот теперь, когда бывшая жена попала в больницу со смертельным диагнозом, вынужден опекать двух непокорных детишек, пытаться возродить “замок мечты”, построенный для них матерью.

В секции детского кино также победил иранец – Мохаммедреза Хаджи Гхолами с фильмом “Заикание” – о мальчике, который хочет помочь своей сестре избавиться от заикания. Учитель советует девочке читать вслух детские сказки, однако в отдаленной деревне, где они живут, хороших книжек не найти.

Лучшим документальным фильмом в секции духовного кино названа иранская картина “Любимые” Ясера Талеби.

Лучшими актрисами признаны иранки Арезоо Ариапур, Ферешта Афшар и Хасиба Эбрахими, сыгравшие героинь фильма “Хава, Мариам, Айеша” женщины-режиссера из Афганистана Сахраа Карими.

За пределами экрана на фестивале в Дакке шла бурная жизнь. “Зажигали” опять же иранцы – песни, пляски, вечерние – до утра – посиделки. Хоть нас, небольшую многонациональную группу (США, Канада, Хорватия, Непал, Шри-Ланка, Индия, Россия, Бразилия, Иордания) и опекали круглосуточно замечательные ребята-волонтеры (во многом благодаря которым сложилось представление о бангладешцах, как о людях славных, приветливых, доброжелательных), а в случае дальних походов, например, на рынок, и полицейские, – нам изредка удавалось вырваться и поглазеть на город.

В Дакке пыльно, грязно, шумно и очень перенаселено. В этом городе-муравейнике трудно дышать и трудно передвигаться при тотальном отсутствии светофоров, тротуаров и… урн. Машин немного (они безумно дороги и облагаются чудовищными налогами), но едут они, куда хотят, а между ними снуют несвежего вида рикши. И все же здесь как-то особенно ярко, живо и привлекательно.

Директор фестиваля, постоянно находившийся в самой фестивальной гуще, Ахмед Мустаба Замаль, с явной симпатией относится к российскому кино, старается, чтобы оно было показано во всех программах. В азиатском конкурсе Россию представлял фильм Владимира Битокова “Глубокие реки”; в мировой панораме – “Сквозь черное стекло” Константина Лопушанского; в программе духовного кино – “Феномен Ити-гэлова. Загадка бурятского ламы” Елены Демидовой. В программе “Женщины-режиссеры” участвовала выпускница ВГИКа, телеведущая Дарья Биневская с фильмом “Меня зовут Петя” про мальчика с синдромом Дауна. Фильм был назван лучшим в разделе короткометражного кино.

Евгения ТИРДАТОВА

«Экран и сцена»
№ 3 за 2020 год.

Print Friendly, PDF & Email