Прошедшее лето никак нельзя назвать мертвым сезоном для театра. Московский мегапроект «Театральный бульвар», протяженностью в три летних месяца, ежедневно призывал публику на спектакли и представления в самых разных жанрах – драма, опера, балет, оперетта, цирк, променад. Одновременно на нескольких площадках города выступали звезды театра и кино, студенты театральных вузов, артисты известных московских коллективов и незнакомых независимых студий. Обширной оказалась региональная программа, в которой были представлены театры от Архангельска до Южно-Сахалинска. «ЭС» публиковала обзор фестиваля «Территория. Кидс», ставшего частью марафона, а также рецензию на одно из самых ярких событий «Бульвара» – триптих «Коромысли» Лаборатории современного искусства Новосибирска.

Увлекательным занятием оказалось ежедневное чтение афиши. С самого начала фестиваля заработал одноименный телеграм-канал «Театральный бульвар», собравший 45 тысяч подписчиков. Забегая вперед, скажем, что любой зритель в комментариях имел возможность поделиться впечатлениями, и не только восторженными, предложить решение возникшей проблемы, задать вопрос организаторам. К чести дирекции, ни один из вопросов не остался без ответа. «Стоит ли ехать из дальнего района Москвы, ведь обещают дождь?» – «Пока спектакль не отменен, есть надежда, что он состоится».

Наше северное лето, не то, что лето в Авиньоне или в Экс-ан-Провансе. Тем не менее, количество уличных театров год от года неуклонно растет, вовлекая в свою орбиту новых людей. «Новые люди» – название одного из самых интересных, мультижанровых фестивалей (в середине октября он стартует в Калуге в шестой раз). Основатели «Новых людей» хорошо известные продюсеры Алексей Бошенков и Евгений Худяков – программные директора «Театрального бульвара». Вместе с куратором, начальником управления по продвижению проектов Департамента культуры Татьяной Цветковой и драматургом, инициатором многих фестивалей Ольгой Никифоровой они должны были составить афишу, рассмотрев тысячу заявок, поступавших в течение года со всей страны, выбрать названия не только по качественным показателям. Требовались постановки, которым ни дождь, ни мороз не страшен, ни жара. Ведь зрители будут смотреть их под открытым небом.

Уличные шествия, цирковые номера, клоунада, перформансы – лишь часть программы «Театрального бульвара». Большинство спектаклей было перенесено из родных стен, часто рассчитанных на камерное пространство. Артистам предстояло играть в предлагаемых обстоятельствах, когда городская архитектура, шум трамваев и автобусов создавали особую атмосферу. А зрителям – быть готовыми не зевать, собираться загодя. Кто не успел, тот оказывался в положении «детей райка», вынужденный смотреть действа стоя, издалека. Тут стоит заметить, что уже привычные (и хорошо работающие) микрофоны и экраны по краям сцены – существенно помогали показам. И все же решающим залогом успеха становился «человеческий фактор», способность к импровизации.

Была наслышана о моноспектакле «Вертинский» пермского Театра-Театра. Он открывал гастроли известного коллектива на фестивале. Перед входом в Амфитеатр Политеха стояла внушительная очередь. Когда народ начнут пускать на зрительские места, каждому предложат дождевик. Казалось, он не понадобится – над всем амфитеатром простиралось безоблачное небо. Но вскоре после начала на публику обрушится ливень, зашуршат прозрачные, полиэтиленовые плащи, не очень-то спасающие, если дождь льет как из ведра.

Кабаретное шоу, поставленное Борисом Мильграмом четыре года назад по композиции Михаила Бартенева, изначально было рассчитано на интерактив. Альберт Макаров существует на сцене как бойкий конферансье, которому не страшны любые непредвиденные квипрокво. Конферанс органично сплетен с целым каскадом сменяющих друг друга масок, из-за которых выглядывает артист. Повествование о неудачном поступлении Вертинского в студию Художественного театра соседствует с уморительным рассказом о собственных вступительных экзаменах исполнителя в институт культуры. Тут критик понимает, что он, вероятнее всего, один в публике может оценить изумительную пародию на известного пермского режиссера и педагога Михаила Скоморохова, благословившего робкого абитуриента на театральные подвиги. Ирония и самоирония пронизывают спектакль. «Я сегодня смеюсь над собой» – начало одной из самых знаменитых песен Вертинского. Макаров не копирует манеру своего героя, он поет по-своему.

Необходимость преодолевать предлагаемые обстоятельства придавали спектаклю особый драйв. Судьба Вертинского, его двадцатилетняя эмиграция, возвращение на родину, где ему отказали в официальном признании, обрекли на глухую славу и скитания по провинции, рождали в переполненном зале волну сопереживания. Спектакль Альберта Макарова выглядел остросовременным высказыванием о великом утешителе. Песенки Вертинского согревали и продолжают согревать сердца.

Дождь закончился. Зрители медленно поднимались по проходу в парк, как будто хотели продлить возвышенное настроение. Всегда важен театральный разъезд, послесловие, когда за спиной можно «услышать мненья, пока они свежи». Очевидно, что обмен впечатлениями происходил не только между теми, кто пришел не один. Диалог явно незнакомых друг с другом зрителей наводило на мысль о том, что публика фестиваля становится стихийным сообществом, для кого-то выходом из рутины повседневности, возможностью вырваться из одиночества. Постепенно шло очевидное разделение аудитории на группы, объединенные общими интересами.

Чистопрудный бульвар стал пространством для экспериментов. Здесь разместилась целая вереница камерных площадок-шатров, названных в честь великих режиссеров. Шатер «Эфрос» заняла компания подвижников частного камерного «Квартеатра» Ксении Орловой и Павла Артемьева. Как улитка, которая носит с собой дом, артисты обустраивают свою квартиру, где придется. Старый сервант со знакомым сервизом из чашек в горошек, уютный торшер, «Мишки Шишкина», куча предметов, доставшихся в наследство от бабушек и прабабушек, находятся за спинами артистов, сидящих за столом. Зрители приглашены в гости, им предложат горячий чай и печенье. Но главное блюдо спектакля «Прожито. Вчера, сегодня, завтра» – дневники, письма, воспоминания москвичей, свидетелей событий, происходящих на бульварах на протяжении трех столетий.

В этом же шатре сегодняшние москвичи (по большей части юные москвички), решившие попробовать себя в качестве артистов, собрались на мастер-класс режиссера Александра Пронькина и его команды. В ходе подготовки спектакля с любителями занимались педагоги по речи, пластике и гриму. Декорации и реквизит сочиняли вместе с художником. К работе была подключена драматург Анастасия Ермолова, сочинившая остроумное обрамление сказок для детей изрядного возраста М.Е.Салтыкова-Щедрина. Монолог зануды-лектора, сообщающего факты биографии писателя, прерывает «сам» Михаил Евграфович. Лица рассказчиков-дзанни в черной прозодежде скрыты под «уилсоновским» гримом. Этот прием остранения отлично работает, и тексты классика – «Медведь на воеводстве», «Пропала совесть» и «Дурак» – звучат невероятно современно. Каково это собрать за неделю спектакль с любителями на пленэре (сегодня не пришел один, завтра – другой), можно только догадываться. На обсуждении «Сказок» впечатлениями делились благодарные зрители и участники, получившие захватывающий опыт.

Идея включить в образовательную программу лекции казалась спорной. Однако на каждую нашлись внимательные, заинтересованные слушатели. Петр Айду и Григорий Кротенко выступили с увлекательной лекцией «Музыка. Шум. Театр» – о роли звука в спектаклях. Старинные театральные машины имитировали порывы ветра. И хотя вечер выдался холодным и промозглым, публика слушала не шелохнувшись.

Среди выступавших – Глеб Ситковский с рассказом об уличных театрах, на Водной сцене на Патриарших прудах, и Алена Карась с лекцией об истории постановок по произведениям Велимира Хлебникова на Чистопрудном бульваре в шатре «Таиров». Именно этот шатер на целый месяц стал одним из главных центров притяжения публики, количество желающих присоединиться к мастер-классам и перформансам театра «Пух и Прах» Этель Иошпы и Алены Смирницкой и лаборатории «Тутвамнетеатр» Сергея Быстрова с каждым днем прибывало. Радостная толпа сопровождала процессию во главе с огромной куклой Льва Николаевича Толстого. Действо называлось «Дом, который покинул Лев» (этот спектакль-променад совсем незадолго до показа в Москве был событием фестиваля «Толстой» в Ясной Поляне). Классики и литературные герои становились персонажами головокружительных мистерий-мистификаций театра художника, превращающего газоны бульвара то в раскоп археологов, обнаруживших древнюю стоянку цыганского табора (того самого, к которому примкнул Алеко), то в райский сад с яблоками за сеткой-забором с табличкой «вкушать запрещено». Визуальным фантазиям на темы пушкинских «Цыган», «Божественной комедии» Данте, поэзии Маяковского и Хлебникова аккомпанировал ансамбль под управлением музыкального руководителя Алексея Круглова (Бах, Рахманинов, Верди прекрасно уживались с джазовыми импровизациями). Перформанс «Колкий пух» напомнил ярчайшие впечатления Чеховских фестивалей нулевых. И немудрено, ведь его создатели вдохновлялись «Пуховым садом» Славы Полунина.

Невозможно объять необъятное, рассказать обо всем, что происходило этим летом на бульварах и свидетельствовало о реальном театральном буме. А в телеграм-канале зрители мегаполиса уже предлагают названия для будущего летнего марафона.

Екатерина ДМИТРИЕВСКАЯ

«Экран и сцена»
Сентябрь 2025 года