Сшить красивые сны

Сцена из спектакля “Хелемская легенда – Полная луна”. Фото предоставлено пресс-службой фестиваляСобираясь на денек в гости к “Гаврошу” – юбилейному, десятому, израильскому – вспоминаешь все, что читал или слышал об этой стране, где пока не довелось побывать. И про Мертвое море, и про космического уровня медицину, и про исторические памятники, и про театры “Габима”, “Гешер” и т.д. И про то, что дети там окружены чем-то вроде своеобразного культа: их принято рожать много, окружать вниманием и умилением (в порядке вещей, например, потрепать по щечке первого встречного младенца в коляске и наговорить ему тысячу комплиментов, которые мама примет как должное). Израильский театр для малышей в этом контексте обещал быть максимально бестравматичным и по-семейному доброжелательным.

Думаешь, однако, и про то, что страна много лет воюет, а восемнадцатилетние идут в армию – служить по-настоящему. А значит, конфликтные стороны жизни израильский детский театр отражать каким-то образом должен. Можно сказать, что все ожидания один день программы “Гавроша” вполне оправдал.

Два из увиденных спектаклей были кукольными, предназначенными для аудитории “4+”. Жанр первого из них – “Портной сновидений” (компания FixTvist) можно было бы определить формулировкой “как у мамы”. Две актрисы – Орит Лейбовиц-Нович и Ревита Игрич, то с помощью уютных планшетных кукол, то переодеваясь в фантастических персонажей, разыгрывают сказку, которую могла бы рассказать любящая бабушка, напевая попутно колыбельную своей неугомонной внучке. Все приключения маленькой принцессы (забавной пухленькой планшетной куколки), отправившейся искать того, кто сошьет ей красивые сны взамен страшных, происходят на большом портновском столе. И материалы, которыми оперирует театр, – тоже от портновского ремесла: ткань, нитки, пуговицы. Интонация спектакля – абсолютно домашняя, финал – разумеется, благополучный. Преодолев долгий путь с нешуточными препятствиями, девочка встречается с Портным сновидений, мгновенно перешивающим ее кошмары (облачка-маски с угрожающими гримасами) в сладкие сны (умильные улыбки на пухлых ватных физиономиях). Педагогическая сверхзадача по борьбе с ночными страхами может считаться решенной. С одним существенным “но” – заглавный герой, к которому стремилась принцесса, предстал на сцене куда менее впечатляющим, чем того требовала драматургическая логика. В отличие от других персонажей, придуманных вполне изобретательно (например, с помощью своеобразных париков из катушек или пуговиц), Портной сновидений, сделанный из корпуса швейной машинки, и по масштабу выглядел “неглавным”, и внешность имел едва ли не пугающую.

А вот в спектакле “Хелемская легенда – Полная луна” (The Train theater, режиссер Наоми Йоели) самой впечатляющей оказалась именно сценография (художник Галия Леви-Град, она же – актриса-рассказчица). Избрав все ту же популярную форму рассказа по мотивам еврейского фольклора, авторы спектакля построили на маленьком столе игрушечный мирок, населенный картонными куколками. На страницах солидного фолианта, перелистываемого по ходу действия, возникают дома и горы, вздымаются волны реки, путешествуют герои иронических историй Лайзар и Лемех, отправившиеся в Варшаву, чтобы купить для своего родного Хелема новую луну. Все это – в стиле обаятельного примитива, оснащенного выразительными трюками: то окна деревенского домика становятся экраном для театра теней, то между страницами обнаруживается вырезанный из газеты паровозик и едет по нарисованным рельсам. В музыке тоже слышны фольклорные мотивы, а все в целом складывается во вполне внятную, и для юных, и для взрослых, сценическую картину.Сцена из спектакля “История одной газеты”. Фото предоставлено пресс-службой фестиваля

Домашне-интимная интонация, доминировавшая в спектаклях “кукольного формата”, сменилась куда более звучной в постановке “Футбол” (Nadine Bommer Dance Company), рекомендованной для зрителя “10+”. В работе хореографа Надин Боймер мы увидели футбольное противоборство как сценическое зрелище: средствами современного танца во всем их многообразии, в том числе – с силовыми, акробатическими, трюковыми элементами. Для нас честно сыграли матч в два тайма. Причем первый показали как игру двух команд на поле, а второй – как взаимоотношения фанатских групп, реагирующих на события игры с трибун. Разумеется, обе сюжетные линии решены в приемах сценической условности, порой символичной. Скажем, в сцене пенальти роль мяча, отправляемого мощным ударом в ворота, исполняет голкипер команды-противника – этот поистине трагикомический эпизод играется в рапиде. Задействованы и элементы интерактива. Зрителей всячески превращают в болельщиков, еще перед “матчем” раздав бумажные ленточки красного и желтого цветов, в соответствии с цветами формы, “футболисты” многократно выбегают в зал, чтобы подогреть фанатский азарт. Постановщик акцентирует именно конфликтную, бойцовскую состав-ляющую спорта, взяв в союзники ритмично-агрессивное музыкальное сопровождение. Технически эта задача решается блестяще, но действие временами все-таки проседает, так как спортивная борьба сама по себе не самодостаточна. “Футболисты” обеих команд одинаково черноволосы, одинаково темпераментны, одинаково боевиты. Но вот наступает финал, где зрителя ждет сюрприз: танцоры, выходя на поклон, поочередно срывают с голов парики и стирают “небритость”, обнаруживая косы, локоны и хвостики всех мастей! Тут, конечно же, невозможно не отдать должное и профессионализму девушек, станцевавших свой футбол на зависть парням, и смелости постановщика, показавшего нам иронически-гипертрофированный образ самого популярного вида спорта.

А фаворитом дня стала “История одной газеты” (The Dream Theater, режиссер Артус Чавес Новело, актеры-создатели Айелет Шадмон, Талия Сафра, Йолана Циммерман). Форма спектакля почти клоунадная, сюжет трагикомический: бездомная и безработная героиня засыпает на парковой скамейке, укрывшись выброшенной кем-то газетой, и видит во сне свои сбывшиеся мечты. Две вполне респектабельные барышни присаживаются на ту же скамейку, вскоре становятся подружками одинокой встрепанной бродяжки и даже совершают все вместе фантастическое путешествие в этакий “neverland”, где можно взлететь в небеса на облаке из груды газет, наряжаться в сделанные из тех же газет кринолины, ссориться, мириться и фантазировать. В реальном же мире, куда возвращается героиня, проснувшись, те же барышни брезгливо проходят мимо ее скамейки, а газета остается просто газетой.

В этом спектакле минимум слов, главное средство выразительности – актерская пластика, помноженная на фантазию режиссера и художника. Здесь демонстрируются безусловное владение азбукой пантомимы, впечатляющие костюмы, несомненный актерский шарм, грамотное существование в поле жанра и мастерски сколоченный сценический текст. Все это вполне закономерно, ведь в Израиле имеется крепкая школа пантомимы – самая надежная почва для любого из сценических искусств, берущегося за такие вот “чаплинские” темы, рискующие “превращать боль в смех”. Как рассказывает фестивальный буклет, этим искусством исполнительницы спектакля овладевали, работая больничными клоунами, сталкиваясь с человеческим страданием лицом к лицу.

Израильский театр для детей предстал разнообразным даже в пределах одного дня: домашним, виртуозным, смелым, уютным.

Следующий сезон “Гавроша” уже в третий раз будет французским.

Анна КОНСТАНТИНОВА

Сцены из спектаклей “Хелемская легенда – Полная луна”, “История одной газеты”

Фото предоставлено пресс-службой фестиваля

«Экран и сцена»
№ 22 за 2016 год.
Print Friendly, PDF & Email