Самолету и человеку

Кадр из фильма "Экипаж"“Экипаж”. Режиссер Николай Лебедев

Две маленькие роли в “Экипаже” Николая Лебедева играют Александра Яковлева и Александр Митта. Яковлева, диспетчер аэропорта, сидит среди руководства компании, чей самолет находится в опаснейшем положении, и когда ей говорят: “Ну, вам же не приходилось бывать в такой ситуации”, отвечает, что не была бы в этом так уж уверена.

Митта, тренер-инструктор пилотов, с интересом наблюдает за тем, как трясется и вибрирует летный тренажер, на котором проходит тест один из главных героев фильма.

Краткие появления на экране актрисы и режиссера волей-неволей связывают “Экипаж” Николая Лебедева с “Экипажем” Александра Митты. И название связывает. И некоторые детали той части картины, которая показывает непосредственно катастрофу. При этом фильм Лебедева не является ремейком фильма Митты, у него другой сюжет и другие герои. Совпадения же существуют для того, наверное, чтобы расширить аудиторию и спровоцировать на покупку билетов тех, для кого что-то значит “Экипаж” Александра Митты.

Примечательный, кстати, маркетинговый ход – давать фильмам-новоделам старые, заслуженные названия. Конечно, их придется выкупать у правообладателей, но сборы покроют подобного рода затраты. Снять, к примеру, фильм с Михаилом Галустяном, а назвать его “Последнее танго в Париже” – интересные результаты могут получиться.

И если бы не этот ход, фильму Николая Лебедева скорее подошло бы название “Самолет” или “Полет в огне”, поскольку само слово “Экипаж” предполагает, что хотя бы одной из тем картины будут люди. Живые люди, у которых есть настоящие чувства и сложные характеры. У героев Лебедева их нет. Всех персонажей “Экипажа” можно описать двумя-тремя словами – и главных героев, и пассажиров самолета, спасенных этими героями от извержения вулкана.

С пассажирами совсем трудно. То, что они постоянно повторяют одно и то же, объясняется не только понятным замешательством и ужасом человека в критической ситуации, но и тем, что актерам нечего играть. Среди различных трагических линий: дама долго не звонила дочери, а выжив, решила-таки позвонить; другая дама назвала сестру дурой и жалеет об этом; бледные французские молодожены хотят быть вместе и в жизни, и в смерти. Странным пятном выделяется комический персонаж, будто бы вышедший из сатирического журнала “Фитиль”. Он обращается ко всем “Товарищи!”, интересуется в почти падающем самолете, будут ли кормить, и выглядит так, будто перенесся в фильм Лебедева из конца семидесятых годов. Возможно, это еще один малообъяснимый оммаж настоящему “Экипажу”, возможно, прихотливо подобранная юмористическая нотка, призванная слегка успокоить перепуганного зрителя.

А пугаться есть чего: сами катастрофические сцены сняты отлично. Раскаленная лава все быстрее ползет по склонам гор, вот-вот она подберется к небольшому, уже полуразрушенному землетрясением петропавловском аэропорту. Другой самолет пытается вывезти из города, терпящего бедствие, пассажиров и взрывается на взлетной полосе, которая оказалась для него слишком короткой.

Натянутый между двумя летящими самолетами трос – по нему в корзине с одного борта на другой перебираются люди: в первом самолете кончилось горючее, и он вот-вот рухнет, зато второй, преодолев шквалистый ветер над аэропортом и потеряв шасси, доставит измученных людей домой.

Не всех. Из двух пилотов, которые последними будут пробираться по тросу – без корзины, вися над бездной, – сорвется один. Но незадолго до этого выяснится, что в землетрясении у него погибла жена, и сразу станет ясно: герой – не жилец. А часть пассажиров просто выпадет из корзины, и даже непонятно, кто именно погиб, и, соответственно, их не будет жалко – в небытие отошли те, кто и так не был оживлен авторами фильма.

Главные герои, которым жизни досталось больше, своеобразной карикатурности тоже не лишены и тоже исчерпываются поверхностным описанием.

Молодой пилот Гущин (Данила Козловский, снявшийся, кажется, в каждом втором отечественном фильме этого года) не может задержаться ни на одной работе – потому что он честный и отважный, а бюрократы и самодуры его отовсюду выгоняют. Его отец, бывший летчик, а ныне пенсионер (Сергей Шакуров), подчеркнуто пользуется вещами времен СССР – желтоватым дисковым телефоном, пишущей машинкой и авоськой, а деньги держит в тумбочке (возможно, это еще один оммаж “Экипажу” Митты, хотя и с остальными-то уже перебор). Пристраивая сына в авиакомпанию, говорит в телефонную трубку: “Дальнему родственнику помочь надо”.

Схожие отношения “отец и сын” у второго главного героя – пилота Зинченко (Владимир Машков), довольно неприятного, помешанного на дисциплине. Его сын учится в институте, но выглядит и ведет себя как восьмиклассник-гопник, произносит мало слов и использует за весь фильм пару выражений лица, и если бы не катастрофа, в которой на человеческом лице обычно появляется испуг, то использовал бы одно.

Описывая Зинченко-младшего, авторы наделяют его способностью делать разнообразные гимнастические кульбиты, но позже способность эта никак не пригодится. Также подчеркивается сексуальность юноши, который проявляет внимание к своему репетитору по английскому (Ирина Пегова, интересный образ, проводит на экране примерно минуту).

Надо ли говорить, что после того, как пилоты героически посадят самолет в шквалистом Петропавловске, их отношения с родственниками наладятся, и герой Машкова даже предложит своей семье съездить вместе в отпуск, заставив улыбаться домохозяйку-жену (Елена Яковлева)?

У Гущина наладятся отношения не только с нравным отцом, но и с девушкой его мечты Сашей (Агне Грудите) – она трудится в той же авиакомпании вторым пилотом. Начнется их знакомство с опять же странного диалога, который авторам, видимо, кажется забавным – когда один человек говорит по мобильному телефону, а второй человек при этом присутствует, видит, что его собеседник приложил трубку к уху, но отчего-то думает, что все это говорят ему. Продолжится взглядами в аэропорту, романом и ссорой, когда Гущин крикнет Саше “Ты не летчик, а баба за штурвалом!”

Эта фраза позволит заподозрить в веселом, румяном и честном Гущине некоторую червоточинку. Тем более что его сексистские идеи получат продолжение: опасаясь вести самолет сквозь грозу и ветер, он просит Сашу выйти из кабины и только после этого говорит Зинченко: “Саша более опытный пилот, пусть ведет она”. То есть лично признаться бабе, что она более опытная, у Гущина язык не поворачивается.

По большому счету, все мужчины в этом фильме – тираны, как настоящие, так и будущие. А тот единственный, любивший свою жену, был сброшен авторами с парящего над бездной троса.

Помимо домашних тиранов, имеются и начальственные. Директор компании (Сергей Газаров) – ему может противостоять только Зинченко. И тоже карикатурный акционер авиакомпании, который закуривает в салоне, выдыхая дым в лицо Гущину, вышедшему разбираться и отважно вступившему с акционером в бой.

То, что происходит в небе или имеет к нему какое-то отношение – прекрасно, там все отважные и молодцы. И даже сварливый Гущин-старший, будучи вызван на экстренное заседание по поводу беды с самолетами, расцветает и начинает давать дельные советы. Но стоит пилотам оказаться вне аэропорта, как все, что в них было неприятного, становится отчетливым, будто тумблер переключают, и очевидно, что дом для них не там, где родственники: не случайно Гущин, поднимая самолет в воздух, говорит: “Ну вот мы и дома!”, и это один из редких моментов, делающих героя немного человечнее.

Поэтому не очень хочется представлять семейную жизнь Саши и Гущина, а также отпуск Зинченко с семьей – радости в этих картинках будет мало. Николай Лебедев этого предусмотрительно и не показывает, радуясь вместе с героями тому, что из-за жалобы акционера-курильщика их уволили с прежнего места работы, и теперь они трудятся в самой лучшей на свете авиакомпании “Аэрофлот”.

Жанна СЕРГЕЕВА
«Экран и сцена»
№ 9 за 2016 год.
Print Friendly, PDF & Email