Как их провели той весной

Кадр из документального фильма “Будьте здоровы!”
Кадр из документального фильма “Будьте здоровы!”

Локдаун, пандемия, ковид… Сколько неведомых нам ранее слов вошло в наш обиход. Все сдвинулось, перевернулось. Даже тополя отказались цвести, и не летал над Москвой такой надоедливый в мирное время пух.

Документальный фильм Татьяны Чистовой “Будьте здоровы!” снят весной 2020-го, когда все только начиналось, и никто не мог предположить – надолго ли. Опустели улицы, люди засели по домам, перестали ходить на работу, друг к другу в гости. Кто-то общался по интернету, кто-то по телефону. Однако по телефону много не поговоришь. Интернет есть не у всех. Вспомните, вспомните, как все было. Как жили в полной растерянности, в неизвестности…

Пандемия стала испытанием для всех и для каждого. Вирус не щадил, делал, что ему вздумается. Ему нельзя было заморочить голову, его нельзя было ни уговорить, ни обмануть, ни подкупить. Но люди сопротивлялись.

Кто-то в условиях изоляции находил спасение в семье, кто-то выходил на связь с друзьями, кому-то помогали книги, кино, творчество, кому-то домашние питомцы – оказалось, что с ними легче переносить случившееся. А кто-то был одинок, потерял связь с миром.

Фильм Татьяны Чистовой возвращает нас в ту весну. Телефонными звонками немолодых людей в кризисный центр города Петербурга с просьбами о помощи, поддержке. Или чтобы просто поделиться тревогой и понять, что делать, как жить. Тридцатиминутный фильм вобрал столько боли, страха, горечи…

– Могу ли я открывать окно? На какой высоте вирус летает?

– Сказали, кому после восьмидесяти – не лечатся. Укол морфия – и все.

– Хочу, чтобы правительство не обманывало.

– Меня записали на стерилизацию кошки. Пропустят ли меня туда?

– Я живу в коммунальной квартире. Мои соседи уезжают, когда хотят. Что толку, что я сижу дома – они привезут мне вирус. Это же не изоляция получается.

– О какой самоизоляции может идти речь, если мы не можем получить деньги на почте… У меня нет ни копейки. Что мне делать? У меня нет никого.

– Приходит соцработник без маски и без бахил. Они сами не защищены…

– Почему государство не может помочь – мы остались один на один со своим горем.

– Приехали сотрудники соцслужбы, взяли деньги, чтобы купить лекарства, и пропали. Не мошенники ли?

– Еще один день, и ни мне, ни моему ребенку нечего будет есть. Может, кто-то из депутатов возьмет мою семью под крыло… У них зарплаты позволяют.

– Мне страшно – я войну пережила…

– Если меня в больницу заберут, куда мне внука девать маленького?

– Нам говорят – не выходите, старики, никуда, не выходите… Но я осталась одна, у меня никого нет. Я же не картошку прошу купить, а дойти до аптеки. И никаких волонтеров, о которых говорят по телевизору.

– Ах, Господи, помилуй…

– Деньги на телефоне закончились, звоню от соседей, с городского. Осталась без связи, молока и хлеба. Осталось у меня семь рублей. Будьте здоровы! И мы тоже!

Эти и еще многие другие голоса звучат за кадром, за кадром также звучат голоса сотрудников кризисного центра, которые пытаются помочь, чем могут. Люди без специального психологического образования, без опыта подобной работы порой буквально спасали людей от шока, от стресса. А в кадре – молчаливые улицы, переулки, дворы Петербурга в первую неделю коронавирусного локдауна. “Слепые” петербургские стены, где-то одно, два окна – жуткое ощущение.

В интервью режиссер прокомментировала: “Стена без окон и дверей изолирует дом от пожара. И это метафора изоляции дома от уничтожения, от эпидемии. Периодически на таких брандмауэрных стенах можно видеть пробитое окно. Во время карантина у человека есть потребность подать свой голос – выйти из дома, пробить окно в неположенном месте…

Мое поколение в кризисный центр не позвонит. Я буду звонить друзьям, писать в социальные сети или каким-то другим образом решать проблему, потому что у меня доверия к государству нет. Наоборот, скорее опасения. А та категория граждан, которая звонит в этот центр, надеется на некую помощь”.

Встык с кадрами замершего города с редкими прохожими, пустотой и одиночеством – кадры тусовки на набережной Невы, толпы людей, пришедших отметить День Победы. Раскаты фейерверка. Праздник никто не отменял. Несмотря на объявленный карантин.

В начале и в финале фильма – стена памяти на Малой Садовой улице, стена памяти погибших во время пандемии медиков, спасавших жителей Петербурга. Фотографии, цветы. Начало снято на четвертый день изоляции. Финал – в июне. В финале фотографий и цветов на стене памяти – значительно больше…

Пожалуйста, берегите себя. И будьте здоровы!

Елена УВАРОВА

«Экран и сцена»
№ 4 за 2021 год.

Print Friendly, PDF & Email