Картина мира АЕС+Ф

Предлагаем читателям фрагменты бакалаврской работы Софьи Французовой, выпускницы кафедры теории и истории искусств Московского художественного института имени В.И.Сурикова, – “Видеопроект группы АЕС+Ф “The Liminal Space Trilogy”. Проблема эволюции художественного языка”.

В 1987 году, во время перестройки, Татьяна Арзамасова, Лев Евзович и Евгений Святский впервые объединились для работы над каталогом к спектаклю Анатолия Васильева “Серсо”. Первым же их проектом, официально подписанным аббревиатурой-логотипом “АЕС”, стал “Визуальный комментарий” к пьесе А.С.Грибоедова “Горе от ума” (1988). Как рассказывает Евзович, это было сделано, чтобы облегчить жизнь журналистам, постоянно путавшим имена и фамилии художников: “[мы] взяли три буквы [с которых начинались наши фамилии], соединив их масонским треугольником, так как Грибоедов был связан с масонством”. Логотип был напечатан на обложке книги. Буква “Ф” добавилась лишь в 1995 году – с приходом в группу фотографа Владимира Фридкеса.

<…> АЕС+Ф (или AES+F) – одна из немногих возникших в перестройку художественных групп, которые до сих пор не только не распались, но активно творчески работают, развивают свой художественный язык, ищут новые формы выражения, адекватные времени и современному искусству. По признанию самих художников, им интересно наблюдать за процессами, происходящими в мире. Они увлечены новыми технологиями и приветствуют их развитие. Книжная иллюстрация, инсталляция, фотография, видео, VR, работа в театре в качестве художников-постановщиков (в спектакле “Психоз” Электротеатра Станиславский и опере “Турандот” театра “Массимо” в Палермо) – вот лишь некоторые сферы деятельности группы. <…>

Трилогия “The Liminal Space Trilogy” состоит из работ “Последнее восстание” (2005–2007), “Пир Трималхиона” (2009–2010) и “Священная Аллегория” (2011–2013).

Каждый видеопроект АЕС+Ф до конца формируется на стадии post-production, именно тогда воплощается идея и начинается большая игра: когда рисуется мир, появляются цифровые персонажи, и актеры, не снимавшиеся вместе на площадке, оказываются объединены в одной сцене. Крупные планы могут кадрироваться из общих композиций, задуманный ранее финал вдруг становится прологом. При монтаже многое переосмысляется. Если сам съемочный период выглядит недолгим, то по его завершении на создание проекта может уйти целый год.

Участники АЕС+Ф не делают раскадровок или подробных зарисовок, как это принято в кино. Есть некие записи, вербальные и текстовые, есть мудборд, помогающий не забыть высказаться на определенную тему. Художники рассказывают, что нередко нарушают собственный план во время съемки, – воздух для импровизации всегда оставляется.

Существует у них и сценарий, но не такой, как в кино, ведь концепция изначально не связана с кинодраматургией. Все состоит из небольших повторяющихся ритуалов, перформансов. Например, в “Пире Трималхиона” мы видим бесконечные гимнастические или спортивные упражнения, сервировку еды, полные сексуального подтекста наклоны друг к другу. В “Священной Аллегории” герои, утом-ленные ожиданием в аэропорту, с отчетливой периодичностью ложатся на скамейки и засыпают. <…>

Со слов авторов, трилогия складывалась не сразу. Только после второго проекта стало понятно, что прослеживаются связи, а общее название пришло в тот момент, когда трилогию готовились выстав-лять. Русского аналога названия у серии “The Liminal Space Trilogy” нет: перевести почти каждое слово можно по-разному. “Лиминальное” буквально означает “переходное”. Как отмечает Лев Евзович, это слово имеет мистический смысл и в английском языке. Переходность – переход души, порог между мирами, нахождение между точкой отправления и точкой назначения.

Каждая часть трилогии – произведение многодельное. АЕС+Ф создают целый мир, состоящий из видео, живописных работ, коллажей, иногда скульптур. От фотографии – к видео, потом – к мульти-медиа. Постановочную фотографию, с которой АЕС начинали свой путь, они доводят до предела: люди сняты в павильоне, а фон и среда симулированы на компьютере. Соединение реальных снимков и симуляции – это уже мультимедиа, коллаж.

Вполне очевидно, что отрисованное 3D пространство, куда помещен живой человек, – не настоящее. Но при этом зритель постоянно обманывается первым впечатлением, потому что изображение создано таким образом, что не возникает сомнений в его правдивости. Прием псевдоубедительности чрезвычайно важен для всего творчества АЕС+Ф. <…>

Хотя художники настаивают, что “Последнее восстание” – это ад, “Пир Трималхиона” – рай, а “Священная Аллегория” – чистилище, не все критики с ними согласны. О выставке АЕС+Ф 2012 года в “Гараже”, где трилогия экспонировалась как единое целое, арт-критик Анна Толстова написала, что “три части действительно складываются в стройную картину мира, она же политический памфлет” и что “от фильма к фильму мастерство исполнения растет: в совершеннейшем балете третьей части, “Allegoria Sacra”, зрелище приобретает голливудское качество, а производство – поистине голливудский размах”. Мастерство исполнения растет от работы к работе, но все же трилогия представляется единым целым.

Двухтысячные годы составляют новый этап в творчестве АЕС+Ф, для которого характерны большие видеопроекты. В определенном смысле “The Liminal Space Trilogy” является кульминацией и завершением этого этапа. В трилогии АЕС+Ф во многом используют те же самые визуальные приемы, что и массовая культура: спецэффекты, сцены катастроф и битв, гламурных отполированных персонажей. Так работа с документальной фотографией, эстетика гламура, обращение к искусству старых мастеров и массовой культуре, к кинематографу, эксперименты с технической стороной фотографии и видео дают возможность АЕС+Ф создать свой образный язык для построения собственных мифов.

Софья ФРАНЦУЗОВА

«Экран и сцена«
№ 16 за 2020 год.

Print Friendly, PDF & Email