Генеральная пауза

Сцена из спектакля “Влюбленный дьявол”. Фото С.РОДИОНОВА
Сцена из спектакля “Влюбленный дьявол”. Фото С.РОДИОНОВА

Генеральная пауза – момент, когда молчат все инструменты оркестра – затянулась не на дни, а на недели. Слышно, как тикают часы, хотя в них давно уже нет механических деталей.

Наверное, именно это теперь будет ассоциироваться с выражением “фантомные боли”: звуки музыки, доносящиеся из динамиков компьютера. Театры не работают, но ты продолжаешь ждать новых спектаклей и заполняешь образовавшийся вакуум.

В апреле должна была пройти церемония вручения Национальной театральной премии “Золотая Маска”. Этот день ждут даже те, кто не принимает систему ценностей фестиваля. Быть может, как раз они ждут его с особым нетерпением. Список лауреатов всегда служит сигналом для начала бурных обсуждений и споров. Возникает точка опоры, и каждый получает возможность попробовать себя в роли Архимеда, поворачивающего Землю в нужном направлении.

Споры и рефлексия – важные компоненты “Золотой Маски”. Интересно следить за движением разнонаправленных течений, за тем, как меняется театральный ландшафт в результате их столкновений. Как недавно модное и актуальное превращается в рутину, как становится привычным и закономерным то, что вчера казалось рискованной новинкой.

Подведения итогов фестиваля придется ждать неопределенно долго, но даже спектаклей, которые удалось увидеть до того, как невидимая рука нажала на кнопку “Пауза”, достаточно, чтобы оценить разнообразие сегодняшнего оперного театра.

Изящный и корректный мейнстрим представлен спектаклем Большого театра “Путешествие в Реймс”. Опера Россини в постановке модного сегодня итальянского режиссера Дамиано Микьелетто предстает калейдоскопом культурных реминисценций. Действие спектакля, начинавшееся с череды сценок в художественной галерее, завершается тем, что все герои оперы выстраиваются в живописную композицию, повторяющую картину Франсуа Жерара “Коронация Карла X 28 мая 1825 года”.

Есть в программе и обязательное для продвинутого меломана барокко, да еще в радикальном режиссерском прочтении: материал оперы Генделя “Орландо” стал поводом для того, чтобы рассказать о кровавых событиях наших дней – расстреле ночного клуба в американском городе Орландо. По сути дела, перед нами не постановка оперы, а ее переработка, самостоятельный жанр, похожий на пастиччо генделевских времен: в партитуру добавлены хоровые номера из оратории Генделя “Израиль в Египте”, а также электронные миксы Габриэля Прокофьева.

Спектакль “Орландо, Орландо” стал плодом достаточно неожиданного альянса “Геликон-оперы” и Детского музыкального театра имени Н.И.Сац. Первый дал сценическую площадку, взрослую публику и исполнительские силы. Второй – режиссерскую инициативу Георгия Исаакяна и дирижерское мастерство признанного знатока старинной музыки Эндрю Лоуренса-Кинга, делающего рискованную затею респектабельной в музыкальном плане.

Сцена из спектакля “Три сестры”. Фото Е.ЛЕХОВОЙ
Сцена из спектакля “Три сестры”. Фото Е.ЛЕХОВОЙ

Фестивали последних лет не обходятся без громких премьер произведений современных авторов. Об этой тенденции уже доводилось писать в одном из прошлых “масочных” обзоров, но хочется повторить с ничуть не меньшим изум-лением: когда вводилась номинация за лучшую работу композитора, все предрекали ее скорое исчерпание. Ну сколько у нас найдется композиторов, серьезно работающих в опере и балете? С тех пор каждый новый сезон опровергает скептиков. И заметим, на пять композиторских имен, попавших в шорт-лист, – пять городов, где их произведения были поставлены: Москва, Санкт-Петербург, Екатеринбург, Казань, Кострома. Причем на самых что ни на есть академических сценах: здесь и БДТ, и Музыкальный театр имени К.С.Станиславского и Вл.И.Немировича-Данченко, и Урал Опера Балет (это все еще непривычное для уха название носит теперь Екатеринбургский государственный академический театр оперы и балета).

К сожалению, время, прошедшее с момента остановки фестиваля, принесло горькую утрату: ушел из жизни Александр Вустин, чей “Влюбленный дьявол” предстал перед публикой через 30 лет после создания. Человек скромный и непубличный, композитор успел услышать слова уважения и признательности, которые заслужил своей неизменной взыскательностью и принципиальностью. И теперь уже не столь важно, что решит жюри: награда, при всей ее привлекательности, не истина в последней инстанции, а лишь сумма ряда предпосылок. Фестиваль как процесс – намного интереснее, чем его результаты, выраженные в рас-пределении премий.

Проведем мысленный эксперимент: допустим, что Урал Опера Балет решил познакомить Москву со своими недавними премьерами, среди них – опера венгерского композитора Петера Этвёша “Три сестры”. Положа руку на сердце: много ли публики соберется в зале? Двести человек? Триста? А теперь изменим всего лишь одно условие: на афише будет написано, что это спектакль фестиваля “Золотая Маска”. В итоге получаем аншлаг и внимательную, заинтересованную аудиторию, которую привлек-ла не агрессивная реклама и не привкус скандальности и эпатажа – ничего подобного в “Трех сестрах” нет.

Вокруг предыдущей российской постановки Кристофера Олдена – оперы Бриттена “Сон в летнюю ночь” – бушевали поистине шекспировские страсти, имевшие, правда, косвенное отношение как к самому спектаклю, так и к здравому смыслу. “Три сестры” были восприняты как должное, и никого не смутило отсутствие пиетета по отношению к нашему классику. Между тем оригинальная структура пьесы претерпела значительные метаморфозы: три картины оперы (секвенции, как назвал их композитор) по очереди фокусируют наше внимание на трех героях: Маше, Ирине и Андрее (он в триаде сестер замещает Ольгу, у которой ожидаемо не хватило материала на персональную секвенцию). Подобный ход логичен, поскольку позволяет перейти к более условному оперному существованию чеховских героев.

Степень отстранения по замыслу автора могла оказаться еще большей: первое время все женские партии исполняли мужчины (среди участников мировой премьеры, состоявшейся в 1998 году в Лионе, были российские контртенора Олег Рябец и Вячеслав Каган-Палей). В наши дни практически на равных с авторским бытует и второй вариант, в котором заняты женщины – пример разумного компромисса идеального замысла и практического воплощения. В Екатеринбурге, что естественно, выбрали именно его: репертуарный спектакль с четырьмя контртенорами в составе был бы чем-то из области ненаучной фантастики. А “Три сестры” – именно репертуарный спектакль, а не разовый проект, который собирают лишь на премьеру и через год на фестиваль. Вскоре постановку вновь увидят в родном городе. Даже если спектакль, запланированный на май, не состоится из-за пандемии, руководство театра наверняка найдет новую дату. В этом не приходится сомневаться: Урал Опера умеет ценить свои достижения. Об этом красноречиво свидетельствует афиша нынешнего сезона, в которой с “Тремя сестрами” соседствуют “Пассажирка” Мечислава Вайнберга и “Греческие пассионы” Богуслава Мариину. По-прежнему в репертуаре и опера Филипа Гласса “Сатьяграха”, с которой театр приезжал на “Золотую Маску” в 2016 году.

“Три сестры” уже успели собрать внушительную коллекцию наград, на днях к ним прибавилась премия Губернатора Свердловской области. Появится ли в этом списке “Золотая Маска”? Получит ли ее кто-то из превосходного ансамбля певцов, занятых в опере? В число номинантов попали Надежда Бабинцева (Маша), Ольга Тенякова (Наташа), Алексей Семенищев (Вершинин), Владислав Трошин (Соленый), но, право, на этом можно было не ограничиваться. О том, кому достанутся призы, мы обязательно узнаем.

Остается только дождаться сигнала дирижера, который обозначит вступление после паузы.

Дмитрий АБАУЛИН

«Экран и сцена»
№ 9 за 2020 год.

Print Friendly, PDF & Email