Соседи

Сцена из эскиза Хелены Кесонен “С_училища”. Фото С.МОШКОВА
Сцена из эскиза Хелены Кесонен “С_училища”. Фото С.МОШКОВА

Затея показать в Эстонии русскоязычные пьесы родилась у Русского театра, который в лице своего нынешнего руководителя Филиппа Лося строит общее культурное поле для эстонского и русского зрителя. Это трудно, но необходимо. Схему отбора текстов, перевода их на эстонский язык, поиска молодых эстонских режиссеров, которым эти тексты были бы интересны, превратили в реальность московская “Золотая Маска”, таллинская команда Светланы Яначек, занимающаяся проектом “Золотая Маска в Эстонии”, и критик, эксперт Яак Аалик. Вся эта компания думала над нужностью проекта “Современная русскоязычная драматургия в эскизах молодых эстонских режиссеров” в стране, в которой сегодня много театра, не основанного на тексте, тем более русском. Риски были большими, особенно если учитывать политический климат, но итог изумил – гибкостью молодого сознания, увидевшего тексты русскоязычных авторов точно и оригинально.

Пять мини-спектаклей – два на эстонском, три на русском языках – уместились в один день и перемежались дискуссиями с авторами и публикой. В Таллин приехали трое из пяти драматургов: Дмитрий Данилов и белорусы Андрей Иванов и Константин Стешик; еще две пьесы в программе – обе лауреаты “Золотой Маски” – принадлежат Михаилу Дурненкову (“Утопия”) и белорусу Павлу Пряжко (“Сосед”). Все драматурги – участники фестиваля “Любимовка” и других конкурсов и лабораторий, поставлены по несколько раз, словом, это наше “золото партии”.

Режиссеры-эстонцы, а также актеры, многие из которых – из Академии культуры Вильянди, не обязаны знать, какие пьесы сегодня в ходу в России. Они и не знали, а прочли их свежим взглядом людей, у которых есть социальные “язвы” наподобие тех, что вскрыты в пьесе “С_училища” Андрея Иванова, способы рассказывать о них в театре – иные. Легкий сдвиг в сторону и сделал лабораторию интересной: хорошо знакомые драматургические сюжеты и реплики словно окрасились другим цветом. Хелена Кесонен сделала фрагмент “С_училища” с двумя реактивными артистами в наивном стиле уличной драмы – остро и весело показала сшибку быдло-Таньки с подлецом-философом. Йохан Эльм пригласил в свой эскиз по “Спичкам” Константина Стешика “звезд” эстонского театра, Индрека Саммуля и Таави Тепленкова, которые разыграли пьесу в нордическом стиле, наполнив мужской харизмой. В чисто театральном, пластическом смысле “Спички” оказались очень красивой, изысканной работой.

Абсурд пьесы “Сережа очень тупой” режиссер Карл Сакритс передал через телевизионный стиль: незваные гости главного героя вели себя, как в реалити-шоу. Зал отчаянно смеялся репликам пьесы Дмитрия Данилова, построенной как тугая герметичная система, в основе которой – концепт о вторжении “чужого” в частную жизнь человека.

Единственным русским режиссером лаборатории оказалась актриса Русского театра Татьяна Космынина, виртуозно разложившая на двух актеров “Соседа” Павла Пряжко. Двое мужчин стоят за микрофонами и ведут диалог соседей по участкам. Молодой терпит, пока пенсионного возраста дядя Толя выговорится, а тот не способен остановиться. Абьюз-диалог идет по нарастающей, пока взрослый не одаривает своего соседа ножом, который тот послушно берет только потому, что боится. Отлично разработанная артистами и Татьяной Космыниной партитура эскиза открыла комедийное устройство пьесы Пряжко: из крох повседневной речи постепенно выкристаллизовалась модель мира, в котором один всегда “нагибает” другого.

Интересным опытом встречи – и с другим временем (1990-е), и с другим менталитетом (постсоветских людей, тоскующих о прошлом), и с другими артистами (Русской драмы) – стал эскиз Карла Лауметса по “Утопии” Михаила Дурненкова. Работа была показана на русском языке, который режиссер знает только отчасти. Но ему было важно, чтобы реалии, описанные драматургом, звучали на русском. Более того – его явно пленила сама природа артистов, ярко выраженная эмоциональность, типажность, свойственная русским. Порушенная семья из “Утопии” не вызывает ностальгии; куда важнее желание вглядеться в этот ушедший под воду мир и разобраться с последствиями его былого существования. Сделанная эстонцем русская “Утопия” связала воедино разные “хвосты” времени, пространства и человеческих отношений и прозвучала отчетливо трагически.

Эстонская режиссура заглянула в наш, “русский”, мир через пьесы, и открыла территорию взаимных пересечений – с помощью театра, конечно.

Кристина МАТВИЕНКО

«Экран и сцена»
№ 22 за 2019 год.

Print Friendly, PDF & Email