Только 88 минут

Кадр из фильма “Завещание”

Документальный фильм “Завещание”. Режиссер Иван Йович. Сербия Воспоминания бывших узников концлагеря Ясеновац в фашистской Хорватии, записанные сербским режиссером Иваном Йовичем, – синхроны общим хронометражом 450 часов, из которых был смонтирован 88-минутный фильм “Завещание”. Об этом зрителей извещают в одном из финальных титров: понятно, что воспоминания могут дать материал сразу для нескольких фильмов. Современная цифровая техника…

Человеческий детеныш в театре

Фото предоставлено театром

Создатели детских спектаклей нередко сосредоточивают все свое внимание на том, чтобы рассказать историю, полную полезных уроков. Театральный язык такого повествования не меняется десятилетиями: нарочито подробная и яркая декорация, такая же бутафория, “говорящие” костюмы. И четвертая стена, крепче Великой Китайской. Бывает, герои представления проделывают в стене “окошко”, чтобы спросить у детей, куда побежал волк, но они…

Ключ от убежища

После прошлогоднего успеха спектакля “Fugit” (“Побег“) испанская театральная компания Kamchatka вернулась в Москву со спектаклем-инсталляцией “Habitaculum” (“Убежище”), вновь посвященным мигрантам и поиску лучшей жизни. “Камчатка” специализируется на уличных и сайт-специфик проектах, и свой дом в Москве герои-переселенцы нашли не в театральном, а в фабричном пространстве: “Убежище” расположилось в одном из опустевших крыльев фабрики “Большевик”. По…

В пейзажах подсознания

Фото Jean Couturier. Предоставлено пресс-службой фестиваля

В 2013 году во французском издательстве Editions Actes Sud вышла автобиографическая книга Филиппа Жанти Paysages Interieurs – “Внутренние пейзажи”. На ее обложке – далеко простирающаяся степь с одинокой фигурой человека и маленькой машиной. Это воспоминание о самом знаменитом приключении юности Жанти: в 1962-м, когда ему было двадцать четыре, он на четыре года отправился в путешествие…

Война и мир Юрия Любимова

Ю.П.Любимов репетирует спектакль “Живой”

Окончание. Начало в № 11, 2017. Рядом с политическими аллюзиями и намеками (их жадно ловила публика, пришедшая на спектакль как на непонятно почему разрешенную сходку) на сцене Таганки велась и другая борьба: эстетическая. Любимов, по его собственным словам, делал театр “не для слепых”. Это означало, что спокойное жизнеподобие, остававшееся до появления Таганки преобладающим на наших…