Белый-белый день

“Джульетта”. Режиссер Педро Альмодовар

“Если ты меня оставишь, я умру”. Мать Джульетты зовут Сара, и она практически не встает с кровати. Ее окружают четыре белые стены, украшенные двумя картинами: на одной – девушки в пышных юбках танцуют фламенко, а на другой – красно-синяя птичка сидит на ветке. На выбеленных простынях, с которыми сливается ее бледная кожа, оттененная тусклыми рыжими волосами, она лежит в полном одиночестве и как-то неестественно сжимает свои окаменевшие пальцы. В девушке, которая выглядит слишком ярко в бесцветной комнате, мать не узнает свою дочь Джульетту и безучастно смотрит на маленькую девочку Антию, названную кем-то ее внучкой. Непослушные руки отказывают ей в желании прикоснуться к ребенку, а холодное пространство как будто все больше и больше сжимает ее тонкое почти безжизненное тело.

Где-то в том же доме, но в другом мире существует муж Сары. Он изредка заходит в бесцветную комнату и, ни разу не прикоснувшись к жене, выходит, ведомый чувствами к красивой домработнице Санае. Сара лишена тактильного общения, теплоты прикосновения, но стоит только сознанию на мгновение вернуться к ней, как она тут же изливает всю свою нежность и тоску по человеческому: рука любовно тянется к лицу дочери, а глаза с жадностью ловят каждую черту спящей внучки.

Белая сорочка и четыре белые стены на один день сменяются под руководством Джульетты на элегантное яркое платье и переливающийся всеми возможными цветами сад, где Сара кажется украшенной с ног до головы статуей, награжденной комплиментом от мужа, настороженным взглядом его любовницы и прощанием с дочкой, которая мельком скажет о ней: “Моя бедная мать увядает, запертая в своей комнате”.

“Если ты меня оставишь, я умру”. Вот уже двенадцать лет Джульетта стоит в комнате, увешанной зеркалами, и в каждом зеркале видит себя, а точнее многочисленные проекции своего чувства вины – здесь отец, погибший незнакомец, погибший муж, оставившая ее дочь и, наконец, оставленная ею мать. Иногда она встает на фоне автопортрета Люсьена Фрейда, на котором его лицо расщеплено мазками на сотни маленьких кусочков или осколков, и он постепенно превращается в ее собственный портрет, написанный женской непослушной рукой.

Она берет ручку и белую-белую тетрадь с белыми-белыми листами, надевает шелковый халат со странной “мозаикой”, словно собранной из фрагментов климтовских картин, раскрывает перед собой красно-синюю открытку с картонным деревцем, как будто из родительского сада, и вспоминает: поезд, бегущий за поездом олень, незнакомец с отсутствующим взглядом, рыбак Хуан, его жена, его подруга Ава, молчание, море… Рыбак погибает в море. В его глазах читаем: “Если ты меня оставишь, я умру”. Черный цвет заливает белое полотно – это картина Ричарда Серры и траур Джульетты. Альмодовар всегда отрицал черный: “Когда мне было три года, моя мать начала носить траур. На меня, маленького ребенка, это произвело такое ошеломляющее впечатление, что я навсегда разлюбил черный и полюбил все яркие цвета”, – произнес он на пресс-конференции в Канне, надев перед этим темные-темные солнцезащитные очки, которые скрыли его от ярких ламп и, кажется, от слишком болезненных воспоминаний.

“Если ты меня оставишь, я умру”. В траур превратилось для Джульетты расставание с дочерью. Ее светлая, пастельных тонов одежда теперь тоже отмечена смыслами скорбящего черного. Это “цвет без цвета”, “жизнь без самой жизни”, обезличенное существование, в котором отсутствуют жизненные потенции, стремления и желания. Джульетта превратилась в ту увядающую женщину, лежавшую в тусклой выбеленной комнате. То есть в подобие своей матери. Она механически передвигается по улочкам Мадрида, и воспринимает испанский мир, где все хочется попробовать на ощупь, как нечто призрачное и неосязаемое. Люди, магазины, кафе, булыжные мостовые, деревья, светофоры и машины… – этого всего нет. Есть только огромная давящая пустота и желание заполнить ее дыханием, взглядом, запахом, голосом дочери.

“Если ты меня оставишь, я умру…” – строчка из песни Чавелы Варгас, звучащей в фильме всего один раз, когда камера застывает в финале на общем плане зеленых горных вершин. Для Альмодовара, испытывающего особенную любовь к испанской музыке, одна песня в одном единственном кадре за полтора часа экранного времени – ситуация исключительная. “Если ты меня оставишь…” полностью заполняет эмоциональный пробел, возникающий в нашем восприятии, как только мы понимаем, что встреча матери и дочери останется за кадром.

Знаем мы испанский или нет, музыкальная испанская лирика, гитара, глубокий женский тембр заставляют прочувствовать и прожить историю Джульетты заново: поезд, олень, бегущий за поездом, незнакомец с отсутствующим взглядом, рыбак Хуан, море, черный заливает белое полотно и, наконец, письмо с обратным адресом на обороте.

Софья ШИГИНА

«Экран и сцена»
№ 20 за 2017 год.
Print Friendly, PDF & Email