Он учил быть свободными

Вячеслав КОКОРИНПамяти Вячеслава Всеволодовича Кокорина

Он ушел от нас 5 октября, и во многих городах России люди театра собрались вместе, чтобы помянуть человека, оставившего неизгладимый след в их судьбе.

Впервые я услышала о Вячеславе Кокорине в начале 1980-х. Столичные критики тогда ездили в возглавляемый Вячеславом Всеволодовичем Иркутский ТЮЗ, один из самых живых и современных театров страны – «место силы», как сейчас говорят. Когда-то его спектакль «Предместье» («Старший сын») открывал для театральной публики Александра Вампилова – сегодня ТЮЗ носит имя драматурга. Вячеслав Кокорин, как и Александр Вампилов, прославил Иркутск. Но нет пророков в своем отечестве. Потеряв театр, Вячеслав Всеволодович начал преподавать в театральном училище, и его ученики – Михаил Окунев, Ирина Герасимова, Камиль Тукаев, Татьяна Кутихина быстро стали лидерами в коллективах Омска, Воронежа, навсегда усвоив уроки Мастера.

В начале 90-х, еще до знакомства со Славой, я впервые столкнулась с ним в буфете Иркутской драмы имени Н.П.Охлопкова. Он был в красной рубашке, очень идущей его цыганскому облику, черным кудрям, пронзительному взгляду черных глаз. Подойти к нему не решилась, мне показалось, что он не склонен к общению. Тогда же я увидела его спектакли в Иркутской драме. Помню до мелочей «Лес» – воздушный, полный поэзии с прекрасным Несчастливцевым Виталия Венгера. Настоящий гимн Театру, возвышающему и, одновременно, дающему силы противостоять суете, корысти.

Еще раньше меня поразили его «Московские кухни» в Омской драме. Как он сумел из камерной, ироничной пьесы Юлия Кима сделать масштабный, полный энергии спектакль, в котором, как казалось ему, да и многим из нас, мы расстаемся с прошлым смеясь, веря в то, что начинается новая жизнь. В том числе новая жизнь и в самой Омской драме. Его обожали актеры, готовые работать и решать сложные задачи. Им он давал драгоценные ключи, позволявшие забыть о зажиме, почувствовать себя свободными в пространстве любой драматургии.

Где бы он ни оказывался, там, действительно, начиналась новая эпоха. Появлялись спектакли, в которых изверившиеся актеры обретали счастье подлинного творчества. Они чувствовали мощную поддержку режиссера-педагога, умевшего очистить актера от заскорузлых штампов. В нижегородском ТЮЗе Кокорин поставил целую обойму спектаклей от веселого и бесшабашного «Слона Хортона» до трагичнейших «Последних». Он мечтал о театре молодых, свободных, раскованных, умных артистов, воспитал плеяду, среди них – Мария Смольникова, Вячеслав Ямбор. Молодая Полина Стружкова поставила у него в театре «Поход в Угри-ла-Брек» – один из первых удавшихся спектаклей-променадов.

Но «цыганское» счастье Кокорина преследовало его. Осуществить мечту ему не дали, не позволили доучиться курсу, созданному в Нижнем Новгороде под эгидой ГИТИСа.

А он был великим Учителем. Со своим методом. Давал мастер-классы по всему миру. Вечный Дядька, как сам себя называл. На его уроки в Байкальскую школу, Летнюю школу СТД, в Мелихово съезжались отовсюду, зная, что классы Кокорина помогут стать профессионалами, проникнуть в самую суть творчества. Эту суть он формулировал любимыми строчками Пушкина: «И мысли в голове волнуются в отваге, / И рифмы легкие навстречу им бегут, / И пальцы просятся к перу, перо к бумаге. / Минута – и стихи свободно потекут…». Стихотворение начинается словами: «Октябрь уж наступил». Он ушел в начале октября.

Один из артистов назвал весть о кончине В.В.Кокорина ударом в сердце. Так чувствуют многие. Но память о нем будет жить долго. Пока живы его ученики.

Екатерина ДМИТРИЕВСКАЯ
«Экран и сцена»
№ 20 за 2017 год.
Print Friendly, PDF & Email