Эффект голого короля. Эффект правды

Сцена из спектакля “Молодая гвардия”. Фото Д.ПИЧУГИНОЙФестиваль “Золотая Маска” подошел к концу, обязательства, данные членами жюри – публично не выступать со своими оценками, больше не действуют, и я могу коротко высказаться о том, что произвело наибольшее впечатление, что не забылось.

Меньше всего я хотел бы посмеяться над спектаклями, которые имею в виду, и над зрителями, которые эти спектакли принимали тепло, а в некоторых случаях и восторженно. Никакого намеренного обмана в мыс-лях создателей не было совсем, но был самообман, очень много самообмана. Так казалось не один раз, а особенно в том случае, когда взрослые люди с высшим инженерным образованием вынесли на суд публики нечто такое, что обнаружило, что эти уважаемые артисты ничего не умеют, вообще ничего – ни двигаться, ни произносить текст, ни шутить, ни петь, тем более – изображать в финале оркестрик, наподобие знаменитой финальной сцены фильма Феллини “8 1/2”. И что же? Полный успех, вокруг многолетние поклонники с горящими глазами. И что им предлагается? Нечто непонятное, лишенное всякого смысла. И кажется, что именно это – то, что нужно. Непонятное – заветная цель, а бессмыслица – не порок, но установка. Слишком уж перекормили понятным, слишком уж перегрузили смыслами разного рода. Когда-то нечто подобное называло себя “Дада”, теперь оно никак себя не называет. Участвует в конкурсе “Золотой Маски”. Короче говоря, у нынешних дадаистов замечательные зрители.

И однажды похожих ребят нам показали на сцене – в волнующем, хотя и несколько затянутом спектакле “Молодая гвардия” (санкт-петербургский театр “Мастерская”). С моей точки зрения, хотя разделяли ее не все, это было человечески значимое событие “золотомасочного” фестиваля. В спектак-ле два режиссера и три акта. Первая часть, названная “Миф” (режиссер Максим Диденко), – о том, как показывали молодогвардейцев в романе Александра Фадеева, в спектакле Николая Охлопкова и в послевоенной пропаганде. Вторая часть “Документ” (режиссер Дмитрий Егоров) – о том, как все было на самом деле. Подобная конструкция обычно приводит к тому, что жесткая правда уничтожает прекраснодушный миф, но тут все наоборот: именно правда найденных и процитированных документов кажется гораздо более поэтичной, чем миф и легенда. В конце первого акта ведущий спектакля обращается в зрительный зал с прямым вопросом: “Как их считать, молодогвардейцев, кто же они, герои или жертвы?” Зрители отвечают по-разному, а вот спектакль ответил по-своему: не жертвы и не герои, а люди, нормальные люди (третья часть так и называется “Жизнь”), которым удалось – на короткое время, когда позорно сбежала опекавшая их власть, – показать, что у них на сердце, что у них в душе и на что они способны.

Вадим ГАЕВСКИЙ

Сцена из спектакля “Молодая гвардия”. Фото Д.ПИЧУГИНОЙ
«Экран и сцена»
№ 8 за 2017 год.
Print Friendly, PDF & Email