Поэма без героя

Лучше, конечно, сразу предупредить, что в новом фильме Джима Джармуша ничего не происходит. Почти ничего. Он завораживает и этим, и тем, что ждешь, когда что-то все-таки произойдет, и тем, что отчаянно этого боишься…

Течет жизнь в маленьком городке Патерсон, штат Нью-Джерси, а ты, наблюдая за ней, то и дело сталкиваешься с собственной паранойей – только бы эти чудесные люди остались живы, только бы все было хорошо с их прекрасным бульдогом.

Полегче становится, когда проходит две трети фильма и ничего не меняется в его размеренности и неспешности, и становится ясно – вряд ли сейчас произойдет что-то совсем плохое, оно просто не впишется в ритм картины. И вот тут как раз и происходит несколько не самых приятных событий; в масштабах маленького городка и маленькой семьи они могли бы стать грандиозными, но опять же не становятся. После них все течет по-старому, и у них есть все шансы превратиться в воспоминания, уже не щекочущие нервы. “А помнишь, как…” – и все улыбнутся.

По городу Патерсон едет автобус, и в его окнах отражаются освещенные утренним солнцем дома. В автобус заходят люди, ведут свои разговоры. Молодые мужчины обсуждают девушек, мальчики – костюмы, в которых пойдут на Хэллоуин, а юноша с девушкой обсуждают совсем важный вопрос – единственные ли они в Патерсоне анархисты или нет. Беседам улыбается водитель автобуса. Его зовут Патерсон – вот так совпало.

Патерсон (Адам Драйвер) каждое утро просыпается, перебрасывается парой слов с любимой женой Лорой (Голшифте Фарахани), потом красавица Лора снова засыпает, а мужчина отправляется на работу. Он идет мимо деревьев, снятых так, что буквально чувствуешь запах листьев, травы и земли (оператор Фредерик Элмс: “Синий бархат”, “Дикие сердцем”, “Кофе и сигареты” – большой список больших фильмов). Мимо стены, на которой написано название родного города. Садится в автобус. Выслушивает от сотрудника автопарка Донни порцию его злоключений – приехала теща, дочка начала учиться на скрипке, у кота нашли диабет – и начинает работу.

Помимо работы, у Патерсона есть хобби или любимое дело, так сразу и не поймешь: он пишет верлибры. Про спички – их много в доме, и ими можно зажечь сигарету любимой женщины. Про саму женщину – ее хочется назвать ласковым словом “тыковка”. Про песню, где была строчка: “Хотел бы ты стать рыбой?”. Крышка ланчбокса Патерсона украшена портретом Данте. Еще один его любимый поэт – тоже автор верлибров и тоже уроженец Патерсона – Уильям Карлос Уильямс.

Знаменитое стихотворение Уильямса “Красная тачка” в фильме Джармуша не звучит, зато Лора в какой-то момент просит мужа еще раз прочесть ее любимое, про сливы:

 

Я съел сливы

лежавшие

в холодильнике

ты их

наверное

хотела оставить

на завтрак

Прости

они были восхитительны

такие сладкие

и такие холодные

 

Стихотворение называется “Просто, чтобы сказать”, и название это отражает метод Уильяма Карлоса Уильямса, писавшего о том, что нет идей, кроме тех, что воплощены в конкретном. Поэтому вещи и действия надо рассматривать такими, как они есть, не наделяя их дополнительными смыслами. Сливы – это не более чем сливы; сказать – это просто сказать.

Фильм Джармуша такой же. Он очищен от дополнительных смыслов и прекрасен своей чистотой. И хочется порой по привычке внести в события “Патерсона” смысл-другой, но фильм мягко пружинит и не пускает.

В одно из утр Лора нежно бормочет мужу: ей приснилось, что у них родились близнецы. С этого момента Патерсону на глаза начинают попадаться близнецы – то мужчины, то девочки. Одна из девочек-близнецов, встреченная им в автобусном парке, тоже окажется поэтессой-верлибристкой. Слегка стесняясь, скажет: “У меня с рифмой не особо” и прочтет стихотворение о дожде и водопаде, похожем на волосы девочки.

Но почему близнецы, что они значат? Да нипочему. Просто близнецы.

Примечательно, что на следующий день Лоре приснится серебристый слон, и хочется пойматься в ласковые сети фильма и ждать слона хотя бы в виде рисунка на футболке кого-нибудь из пассажиров. Но близнецы продолжают попадаться Патерсону, а серебристые слоны – нет. А на третий день Лоре вообще ничего не приснится. Все будет так, как в жизни.

Патерсон – человек тихий и нежный, Лора у него – деятельная и тоже нежная. Пока он водит автобус, она раскрашивает квартиру, печет роскошные пирожные, которые будут иметь феерический успех на рынке, мечтает стать кантри-певицей и уговаривает Патерсона купить ей гитару. (И гитара, и пирожные, и квартира – черно-белые, любимое джармушевское сочетание цветов.) Гитара дорогая, но Патерсон соглашается. Он вообще кроткий. А Лора говорит, что ей нравится, как от него пахнет пивом, когда он возвращается ночью из бара. Она вообще идеал.

И бульдог у них изумительный. Мирно сидит в кресле. Не скулит по утрам, требуя прогулки. У него есть один недостаток – он прыгает на столбик с почтовым ящиком, и столбик после этого стоит неровно. Патерсон поправляет его каждый раз, когда возвращается домой.

Сперва мы можем только догадываться, почему столбик кривится, и дурацкая фраза “в меру своей испорченности” здесь окажется как нельзя кстати: днем дует страшный ветер? к Лоре ходит любовник? подруги? Но нет, у Лоры, кажется, нет подруг, как и друзей у Патерсона, а столбик покосился из-за проделок песика. И все хитроумные теории развития событий опять рассыпаются в прах перед правдой жизни.

Пиво Патерсон пьет в маленьком баре, бульдог Марвин ждет его снаружи. Хозяин бара обожает свой город и украшает стену вырезками из газет о лучших людях Патерсона. В баре по вечерам сидит парочка: он, смешной актер, ее любит, она его нет. Патерсон выпивает свое пиво и идет домой, чтобы снова проснуться рано утром, послушать, что скажет сонная Лора, и отправиться на работу проверенной дорогой. А в выходные они пойдут в кино.

Но лирический герой Уильяма Карлоса Уильямса все-таки съел сливы, хотя его любимая их тоже хотела. Возвращение к истинной природе вещей предполагает и неприятности – хотя, по Джармушу, не столь масштабные, какими они видятся испуганным жизнью зрителям из крупных городов и неспокойных стран.

Будут проблемы с безответно влюбленным; он выхватит пистолет в баре, Патерсон кинется отнять, пистолет окажется игрушкой. И с автобусом Патерсона будут проблемы, засбоит электрика, и водитель поведет себя правильно: выведет пассажиров наружу, вызовет подмогу и следующий автобус.

Патерсон ведет себя героически, но сюжет не предоставляет ему возможности быть настоящим кинематографическим героем: автобус не горит, пистолет не стреляет.

Потом развязные парни, проезжающие на машине мимо Патерсона и Марвина, крикнут: “Слышь, ты, отличная собака! Таких собак вообще иногда похищают”. Но Патерсон даже ухом не поведет, он привяжет бульдожку на том же самом месте, что и обычно, и никто Марвина не похитит.

Зато сам Марвин, пока хозяева будут в кино, похитит заветный блокнот Патерсона со всеми его стихами и изорвет в мелкие кусочки. Лора изгонит пса в сарай, а Патерсон вернет в дом – жалко. И на кротком лице поэта не отразится тоска о потерянных стихах.

Есть знаменитая притча о крестьянине, который жил безоценочно. Земляки все время пытались записать его то в счастливчики, то в несчастные. Жизнь крестьянина била ключом: то у него пропадала лошадь, то возвращалась и приводила еще одну, то болел сын, то сына из-за болезни не забирали в ополчение, и так далее. А землякам крестьянин терпеливо объяснял: “Я не несчастный. Просто у меня потерялась лошадь”; “Я не счастливчик. Просто у меня теперь две лошади, и я иду их кормить”.

Патерсон из той же категории. Хоть он этого и не произносит, но у него просто пропал блокнот со стихами. Такие люди очень редко встречаются, поэтому всем остальным можно смело считать героя Джармуша счастливчиком. У него появится новый блокнот, в голове зазвучат новые стихи – благо вещей вокруг полным-полно. И главное, чудесная Лора даже не напомнит ему, что не раз предлагала скопировать предыдущий блокнот, и не произнесет сакраментальной фразы: “Я сколько раз говорила!” А это ли не счастье.

Жанна СЕРГЕЕВА

«Экран и сцена»
№ 4 за 2017 год.
Print Friendly, PDF & Email