«Я пришел решить твои проблемы»

Кадр из фильма “Преодоление”Заметки о VII Международном кинофестивале “Дидор”

В Таджикистане кино любят самозабвенно и самоотверженно. Особенно свое. Особенно на “Дидоре”. Не верьте, когда говорят, что зал не резиновый. Еще какой резиновый: во всяком случае, во время конкурсных показов число мест в столичном Доме кино нередко увеличивалось, как минимум, на треть за счет приставных кресел и, разумеется, vip-мест на лестничных ступеньках. Словом, речь не просто о фестивале, но фестивале в полном смысле народном.

Кто-то из великих обронил однажды: заниматься искусством легко – просто нужно встать и сказать правду. Именно временем правды, подчас горькой и совсем не праздничной, и было в свои лучшие моменты кино на “Дидоре” в Душанбе.

Конкурсную программу в Доме кино открывал фильм молодого петербургского режиссера Николая Котяша “Каждый первый”, приехавший в ранге победителя Всероссийского фестиваля короткометражного фильма, а уехавший еще и с главной наградой “Дидора” за короткий метр.

Сейчас думаю, что в нем было троим членам уважаемого жюри, куда входили высокие профессионалы из Индии, Ирана и Таджикистана, до истории, приключившейся в темноватом питерских кафе? Собираясь расплатиться, женщина хватилась кошелька. Вот только что лежал на краешке, а теперь не лежит. А она и ее спутник спешат, и бог бы с ним, с кошельком… Денег, конечно, жалко, четыре тысячи, на кафель для ремонта сняла, но, главное, в кошельке еще и автомобильные права, вот в чем штука. Приезжает полицейский дознаватель с непроницаемым лицом, и в конце фильма автомобиль женщины отправят на эвакуаторе, спутника увезут, чтобы депортировать в Белоруссию из-за миграционной проблемы, кто-то спасается бегством через черный ход, девушку-администратора уведут в наручниках. И только на лице дознавателя ничего не отразится, ни удовлетворения, ни порицания, оно останется бесстрастным.

Когда пойдут финальные титры, кошелек обнаружится, розового цвета, завалился под столик, сразу не разглядеть.

На самом деле, Котяш рассказал универсальную, не имеющую никакого отношения к географии историю про отношения человека и государственной машины, которая предписывает каждому жить, не нарушая, по правилам, но при этом пишет такие правила, что не нарушать невозможно. В этих отношениях человек всегда под подозрением, и подозревается не каждый второй или третий, а любой, каждый первый, так спокойней.

Еще один спецприз за короткий метр жюри вручило армянскому режиссеру Ваге Геворкянцу за получасовую военную драму “Большой праздник”. Прологом к картине стали документальные кадры, снятые на совсем недавней реальной кавказской войне. Камера медленно, словно с трудом, движется от одного скорчившегося или разметавшегося на поле боя к другому, и не понять, кто какой национальности, а взгляд постоянно цепляется за ноги без обуви: черные носки, серые, темно-синие, опять черные, совсем голые ступни… А еще война – двое мальчишек, армянский и азербайджанский, и пес Коче теперь уже один на двоих. Сейчас у ребят нет больше никого на свете, кроме самих себя и этой собаки. И, хочешь не хочешь, надо вместе выживать, и вместе преодолевать пропасть, по разным сторонам которой их развели взрослые. Одна история в картине рассказывается каждым в отдельности. А получается одинаково – про жизнь, отцов и смерть.

Времена, как известно, не выбирают, но и они бывают разными: прекрасными, неспокойными, смутными, мало ли какими? Теперь к ним добавились еще и, если хотите, заминированные. Об этом думаешь и на “Большом празднике”, и на иранской детской недетской картине “Без границ” Амирхуссейна Асгари. О них напоминает готовая взорваться каждую минуту тишина в грузинском фильме “Чужой дом” Русудан Глурджидзе, удостоенном недавно Гран-при в Карловых Варах. Как красивы женщины в этом фильме, как удивительно снято прозрачное пространство ранней весны, в которое их помещает оператор Горка Гомес Андре, пространство, словно созданное для умиротворения. Но не живется приезжим в доме, обжитом однажды другими, не дышится, и снова грузовик с нехитрыми пожитками военного времени везет молодую семью с дочкой дальше, в неизвестность, к очередному дому других.

На прошедшем ранней осенью “Киношоке” в Анапе Гран-при был присужден казахской картине “Чума в ауле Каратас” Адильхана Ержанова. Нынче в разных программах на “Дидоре” Казахстан представил сразу несколько фильмов свидетельством того, что в этой центрально-азиатской республике кино занимаются с самыми серьезными намерениями. Лента “Свидетель дела номер 6” Серика Абишева показалась достаточно прямолинейной, с не оставляющими простора для маневра сюжетными ходами, а на главный, заданный в ней вопрос: что делают с людьми деньги – так и хотелось ответить тоже конкретно. Зато камера оператора Едиге Несипбекова заслужила здесь нескольких отдельных слов. Уже в помянутой выше “Чуме…” оператор интересно работает с вечерним и ночным светом, практически не обращаясь к дневному. И в “Свидетеле…” полумрак зачастую становится одним из действующих лиц повествования. В полумраке возникают и рушатся замыслы, в полумраке ломаются судьбы.

Больше всего в фильме Дархана Тулегенова “Луч утренней зари” привлекло то, что сам режиссер всего на несколько лет старше своего героя, и, вероятно, ему, как никому иному, был понятен главный вопрос, на который его персонажу требовалось найти ответ. А сводился он к тому, как подростку встроиться во взрослую жизнь, что слишком отличается от той, которой жил еще вчера, еще час назад. В финале герой возвращается туда, откуда только что ушел, кажется, уже навсегда. И это означало только одно: он повзрослел.

Свою историю киргизский режиссер Чолпанай Борубаева (“ХОКУ ТУРОБ”) собрала из глины – ее надо тщательно месить ногами, из лишенного тени летнего двора – по нему разгуливают куры и хозяйку всегда ждут какие-то заботы. Неподалеку слоняется муж, тоже в серьезных пенсионных годах – не знает, к чему себя прислонить в этот полуденный час. И вдруг – стук в калитку, а за нею – первый, давний муж хозяйки и поистине шекспировский сюжет. Мы так ничего и не узнаем об истории этих троих. Проведем с ними вечер, станем свидетелями безмолвной трапезы стариков, приодевшихся к ужину.

Наутро женщина сядет на велосипед и куда-то отправится по песчаной колее, тут-то нынешний муж даст волю гневу, и старики покатятся по земле. А потом примчатся мальчишки и побегут туда, где с хозяйкой случилась непоправимая беда. Через минуту фильм закончится, а перед глазами долго будет стоять финальный кадр: два старика ногами месят глину жизни…

Лучшим фильмом страны-хозяйки фестиваля “Дидор” жюри сочло ленту таджикского режиссера Умедшо Мирзоширинова “Преодоление”. Таджикское кино последних лет отличает, на мой взгляд, стремление уходить от нарочито цветастой оперности с песнями и танцами в сторону реальной жизни и ее сюжетов. Положа руку на сердце, отправная точка истории не обещала авторам многих набранных очков. Да, красавица-таджичка (и какая!), приехав в Москву, встретила русского парня, вспыхнуло взаимное чувство любви. И особых сюжетных вариантов дальше не просматривалось, сколько о том уже сказано, сколько еще будет сказано впереди. Тема-то вечная. И здесь режиссер, как показалось, начал уходить в сторону от лирической темы. Еще большей неожиданностью стало, что его не очень интересовали и социальные мотивы – Москва, миграция, трудоустройство, – они возникают на периферии повествования, но не более того.

Главным, как показалось, для режиссера стал национальный характер в ситуации обстоятельств, которые необходимо превозмочь. Ирана Нуроншоева, сыгравшая главную роль в “Преодолении”, запомнится не только своей красотой, но и гордостью, с которой любит, гордостью, с которой встречает невзгоды. Ни разу она не позволяет себе упрекнуть, сорваться на крик, хлопнуть очередной московской дверью, закрывшейся перед нею с любимым, или ответить на хамство. Гордость не позволяет, потому что в крови, потому что так воспитали, характер такой. И ее избранник, странное дело, рядом с нею тоже становится иным, менее московским. Как жаль, что авторы не сочли возможным поощрить этих ребят хотя бы толикой заслуженного ими счастья. Может, боялись, что их не поймут в пору исключительно несчастливых финалов?

И еще о любви. Мальчик из спичек выкладывал дом с остроконечной крышей и рассказывал девочке, как они в нем будут жить, когда поженятся. Девочка внимательно слушала и улыбалась своим мыслям. Оба были невероятно юны в свои 16 или 17, и впереди их ожидала долгая и счастливая жизнь, где обоим предстояло умереть в один день. Исполнилось почти все… Картина Джамшеда Махмуди “Несколько кубометров любви” в нынешнем году выдвинута на “Оскар” от Афганистана, а пока что была удостоена на “Дидоре” Гран-при. Удивительность этой реальной истории в ее абсолютной простоте, в повторяемых веками обстоятельствах и непредсказуемости финала, который заставляет ее надолго запомнить. Их домом навсегда останется проржавевший и продрогший от холода контейнер, место встреч, где прощались, веря, что не навсегда. Это место станет для них последним пристанищем, потому что их голосов не услышат, когда большой железный ящик начнут заваривать, чтобы в числе других отправить на свалку металлолома.

Не рискнул бы назвать фильм Джамшеда Махмуди гимном любви. Он, скорее, приговор ей в мире, где слишком многое кажется более важным, чем она.

Лицом нынешнего “Дидора” стал ушедший в прошлом году Бахтиер Худойназаров, создатель в частности “Братана”, “Кош ба коша”, “Лунного папы”, по праву принадлежащий и таджикскому, и российскому, и европейскому кинематографу. Поразил не виденный ранее его черно-белый “Братан”, снятый на рубеже 80-90-х. Запомнилась серьезная фраза малыша, обращенная к найденному отцу-беглецу при первой встрече после длинного пути: “Я пришел решить твои проблемы”. Хорошо, что мальчик этого захотел, кто-то ведь должен начать.

Николай ХРУСТАЛЕВ
Кадр из фильма “Преодоление”
«Экран и сцена»
№ 22 за 2016 год.
Print Friendly, PDF & Email