Пелена и благолепие

Кадр из фильма “Поющие башмаки”Тридцать восьмой ММКФ прошел спокойно – его главным событием, пожалуй, стала неявка Никиты Михалкова на открытие, все волновались и обсуждали. Но когда выяснилось, что ничего страшного не произошло и на закрытие президент фестиваля прибудет, кино потекло своим чередом. Не случилось фильма-прорыва, зато в конкурсе оказалось немало картин, которые обычно называют “крепкими” – поэтому и как следует возмутиться чьим-нибудь непрофессионализмом тоже повода не нашлось. Все шло ровно.

Главный приз ММКФ получил иранец Реза Миркарими. У него уже есть один “Золотой Георгий” за фильм “Проще простого” (2008) об идеальной иранской домохозяйке, которая послушно выполняет свои обязанности по отношению к родным, но не получает в ответ ни благодарности, ни уважения.

“Дочь” Миркарими продолжает важную для режиссера и его страны тему женской свободы и права на свое мнение. В начале фильма несколько юных студенток весело болтают в кафе про свою жизнь, планы, новую учебу в прекрасных местах, и одна бросает: “Хорошо, что мы живем в Тегеране, а то бы у нас уже внуки были!”

Но одна из девушек, Сетарех, живет в другом городе, где нравы совсем иные, чем в столице, и куда из Тегерана надо лететь самолетом; и когда Сетарех возвращается к родным, то понимает, что с мыслями об университете придется проститься. Ее мать тиха и покорна, своего мужа боится, все в семье вращается вокруг мужчины, а у него еще и характер неприятный.

Сетарех все же решается попросить разрешения у отца снова съездить в Тегеран на вечеринку подруги, надолго улетающей в Канаду, и получает в ответ гневные обвинения в непослушании. Еще и матери перепадает – не так воспитывает дочь.

Своими фильмами Реза Миркарими постепенно подтачивает убежденность многих жителей Ирана в подчиненном положении женщины, за что ему большое спасибо. И “Дочь” не только о том, как совсем молодая девушка осмелилась не послушаться отца и все же улететь на проводы подруги, но и про то, какие изменения после этого произошли в душе мужчины (за эту роль Фархад Аслани получил “Серебряного Георгия”).

Фархад Аслани играет само-уверенного, надутого, взбешенного, а потом – недоумевающего мужчину, который, будучи еще и начальником на производстве, привык к тому, что ему подчиняются все, но власть уходит у него из рук. Дочь после пощечины сбегает из отцовской машины и прячется у тети.

Разыскав сестру, мужчина узнает, что она разводится, что сама зарабатывает на жизнь, что ее соседка-подруга выходит на улицу с непокрытой головой и это для них нормально – как и для его Сетарех. И когда он в конце фильма, чиня что-то на крыше дома сестры, неожиданно для себя начинает рыдать, в этих слезах много разного: есть, конечно, любовь к сестре и дочери, но есть и обида, и страх, и понимание, что жизнь изменилась непоправимо.

Один из лучших фильмов конкурса – “Дневник машиниста” производства Сербии и Хорватии, снятый Милошем Радовичем. Черная комедия с элементами гротеска получила только приз зрительских симпатий, но о том, что это произойдет, можно было догадаться уже во время показа, по реакции зала, где хохот практически не смолкал. Хотя тема у “Дневника машиниста” не самая веселая – машинисты поездов не всегда успевают затормозить в трудной ситуации, и у каждого на счету несколько смертей, но чтобы стать настоящим специалистом, надо пережить и это.

Машинист Илия выращивает дома цветы не просто так – собирает из них букеты и относит на свежие могилы тех, кого сбил. Илия отговаривает своего приемного сына Симу стать машинистом – когда-то он увидел этого мальчика на рельсах, разочарованный в жизни ребенок хотел покончить с собой, но Илие удалось остановить поезд в нескольких сантиметрах от него.

Сын упорствует, и после получения диплома машиниста на него обрушивается информация: и что его отец сбил сына соседа, с которым дружит, и что любимую женщину отца, Даницу, на его глазах сбил этот самый сосед, тоже машинист, и что своего первого “смертника” желательно сбить как можно раньше, чтобы начать привыкать.

Радович ведет свой фильм, как хороший машинист: поезд, где надо – разгоняется, где надо – притормаживает, и к конечному пункту все прибывают в целости и сохранности, кроме тех, кого не жалко.

“Серебряного Георгия” за режиссуру получила живущая в Америке датчанка Пук Грастен. Представляя фильм “37”, ее датские продюсеры, носящие ту же фамилию, рассказали, что им было непросто объяснить американской съемочной группе, что именно режиссер, а не продюсеры, на площадке царь и бог. Но в конце концов группа начала беспрекословно слушаться Пук. А она исполнила свою давнюю мечту: поставила фильм о жизни тридцати семи свидетелях убийства, никто из которых не вызвал полицию.

Жюри российской кинокритики тоже наградило картину “37”, состоящую из ряда зарисовок из жизни самых обычных людей с различными проблемами. Действие происходит в шестидесятые годы прошлого века, но могло бы происходить и сейчас – возможно, современный материал вызвал бы больше чувств.Кадр из фильма “Дочь”

Понятно, что дебютантка Грастен хотела рассказать о равнодушии, которое таится в душах милых с виду людей, но тогда не очень понятно, как ведут себя люди, в душах которых оно не таится. “37” в этом смысле схож со многими картинами конкурса ММКФ, от расставленных режиссером акцентов они бы только выиграли. Как, например, получивший приз жюри ФИПРЕССИ корейский фильм Кима Чжон Квана “Худшая из женщин” о девушке-актрисе; она морочит головы троим мужчинам, но морочит как-то вяло, без огонька. Чуть больше энергии и иронии – гораздо интереснее было бы смотреть.

Жюри ММКФ возглавлял болгарский режиссер Ивайло Христов – может быть, и не стоит связывать это со специальным призом жюри, врученным картине болгарина Радослава Спасова “Поюшие башмаки”. Режиссер снял биографию певицы Лии Ивановой, бывшей также и осведомителем спецслужб, а форму для картины выбрал такую – пожилой композитор, в детстве отчаянно влюбленный в Лию, а потом ставший ее мужем и партнером, после смерти жены узнает о ее второй работе и, сидя в архиве, тоскует о том, что так до конца и не понял свою Лию.

“Поющие башмаки” – фильм достаточно длинный, достаточно сумбурный, переполненный подробностями. Есть и довольно странный момент – Иванову играют три актрисы. И если по поводу той, которая изображает пожилую певицу, нет никаких вопросов, то понять, почему Иванову в юности и Иванову в молодости и зрелости играют актрисы примерно одного возраста, но очень непохожие друг на друга (Донна Бангыозова и Рая Пеева), решительно невозможно. В момент смены одной на другую возникает ощущение, что смотришь долгоиграющий бразильский сериал, где с какого-то момента главный герой начинает выглядеть совсем иначе.

Рая Пеева, судя по тому, как весело и лихо она сыграла талантливую молодую певицу, прекрасно справилась бы и с ролью Лии Ивановой в юности. Можно предположить, что именно “растроение” героини фильма помешало Пеевой получить награду за женскую роль – она ушла Тересе Мальвар, сыгравшей в фильме филиппинца Рапстона Джовера “Пелена” о жизни бездомных детей.

Мимо внимания жюри прошел польский фильм Януша Маевского “Эксцентрики”, мюзикл-нуар с начинкой из хорошего джаза; обаятельный фильм француза Себастьена Бетбедера “Мари и неудачники” с чудесным Эриком Кантона в роли незадачливого писателя; австро-германская картина “Центр моего мира” Якоба Эрвы о юном доверчивом гомосексуалисте, а еще итальянские “Козни” Давида Гриеко, объясняющие гибель Пьера Паоло Пазолини политическим устройством Италии.

Равно как и самый яркий и живой, наряду с “Дневником машиниста”, фильм Николая Досталя “Монах и бес” по сценарию Юрия Арабова, полупритча-полусказка, а благодаря кастингу – отчасти карикатура. На показе тоже очень много смеялись и хлопали, но для зрителей, живущих в нынешнем, благолепном представлении о вере, увидеть хромого и слегка придурковатого святого, сыплющего прибаутками (Тимофей Трибунцев), и жадного и хитрого игумена, будто сошедшего с большевистского плаката “Долой, долой попов” (Борис Каморзин), было непривычно. Хотя тут как раз экранное равно реальному.

Жанна СЕРГЕЕВА
«Экран и сцена»
№ 13 за 2016 год.
Print Friendly, PDF & Email