Ксения в Кремле

Фото И.ЕФИМЕНКО
Фото И.ЕФИМЕНКО

Псковский театр драмы имени А.С.Пушкина открыл нынешний сезон в новом статусе – с января 2021 года он превратился в филиал Александринского театра. Экспансия петербургского гегемона в провинцию удалась, хоть и со второй попытки. Если в 2019 году Ярославский театр имени Федора Волкова оказал отчаянное сопротивление этому слиянию, то Псков сдался сразу и без боя. И действительно, включение Театра имени А.С.Пушкина в состав Александринки кажется решением, оправданным и географической близостью двух партнеров, и без того давно существовавшей театральной связью между городами. Сейчас театры планируют ряд обменных гастролей, думают о взаимодействии между режиссерами и актерами. Художественные руководители Александринки и Театра имени А.С.Пушкина Валерий Фокин и Дмитрий Месхиев договорились также о согласовании репертуара и финансовой поддержке филиала со стороны центра.

Первым шагом в новых отношениях стало открытие 266-го сезона Александринского театра в псковском Кремле. Совершая этот партнерский жест, театр рискнул выйти за пределы привычной сценической площадки и не прогадал. В рамках XXVIII Пушкинского театрального фестиваля на Вечевой площади Кремля, под открытым небом, в непростых погодных условиях была сыграна “Блаженная Ксения. История любви”, спектакль Валерия Фокина 2009 года по пьесе Вадима Леванова о знаменитой петербургской юродивой XVIII века. Изначально показ “Блаженной Ксении” в псковском Кремле, как и проведение фестиваля, планировалось приурочить ко дню рождения Пушкина, но перенос с первых июньских дней на начало сентября лишь добавил этому событию драматизма и театральности. Несмотря на то, что Псков в сентябре – отнюдь не Авиньон в июле, а огромная лужайка внутри древних стен, – не уютная сцена Папского дворца, несмотря на то, что зрителям, а тем более актерам пришлось нелегко, с художест-венной точки зрения эта open air акция полностью удалась. Проливной дождь в первый вечер и пронизывающий ветер во второй помогли острее ощутить состояние главной героини, то отрицание своего тела, своего пола, своего “я”, то бесконечное самоумаление, на которое решилась блаженная Ксения из любви к умершему мужу. На Вечевой площади в спектакле мощно зазвучало житийное, мистериальное начало. Заг-лушить его не удалось даже театральной условности, потянувшейся шлейфом со сцены-коробки в естественную среду. А настоящей героиней двух этих вечеров, без сомнения, стала Анна Блинова, исполняющая роль Ксении с 2018 года.

Фото И.ЕФИМЕНКО
Фото И.ЕФИМЕНКО

Петербургские мотивы в сценографии “домашней” версии – черная вода канала, гранитные ступени набережной, строгие серые портики с прямоугольниками проемов – в Пскове уступили место широкому, закруг-ленному, теплому по свету пространству, отсылающему скорее к иконописи: шероховатым стенам с башнями и галереями на заднем плане, храмам, массивному кресту по центру. Валерий Фокин на ходу перестраивал мизансцены, укрупнял жесты и заново придумывал освещение, чтобы максимально вовлечь в игру архитектурный ландшафт. Окружающая среда, пронизанная, с одной стороны, токами древнерусской истории, а с другой, религиозными коннотациями, и задала то измерение житийности, которое пришлось впору “пьесе в клеймах” Вадима Леванова. В отличие от петербургской версии среда оказалась здесь изначально дружественной по отношению к юродствующей Ксении. Странность и раздражающая современников перверсия ее поведения – Ксения переодевается в солдатскую шинель мужа и называет себя его именем – отошли на второй план, зато укрупнилась ее безграничная доброта, способность принимать людей в самом их убожестве: и пьяную проститутку, и вороватого слепого, и припадочную кликушу, и полусумасшедшего царедворца.

Под настоящим дождем, почти не сходя с места, хрупкая, сосредоточенная на своей идее Ксения Анны Блиновой, замыкаясь от гонителей, словно освещается изнутри навстречу близким ей людям. При этом ни в ее сипловатом голосе, ни в отрывистых интонациях нет ни малейшей елейности – если надо, может и поддеть, и огрызнуться, и парой метких, прозорливых слов сорвать личину. Минуты ясновидения и пророчества у нее не сладостно-экстатичны, но кажутся болезненными припадками, отнимающими последние силы, швыряющими эту русскую Кассандру оземь и в грязь. Те, кто видел “Нана”, прошлогоднюю работу Андрия Жолдака на Новой сцене Александринки, где Анна Блинова играет роль проститутки-нимфоманки, заступая за пределы допустимого на сцене, физически и эмоционально экспериментируя на грани возможного, понимает, на какую самоотверженность способна эта молодая актриса. В постоянном стремлении преодолеть свою актерскую природу она оказывается сродни блаженной героине Леванова.

Янина Лакоба, первая исполнительница роли Ксении, щедрее пользовалась актерскими средствами, Анна Блинова играет внешне скупо. “Для меня, – сказала Анна в небольшом интервью после псковских показов, – это всегда сложный спектакль и скорее не театральный, а духовный опыт. Я прикасаюсь тут к чему-то, к чему не имею права прикасаться, открываю в себе некий ресурс. В этой роли я не могу ничего сымитировать, здесь не должно быть фальши, иначе это сразу почувствуется. Даже когда моя игра подкреплена техникой, ничего не выйдет, если не будет искреннего, идущего изнутри, настоящего”. На вопрос о том, как повлияло на спектакль пространство псковского Кремля, она ответила: “Вначале я не задумывалась об этом месте, настолько для меня был важен сам акт исполнения роли. Но когда спектакль случился, я поняла, что он как будто здесь заново родился, как будто был специально создан для этого места. Ведь здесь мы полностью зависим от природы, и даже если бы пошел снег, пришлось бы играть. Это близко Ксении, которая прожила всю жизнь на улице и не знала комфорта. Хотелось бы теперь закрепить это ощущение и на показах в нашем парчовом раззолоченном зале”.

Когда-то Валерий Фокин пришел в Александринку с лозунгом “Новая жизнь традиции”, а прошлой осенью театр получил статус Национального, теперь его художественного руководителя вдохновляет идея создания Ассоциации национальных театров России, поддержки и популяризации искусства народов, населяющих нашу страну. Интерес Фокина к тому, как в сегодняшнем театре может существовать и преломляться глубинно-национальное, совершенно очевиден. Одной из главных задач новой Ассоциации, создание которой намечено на ноябрьские дни Санкт-Петербургского культурного форума, станет исследование сценического потенциала обрядово-ритуального начала. Вот и образ блаженной Ксении Петербургской, как ее играет Анна Блинова, по-своему глубоко национален. И показ спектакля в псковском Кремле с новой силой обнажил это свойство.

Мария ЗЕРЧАНИНОВА

«Экран и сцена»
№ 18 за 2021 год.

Print Friendly, PDF & Email