Керченские перепалки

Сцена из спектакля "Юбилей ювелира". Фото предоставлено Театром Наций
Сцена из спектакля «Юбилей ювелира». Фото предоставлено Театром Наций

Государственный Театр Наций под руководством Евгения Миронова (совместно с Министерством культуры РФ) провел лабораторию по современной драматургии в городе Керчь, навсегда вписанном Островским в театральную историю России. Маршрут “из Керчи в Вологду” и из “Вологды в Керчь” на долгие годы стал образом бесприютности русского артиста. К слову сказать, в названном южном городе, омываемым двумя морями – Азовским и Черным, своей драматической труппы не было на протяжении последних восьмидесяти лет. И вот два года назад она, наконец, появилась и разместилась в Доме культуры. Сегодня здание находится на реконструкции, и посему режиссерско-педагогический десант проводил свои лабораторные эксперименты на разных площадках, в том числе и на пленэре.

Выбор пьес (логичный для театра с небольшой труппой) поставил сложные задачи перед режиссерами, ибо все три – “Очень поздний ужин” Георга Стражнова, “Летние осы кусают нас даже в ноябре” Ивана Вырыпаева и “Юбилей ювелира” Николы МакОлифф, разговорные и требуют обстоятельного разбора.

Арсению Фогелеву, главному режиссеру Краснодарского театра драмы имени Максима Горького достался “Поздний ужин” (первый драматургический опыт автора), отобранный театром, очевидно, из соображений немногочисленности действующих лиц: мать, дочь и их общий любовник; вернее, бывший – матери и нынешний – дочери. В пьесе мало действия, зато герои ведут бесконечные разговоры и не только о любви. Они говорят обо всем на свете – религии, литературе, музыке, политических и духовных проблемах (действие происходит в Риге в канун миллениума). Герои философствуют, читают стихи и даже цитируют псалмы. Женщины – стопроцентные рижанки, а Александр, практикующий адвокат, родом из российского Богуславля, и разница их национально-социальных менталитетов находит отражение в тексте. Так что тем, затронутых в диалогах и монологах (ими герои тоже не обделены), могло бы хватить на несколько пьес. Играть такое на полном серьезе, наверное, было бы ошибкой, и Фогелев окрасил все эти мучительные для зрительского уха рассуждения долей иронии, благодаря чему отношения героев обрели некоторую легкость.

Опытный Георгий Цнобиладзе (с недавних пор – главный режиссер Саратовского ТЮЗа имени Ю.П.Киселева) для запутанных в своей абсурдности разговоров трио героев пьесы “Летние осы кусают нас даже в ноябре” нашел неожиданную сценическую площадку – берег моря, ставший декорацией к его эскизу, а пылающее вечернее небо – задником. Вода как символ очищения многократно использовалась режиссерами, но здесь она не только символ, но и среда обитания героев, утопающих в потоке бесконечно повторяемых фраз и слов. Муж ревнует жену, пытаясь выяснить, что за мужчина был у нее в понедельник вечером. Жена упорно утверждает, что это был брат ее супруга Маркус, священник. А друг cемьи столь же страстно настаивает на том, что в понедельник Маркус был у него. Этот похожий на допрос, ходящий по кругу разговор не имеет ни конца, ни начала и может длиться бесконечно, с отвлечениями на философствования о жизни, душе, Боге, безбожии и бессмысленности поисков правды. Актеры обогащают монотонность разнообразием оттенков чувств и интонаций. Стоя по колено, а то и по пояс в воде, они рассуждают о вечном, балансируя на стыке иронии и серьезности. В финале, осознав невозможность докопаться до правды, герои снимают с себя микрофоны и с детской беззаботностью кидаются в воду, гоняясь друг за другом, ныряя и плескаясь на фоне заката.

Бенефисный “Юбилей ювелира” ставил третий участник проекта, ученик Сергея Женовача Владимир Данай (Смирнов), решивший окрашенную мелодраматическим флером пьесу почти что в фарсовой стилистике. Умирающий ювелир, мечтающий дожить до своего девяностолетия – в этот день ему обещала нанести визит сама английская Королева – и его супруга, оба с набеленными лицами, напоминают пару клоунов. Однако гротесковый подход к образам стоящих на пороге смерти стариков с их размышлениями о бренности жизни не ослабил внутреннего драматизма пьесы. Диалог, длящийся целую жизнь и прерываемый теперь только здравыми рассуждениями сиделки, похожей на ангела смерти, столь же эксцентричен, сколь и печален. И когда наконец-то происходит долгожданная встреча с Королевой, чье явление – то ли сон, то ли явь, главному герою ничего не остается, как раствориться в последнем луче света, проложившем ему путь в небытие, словно шлейф ушедшей Королевы.

Алла МИХАЛЁВА

«Экран и сцена»
№ 18 за 2021 год.

Print Friendly, PDF & Email