Чужая своя земля

“Китобой”. Режиссер Филипп Юрьев

Слово “Kitoboy” многослойное. В нем и мужественный китобой, и мальчик-boy, и американский ковбой слышится. Лешка (Владимир Онохов), житель пасмурного чукотского поселка Лорино, подросток, ему 15, но его китобойская работа – мужская, тяжелая, после которой он отмывает кровь с рук над грязной облезлой раковиной.

К тому же Лешка кормилец своей небольшой семьи, его старый дед (Николай Татато) ежедневно собирается умирать. Однако жизни в нем еще много – если по радио звучит рок-н-ролл, дед выходит на середину комнаты и шикарно отплясывает. А по утрам бодро отчищает кастрюли проволочной губкой. Пока губка скрежещет на всю квартиру, Лешка мастурбирует под одеялом, чтобы дед не услышал.

С девушками в поселке проблема. Во всяком случае, на протяжении всего фильма появляется только одна местная женщина, в сцене, когда выключается электричество, и весь поселок проводит вечер при свечах. Дети рисуют, а взрослые играют в карты и целуются, если есть с кем.

Лешке не с кем. У него есть друг Колян (Владимир Любимцев), с которым они гоняют на мопеде, ныряют в море и обсуждают, можно ли вызвать в поселок проститутку из Анадыря. Но потом решают, что толку не будет: если она полетит самолетом, то пять часов туда и пять обратно слишком много ради часа работы, а если поплывет на барже, то заледенеет, как пельмень. Обсуждают по-взрослому, а по-детски висят на турнике головой вниз.

В луже вверх ногами отражается поселок, небо, бегущие яркие собаки: черно-белая, потом серая, потом еще одна черно-белая, хромая. Это очень просто и очень красиво. Операторы Яков Мирончев и Михаил Хурсевич используют разные способы показать красоту, находя ее как в спокойной величественной воде и скалах, в яростно бьющих китовых хвостах, так и в неустроенном и хмуром поселке, и не делая контраста между природой и людьми.

В начале фильма к привезенному китобоями убитому киту подходят люди, чтобы его разделать: на снятом с птичьего полета кадре они напоминают муравьев, сбежавшихся к огромной мертвой мухе. Но в этом нет ничего оскорбительного, да и сама китовая охота показана без лишних трудных подробностей. Бросок гарпуна, выстрел, волна смывает с берега кровь, в тазике лежит мясо. Все происходит так же естественно, как и у муравьев с мухой: обычная пищевая цепочка, промысел.

Естественность и спокойствие в отношении к жизни на Чукотке и занятию главного героя – очень важное свойство фильма. Охрана природы, неустроенность российских городков, непростая жизнь малых народов, этнические обряды и обычаи – акцент на этих, любимых фестивальными отборщиками, темах совершенно точно придал бы фильму изрядную долю пафоса и отвлек бы от основной истории. А пафоса в “Kitoboe”, получившем, тем не менее, призы в Венеции и на “Кинотавре”, нет совсем. Даже если принимать во внимание версию о том, что часть сюжета – путешествие Лешки в мир усопших. Потому что усопших он не боится – и дед каждый день собирается помирать, и похоронами иногда приходится заниматься, жечь на костре тело, укутанное в шкуры. Вот вам и этнический обряд, но снятый спокойно, буднично, под куда более интересный рассказ о смерти охотника – переплыл Берингов пролив, встретил американских пограничников, они приняли его гарпун за огнестрельное оружие, кричали “Бросай!” – “А он ведь по-ихнему не понимает. Вот и подстрелили. Америку хотел посмотреть”.

От Лешкиного поселка до Аляски – всего 86 километров по воде. И досадная история охотника уравновешивается легендой о дядьке, который когда-то украл лодку и уплыл-таки в Америку, а там небоскребы в тысячу этажей, Макдоналдсы кругом и баб красивых полно. Мечта.

Лешка болтает с Коляном о красивых американских бабах, но в голове и сердце у него только одна. Ее зовут Hollysweet_999, и увидеть ее можно в эротическом видеочате, на экране старого ноутбука, где девушка (Кристина Асмус) поправляет кружевное белье, весело и грустно улыбается и смотрит в камеру синими глазами. “Ай лайк блю айз” – Лешка уже взял в библиотеке самоучитель английского языка со звуковым сопровождением и учит слова, чтобы когда-нибудь встретиться с Hollysweet_999. Он уже знает, что ехать надо в Детройт.

Кристина Асмус замечательно умеет совмещать сексуальность и трогательность, при этом минуя образ “развратное дитя”. Ее героиня прежде всего очень милая. Развратную бы Лешка не смог полюбить, а то, что с ним происходит, именно любовь. Он репетирует перед зеркалом, повторяя то “я тебя люблю”, то “ай лав ю”. Он бьет Коляна, который говорит о Hollysweet_999, что она ненастоящая, компьютерная и принадлежит всему миру.

Но девушка настоящая – Лешка чувствует своей чистой душой, а зрителям, которые, возможно, не столь чисты, режиссер Филипп Юрьев это показывает сразу, в самом начале фильма. Hollysweet_999, имени которой мы не узнаем, идет по узкой и грязной улочке, слабо освещенной старыми неоновыми рекламами, приходит в тесное помещение, где красят губы такие же молодые девочки. Их несладкую жизнь не так уж и трудно представить, и видно, что они пока еще живые.

Колян хочет спасти друга и переключить его на реальность, поэтому они вместе приходят в гости, куда приехала “блондинка с материка” (Мария Чупринская). Ее белые волосы на фоне темной земли смотрятся, как необычный цветок. Потрясенные поселковые дети в восторге заглядывают ей в рот, а она берет их ладони пальцами с красным лаком и гадает: “У тебя будет много-много оленей”, “У тебя четыре дочки и три сына”, “А ты поедешь в Москву, Кремль увидишь”.

Блондинка с материка добрая, она приехала дарить радость, но Лешка эту радость не берет и следующим вечером винится перед экраном ноутбука: “Прости, прости, у нас с ней почти ничего и не было”.

Лешкина судьба набирает обороты. После страха (убитый пограничниками охотник), новых знаний (учебник английского) и победы над искушением (блондинка) наступает момент путешествия, из которого герой, как и положено, должен возвратиться другим. И перед этим путешествием режиссер подбрасывает обманку. Обманка, однако, выглядит вполне реальной: в очередной драке с Коляном Лешка наносит другу такой удар, что уверяется в том, что убил его. Обратного пути нет, прошлое погибло. Остается, конечно, дед, но он и так ведет себя в стиле кота Шредингера, представить себе его смерть Лешка может, и она будет такой же естественной, как и охота на кита.

В путешествии Лешке, который доберется до пограничного острова, встретятся три человека – два браконьера и американский пограничник, и все сперва захотят его убить. Но Лешкина бесхитростность спасет его, как сказочного героя. Браконьеры накормят его и украдут лодку, не позволив плыть дальше, болтливый американец подарит банку с маршмеллоу и довезет до американской стороны.

И тут начнется самое интересное. Лешка будет неприкаянно, печально бродить по пустому берегу. Захочет воды попить – вода на вкус неприятная. На ручей посмотрит – там мертвые рыбы. Поджарит на костре маршмеллоу – потом скривится и выплюнет. “Устал я уже от этой Америки!” – скажет измученный одиночеством и холодом Лешка, когда после долгих бессмысленных блужданий выбредет к огромному, полурассыпавшемуся скелету (коллеги уже связали его с “Левиафаном” Андрея Звягинцева). И белый череп укажет ему верный путь к темным кривым домикам. Домой, где прошлое окажется вовсе даже не умершим.

То, что Лешке так и не удалось открыть Америку, оставляет ему и жизнь, и мечту – возможно, уже другую. А вообще в фильме Америки много, она есть и в записанном латиницей названии, и в саундтреке. Песни Джонни Кэша, Джули Круз, Роя Орбисона создают едва уловимое смещение, и история перестает быть чукотской, российской и так далее, и окончательно становится универсальной, про всех.

Американские мелодии создают фон – как и вечная природа. Но герои тоже слушают музыку: к примеру, на вечеринке все танцуют с доброй блондинкой под “Мой рок-н-ролл” Би-2 и Чичериной. В кадре эта строчка не звучит, но почему-то сразу вспоминается. “Дорога в мой дом, и для любви это не место”.

Жанна СЕРГЕЕВА

«Экран и сцена»
№ 20 за 2020 год.

Print Friendly, PDF & Email