Алгоритм Яны Туминой

Яна Тумина, Ольга Глазунова, Алексей Гончаренко с участниками Лаборатории
Яна Тумина, Ольга Глазунова, Алексей Гончаренко с участниками Лаборатории

Сегодня, когда негосударственные театры Санкт-Петербурга оказались на грани закрытия и театральное сообщество пытается их защитить, особенно ценным становится возобновление творческой жизни офлайн. С 13 по 19 июля состоялась Лаборатория Яны Туминой – “Театр Художника: пространство, объект, атмосфера” для молодых режиссеров и художников, организованная Кабинетом театров для детей и театров кукол СТД РФ. Мы обратились к Алексею ГОНЧАРЕНКО с просьбой рассказать об этой важной акции.

– В этом году конкурс на участие в лаборатории был огромным – 123 заявки. Почти как в ГИТИС. Яна Тумина выбрала 12 счастливцев из Москвы, Петербурга, Владивостока, Новосибирска, Кызыла, Уфы и Рязани.

– По какому принципу отбирались участники?

– Тема лаборатории – визуализация текста на тему “Детство”. Яна заранее давала домашнее задание и потом выбирала самые интересные заявки, материалом для них становился фрагмент классики или современной прозы, вербатим.

– Насколько я знаю, Яна не стремится к тому, чтобы работа непременно заканчивалась показом спектакля.

– На прошлой лаборатории у нас был показ для зрителя. Выяснилось, что последние два дня и ночь тратятся на подготовку, на что уходит много сил и нервов. В этом году по понятным причинам пригласить публику оказалось бы невозможным. Поэтому все экспериментировали без ориентации на зрителя, что, безусловно, правильно, поскольку экономит время и дает возможность что-то подсказать друг другу. Да и вопросы, и советы самой Яны были бесценными.

– Какие авторы привлекли участников лаборатории?

– Самые разные. Лев Толстой и Максим Горький, Владимир Набоков и Андрей Платонов, Мустай Карим и Нодар Думбадзе, Вернер Херцог и Линор Горалик. Как ни странно, в результате все работы рассказывали о несчастливом, печальном детстве. Кроме одного отрывка из “Фантазеров” Николая Носова. Но Саша Григорьев из Рязани в итоге внедрил в рассказ воспоминания о собственном детстве – получилась история забавная и грустная одновременно.

Кроме того, прошли многочисленные тренинги, которые изобрела Яна, – по раз-витию внимания к разбору текста, поискам необходимых для него предметов и способам взаимодействия с ними без насилия над их свойствами. Принцип сродни тому, как ребенок разбирает игрушку, чтобы узнать, из чего она состоит. Что за свойства у конкретного текста? Что чувствует человек, когда его читает, что он слышит, что видит в этот момент? Что нас “торкает”, как говорили ребята, что раздражает, когда мы его читаем? Визуальный театр не нарушает законы психологического театра, они важны. Яна предлагает алгоритм: как смотреть на текст, на предмет. И обязательно в финале такого разбора вернуться к автору и “обнять” его.

Филипп Виноградов, ученик Дмитрия Крымова, выбрал “Детство” Толстого, и его не устраивала, как ему показалось, “приторность” Льва Николаевича. Предметный мир: пакет молока и килограмм сахара были необходимы Филиппу, чтобы показать эту приторность. Пластиковый стакан играл роль старинной фарфоровой чашки. Он намеренно “снижал”, упрощал текст, борясь с красивостью. Поскольку среди участников были, в основном, художники, они многое делали сами из бумаги, из подручных материалов. Один из эскизов, его придумала Вера Николаева по мотивам письма Оскара к Богу из популярной книги Э.-Э.Шмидта, строился на том, что мы располагались у зеркала и видели в нем актрису, сидящую за нашими спинами. Ее преображение достигалось с помощью света. Яна Тумина любит слово “трюк”. Собственно, под трюком она подразумевает результат того, что рождается из фантазии художника. Важно и то, что Тумина рассказывала не только о своих спектаклях. Она говорила о работе в театре “ДаНет” Бориса Понизовского, где познакомилась с Максимом Исаевым и Павлом Семченко, об опытах АХЕ. Яна – потрясающий педагог. Для нее принципиально, как личность режиссера-художника-актера взаимодействует с текстом. Небоязнь открыться перед аудиторией ей самой очень свойственна. Важный урок Яны: не бояться ошибок.

– Петербургская “Театральная Лаборатория Яны Туминой”, маленький коллектив, выпустивший легендарную “Комнату Герды”, спектакль, получивший “Золотую Маску”, гран-при фестиваля “Арлекин”, оказался вместе с другими негосударственными театрами в этом, особенно трудном году, без поддержки Комитета по культуре. Когда смотришь список отвергнутых, складывается впечатление, что чем больше востребован театр, чем интенсивнее он работает – тем хуже для него.

 – Особенно печально, что все произошло в тот момент, когда для театра Яны Туминой как раз нашлось помещение и команда надеялась обрести свой дом. Но не получив субсидии (арендодатель не мог больше ждать денег за аренду), пришлось вернуться к кочевому образу жизни.

– В то же время театры, имеющие помещения, не знают, сумеют ли найти средства на аренду, ведь спектакли пока играться не могут. К примеру, Karlsson Haus, на базе которого работала лаборатория Яны Туминой.

– Все так. Напомню, что параллельно с нашей лабораторией в Karlsson Hausе проходили занятия Лаборатории фигуративного театра. В этом году она оказалась особенно интересной. К счастью, театр начал выкладывать на сайт лекции образовательной программы, итоговые показы и часовые диалоги Анны Ивановой-Брашинской с педагогами прошлых лет.

– Во время изоляции СТД устраивал Zoom-конференции, мастер-классы. В июле состоялись две лаборатории офлайн.

– Лаборатория Яны Туминой возникла сразу после изоляции. Каждый участник пережил этот период по-своему. Кто-то был близок к депрессии, кто-то, наоборот, генерировал новые замыслы. Благодаря Яне произошел важный обмен идеями. В прошлом году на лаборатории Михаил Плутахин и Евгения Тарасова нашли друг друга и делают совместную работу. Уверен, что и нынешние уроки Яны Туминой найдут свое отражение в будущих спектаклях.

Беседовала Екатерина ДМИТРИЕВСКАЯ

«Экран и сцена»
№ 15 за 2020 год.

Print Friendly, PDF & Email