Ад: любовь

• Кадр из фильма “Антон тут рядом”“А кто сказал, что ада нет на земле?” – жестко спросит с экрана женщина-психиатр и взглянет так, что мороз пойдет по коже. В документальном фильме Любови Аркус “Антон тут рядом” дверцами в ад станут эпизоды в психиатрической больнице и психоневрологическом интернате. “Мы принимаем пациентов с восемнадцати лет”, – скажет врач. И добавит: “И… до конца”. Медики, сперва сдержанные – съемочная группа все-таки – потом сорвутся: “Одно дело зайти сюда на десять минут, и другое – пробыть двадцать лет!” Крошечная комната, где сгрудились пациенты на колясках и без колясок, пустые глаза, выключенные лица, медсестра, которая пожалуется, что больных много, а следить за ними вообще некому – да, это ад.
Антону Харитонову, аутисту, было суждено в какой-то момент своей жизни попасть в такое заведение и остаться там до конца: его отец оставил семью и снова женился, онкоболезнь его матери оказалась неизлечимой. Незадолго до того, как она узнала о своем диагнозе, сочинение Антона “Люди” попало в руки киноведа Любови Аркус, которая готовила проект – серию социальных роликов. Теперь фраза Аркус цитируется во всех рецензиях: “Я думала, что у меня проект, а оказался мальчик”.
“Люди бывают добрые, веселые, грустные, добрые, хорошие, благодарные, большие люди, маленькие. Гуляют, бегают, прыгают, говорят, смотрят, слушают. Смешливые, барные. Красные. Короткие”, – так начинается сочинение Антона. Заканчивается словами: “Люди конечные. Люди летают”. Он прочитает свой текст в конце фильма, когда мы уже немного привыкнем к его неотчетливой речи. И попытка пробиться к Антону, на момент начала работы над фильмом уже ничего не писавшему, сперва начнется через буквы: подросток будет рисовать их на речном песке, а волны – смывать. Любовь Аркус несколько раз на протяжении истории будет предлагать ему писать, а потом ей станет “в общем, все равно”, сочиняет он что-нибудь или нет. Антон будет любим – не за то, что он делает, а за то, что он просто есть.
Это не подвиг, но это работа души: любить непохожего на других человека, видеть в нем себя, помогать ему, устраивать его судьбу. Антон не уживется нигде – ни в лагере для аутистов на Онеге, ни в элитном интернате, ни в деревне “Светлана” для людей с особенностями развития, где сперва к нему отнеслись хорошо, но после отъезда работавшего с ним волонтера отказались оставить – уж очень непохож на остальных, не выполняет обязанности, все время убегает. Антон никуда не вписывался, нигде не был нужен: съемочная группа фильма “Антон тут рядом” поддерживала его и спасала.
У медсестер психоневрологического интерната действительно нет сил любить своих пациентов, стальной взгляд женщины-психиатра рожден долгими годами тяжелой и неблагодарной работы, помогавший группе адвокат, чья жена умерла, а у взрослого сына психиатрический диагноз, с глухим отчаянием признается: “Я не знаю, что с ним делать”. Сочувствие Антону может превратиться в желание осудить – всех, кто не смог или не захотел помочь мальчику, но тонкий фильм Аркус не о гневе, а о понимании и любви, и виноватых в нем нет. Будет, правда, человек, которого стоит осудить и чьи глаза равнодушно посмотрят с портрета и экрана телевизора, и будет фраза режиссера: “У меня претензии не к вам, а к нашему правительству!” – но за последние несколько лет все хорошо поняли, что помогать друг другу мы можем только самостоятельно. Мать Антона, последний год перед смертью жившая в доме режиссера (об этом в фильме упомянуто вскользь, но вряд ли это был простой год), случайно найдет сверток с письмами – и Любовь впервые увидит почерк отца; забота об умирающей обернется осознанием своих корней и своей судьбы.
У фильма есть хэппи-энд, если это выражение уместно по отношению к такой истории – после смерти матери Антон, которого съемочная группа выкрала из психиатрической больницы, год жил дома с круглосуточным волонтерским сопровождением, а потом его отец с женой забрали мальчика – в дом, который был куплен на пожертвования тех, кто принимал участие в судьбе Антона. Но причиной того, что подросток нашел семью, стал не дом, а отснятый Аркус материал. Жена отца плакала, глядя, как меняется выражение лица Антона: вот он, счастливый, в “Светлане”, вот смотрит на небо в лагере, а вот, погасший и отупевший, на больничной койке. Зарождению жалости и любви помогла камера. Камеру назовет Аркус главным героем фильма. И камера, которую держит Алишер Хамидходжаев, поможет нам поймать взгляд Антона – обычно аутисты никому не смотрят в глаза.
 
 
Жанна СЕРГЕЕВА
«Экран и сцена» № 20 за 2012 год.

Print Friendly, PDF & Email