Заводы, вставайте, шеренги смыкайте

“Завод”. Режиссер Юрий Быков.

Людям, которым в кроссворде попадется вопрос “Фильм Юрия Быкова” из пяти букв, теперь будет еще сложнее. К “Майору” и “Дураку” (сериал “Метод” не считаем) добавился “Завод” – еще одно доказательство того, что мир несправедлив, а люди – твари. Западная пресса уже назвала новую картину Быкова чересчур прямолинейной; впрочем, и предыдущие его фильмы обладали этим качеством, и следующие, скорее всего, будут им обладать. Свою идею о несовершенстве всего сущего режиссер доносит упорно, жестко и безапелляционно.

Главный герой “Завода” точно такой же. Кличка “Седой”, глаз поврежден, был в горячих точках, на завод каждое утро приходит пешком, игнорируя автобус. Собака сторожа к нему ластится, надеясь на еду; и хотя еды Седой ей не дает, все равно после сцены с животным кто-нибудь да подумает, что человек он хороший, звери к плохим не подходят.

В роли Седого Денис Шведов, снимавшийся у Быкова в “Майоре”. Там он играл майора Соболева, совестливого убийцу, которому не удалось перейти на сторону справедливости, поскольку путь к ней заслонили жадные нелюди-коллеги.

“Майора” сравнивали с азиатскими боевиками, причудливым образом смешанными с русскими провинциальными реалиями. И “Завод” тоже не избежал этих сравнений – реалии самые что ни на есть русские и провинциальные, главный герой – хладнокровный воин-виртуоз, для которого превыше всего честь, а в качестве основной экшн-сцены – перестрелка на пустом заводе, погруженном во тьму, где Седой один бьется против целой группы бойцов, защищая свою идею.

Идея эта проявится не сразу. Сперва Седой немного побудет Робин Гудом, заставляя богатого отдать деньги бедным. Олигарх Калугин (Андрей Смоляков) намеревается обанкротить один из своих заводов, производящий железобетонные изделия. В первых кадрах (уже после того, как мы видим, как к Седому относится собачка) завод просыпается – работницы завязывают косынки, работники надевают каски, строго улыбается старый мастер, ерничает хулиган, в поддон у станка сыплются металлические детали.

Параллельно обсуждается личная жизнь одного из рабочих, Терехова (Александр Бухаров): жена ушла от него к соседу, обладающему недюжинной мужской силой. И теперь бедный бывший муж не спит по ночам, потому что стены тонкие и ему все слышно.

Но довольно скоро плохо становится не только Терехову. Является хозяин и произносит короткую речь: до конца месяца все работают, затем завод закрывается, а денег нет, зарплата будет где-то через полгода. Рабочие кричат что-то гневное, но толку ли – перспектив нет, почти все заводы в округе уже закрыты, а на тех, что еще работают, вовсю идут сокращения.

В душевой Седой – крупный план спины со шрамами от пуль – коротко и уверенно вбрасывает в головы подавленных работяг идею: Калугин часто ездит вечерами по пустой дороге, только с водителем и охранником, если добыть два “Камаза”, дорогу можно перегородить, олигарха похитить и потребовать денег. Это называется разбой, и мирные работяги отказываются. Затем Быков разбрасывает перед зрителем весь горький ассортимент мужских бед, обид и обязанностей: долги, глухое одиночество, уходящая жизнь, больная мать, беременная жена, дети…

Переспав ночь со своей тоской и планом Седого, наутро шестеро разгневанных мужчин решают, что добыть “Камазы” проще простого. Дома у них оказывается оружие – у кого-то охотничья двустволка, а у кого-то и целый арсенал. “Последствия буйной молодости” – ухмыльнется хулиган по кличке “Рябой” (Дмитрий Куличков).

Юрия Быкова порой упрекают в том, что к финалу своих картин он понижает накал страстей, и в этом есть доля правды, но повышать этот накал в первой и второй трети фильма режиссер умеет замечательно. Сюжет раскручивается мощно и захватывающе. Похищение Калугина проходит с сучком и задоринкой, звучит ненужный выстрел, не санкционированный Седым, и тот понимает, что его партнеры не будут идеальной командой, но уже поздно.

Деньги на завод везет начальник охраны Калугина, Туман (Владислав Абашин), зовет туда своих подчиненных – и тут же, будто ярким и жирным маркером, проводится параллель между похитителями и спасателями олигарха. Когда Быков хочет что-то дать понять, он делает это так, что от информации не спрячешься. У Тумана тоже дома горе, больная раком жена, которой врачи дали от силы полгода, и маленький сын, не понимающий, что происходит с мамой.

Судьбы остальных сотрудников охраны так явно не прописаны, но у каждого есть что-то характерное – маленький рост, очки в тонкой оправе, привычка креститься и очень интересное прошлое. И клички, похожие на клички похитителей – там Седой и Рябой, здесь Седьмой и Веселый.

Симпатии все же остаются на стороне рабочих. Во-первых, они борются за свои права, во-вторых, представляют собой милый сердцу хрестоматийный набор с условным названием “Очень разные люди”, который используется обычно в не самых лучших фильмах про войну (нетрудно отгадать, кого первым убьют, а кто струсит), и в такого же уровня фильмах ужасов (тоже отгадать нетрудно).

В группе есть юноша, ухаживающий за больной матерью (Иван Янковский), есть гопник-хулиган, есть мещанин-семьянин (Андрей Харыбин), у которого беременны и жена, и старшая дочь, причем вторая неизвестно от кого, есть недавно брошенный муж Терехов, есть старый мастер (Сергей Сосновский), тоже брошенный своейсемьей уже давно. Имеется конфликт интересов – деньги нужны всем, а вот приключения – не всем.

Однако без приключений не обходится. Наметившееся противостояние рабочих и охраны Калугина неожиданно распадается, потому что к заводу приезжает неизвестно кем вызванный отряд СОБРа. Далее происходит много разных событий, которые Юрию Быкову даже пришлось разъяснять на пресс-конференции, так как первые зрители картины поняли не все (в тои числе и финал), и события эти, как и положено, проявляют характеры и самого Калугина, и его похитителей. Будет спор о том, хорошо ли мужчине быть уязвимым, а те, у кого есть любимые родственники, всегда уязвимы, и калугинская охрана на этом сыграет. Будет обида на Седого, который внезапно откажется от денег и затребует на завод телевизионную группу, чтобы Калугин признался на камеру в своих злодеяниях. Рассказал о деньгах, отнятых у несчастных людей, готовых тяжело трудиться за копейки, о лжи, благодаря которой стал богатым и известным, о конкурентах, закопанных в леске за рекой, о купленной прокуратуре, о ручном, прикормленном губернаторе.

Однако разоблачения неинтересны никому. Телегруппа отрабатывает профессионально, но без наслаждения скандальным материалом, поскольку хорошо знает, куда этот материал пойдет. Рабочие понимают, что их подставили, и денег, ради которых они пошли на преступление, скорее всего, не будет. “Что ж ты не сказал им, что это не разбой, а революция”, – укоризненно скажет Туман.

А сам Калугин, с интересом наблюдающий за действиями Седого, произнесет несколько монологов на тему естественного отбора – мол, у кого есть сила и мозги, у того и деньги, а кто глупый, пусть за копейки работает, и какой смысл держать на балансе не приносящий прибыли завод, – но произнесет не снисходительно, а уважая проигрыш своего врага.

У Седого не получается революции, да и слишком странная она была, чтобы получиться, однако его слова о несправедливости не пропадают даром. Как искра от горящего сердца Данко, задевают они человека, который уже давно думает о несправедливости жизни, но в глобальном смысле: для чего мы живем и зачем умираем. История с похищением и бессмысленной гибелью нескольких человек заставляет Тумана задуматься о более приземленных, но не менее печальных вещах: как мы живем и почему именно так.

Во что выльются эти мысли и звучит ли в дальних далях музыка революции, Быков не говорит, но безысходности в “Заводе” меньше, чем в “Майоре” или “Дураке”. Фильм закольцован, эстафета передана, и теперь Туман уходит с завода пешком, игнорируя автомобиль, а за ним в надежде бежит несытая собака, но угостить ее ему тоже нечем.

Жанна СЕРГЕЕВА

«Экран и сцена»
№ 3 за 2019 год.

Print Friendly, PDF & Email