Новая подлинность

Фото С.БОТЕВОЙНекоторая теснота в прихожей квартиры по адресу набережная Мойки, 40 только усиливает твое ощущение гостя. А когда снимаешь уличную обувь и ступни погружаются в домашние тапки, то как-то совсем забываешь, что происходящее связано с театром, и начинается самое интересное. В зрителе-госте рождаются воспоминания об игре. Не театральной и не детской, а где-то между. В этом состоянии “между” время пролетает незаметно.

Казалось бы, такая незамысловатая затея, как посиделки в питерской коммуналке, вобрала в себя целый спектр театральных идей: и Антонена Арто, и Николая Евреинова, и Ежи Гротовского, и Джона Кейджа, и теоретика перформанса Ричарда Шехнера. Как говорит Борис Павлович, создатель действа “Разговоры” с участием профессиональных актеров и актеров с расстройством аутистического спектра: “Мы вдохновлены разным театром”. “Квартиру” можно отнести как к “преобразованным”, так и к “найденным” пространствам. Зритель-соучастник может переходить из одной комнаты в другую, посидеть в кухне, почитать, полежать. Он сам определяет степень своей вовлеченности и готовности к коммуникации.

Этот линейный театр лишен иерархии составляющих его элементов: предметный мир, вид из окна, температура в помещении и актер, создающий разные уровни взаимодействия с пространством, равнозначимы. Так же как профессиональный актер и человек с особенностями. Последнее не скрывается и не акцентируется, а транслирует естественность ситуации. Основа “Разговоров” – диалоги поэтов Даниила Хармса, Николая Заболоцкого, Александра Введенского, Николая Олейникова, записанные Леонидом Липавским. Истории возникают из вещественного мира вокруг, а музыка спектакля рождается не только благодаря игре на пианино, аккордеоне или флейте, но и из скрипа стульев, потрескивания дров в печи, легкого звона посуды в кухне. Кому-то для вхождения в игровое пространство необходимо общение с актерами, кому-то с особыми людьми, а кто-то умеет выстраивать отношения с местом. Есть возможность менять объекты взаимодействия – как находясь в пределах одной комнаты, так и чередуя локации.

Уже в 70-е годы Ричардом Шехнером был осмыслен театральный потенциал “пространства окружающей жизни”, эта идея имеет как теоретические, так и практические, лабораторные возможности развития. Например, в комнате с несколькими неяркими источниками освещения по произвольной траектории бродят люди с разнокалиберными рамками для фотографий. Приняв их приглашение, зритель может раскадрировать пространство помещения или войти в один из кадров. Играя с фокусом, укрупняя предметы или увеличивая дистанцию, мы не замечаем, что попадающие в рамку улыбающиеся или строгие лица, самолетик под потолком или велосипедное колесо лишаются иерархии. А если подойти с рамкой и уже освоенной оптикой к окну, в кадре может задышать тяжелое питерское небо, двор, окна, деревья, случайные прохожие. Четыре скрепленные деревянные рейки дарят возможность увидеть себя в другом, в неживом, в мироздании.

Находясь в питерской квартире, превращенной в пространство театральное, невольно вспоминаешь мистификатора Бориса Понизовского, некогда творившего театральные миры в коммуналках и сквотах. Ассоциация связана не столько даже с идей места, сколько с идеей раскрытия творческой природы самого пространства, предмета и, конечно, личности. С идеей самовыражения через игру, творения театра из ничего и из всего.

Знаменательно, что и Борис Понизовский, и Борис Павлович обращаются к текстам обэриутов. При этом проект Павловича абсолютно авторский: созданный артелью художников во главе с Катериной Андреевой предметный мир, строго определенное количество участников, объединение профессиональных актеров, зрителей и артистов с РАС – осмысление и театрализация повседневного ритуала. Очень сложно сопротивляться детскому любопытству, заставляющему дрейфовать от одного уютного уголка к другому. Где-то быть просто наблюдателем, а где-то с азартом включаться в процесс. Внимательно смотришь, как девушка Маша (Мария Жмурова) крутит диск телефона, “решает вопросы” то с ЖЭУ, то с полицией, а то и напрямую с президентом. Важно, что девушка с РАС не удивляется самой абсурдной просьбе, для нее не существует абсурдных пожеланий. Факт ее готовности немедленно выполнить просьбу создает ситуацию сотворчества, понимания, общей радости.

Невозможность жесткой структуры действа связана как с индивидуальностями актеров, так и с позицией Бориса Павловича, улавливающего запрос на новую подлинность.

Проект “Квартира” создан фондом поддержки арт-инноваций “Альма Матер” в партнерстве с Центром абилитации взрослых людей с РАС “Антон тут рядом”.

Ольга КОВЛАКОВА
  • Фото С.БОТЕВОЙ
«Экран и сцена»
№ 1 за 2018 год.
Print Friendly, PDF & Email