Авангард в движении

 • Сцена из спектакля “Второе видение”. Фото предоставлено Школой-студией МХАТ“Start Up”
20 октября в рамках проекта СТД РФ “Start Up” состоялась премьера спектакля “Второе видение” в исполнении студентов-третьекурсников Школы-студии МХАТ. Курс Дмитрия Брусникина оживил картины художников-авангардистов Натальи Гончаровой и Михаила Ларионова и рассказал о турбулентном начале XX века в искусстве.
Симбиоз музея и театра известен в форме спектаклей в музейном пространстве (вспомним, например, театр “КомедиантЪ”, играющий в музее Булгакова). Музей, однако, гораздо реже оказывается гостем театрального пространства. И вот в Боярских палатах СТД очаровательный экскурсовод в исполнении Василия Михайлова, одергивая потертый пиджачок, приглашает зрителей посмотреть картины авангардистов. Он должен, казалось бы, насупив брови, объяснить зрителю пресловутое “что хотел сказать автор”, но вдруг смущенно признается, что эти картины просто “торкают его на уровне генофонда”.
Нелепый экскурсовод без напыщенности говорит о футуризме, примитивизме и прочих “измах” начала прошлого столетия, которые, по его же словам, многие сейчас считают “дегенеративным искусством”. Разговор получается серьезным, но и озорным и очень остроумным – высококачественное творческое хулиганство. Как Вергилий по кругам ада, экскурсовод ведет зрителей по подвалам Боярских палат, где оживают ангелы и летчики с картин Гончаровой, где разыгрывается в новой форме сюжет о сотворении мира, а огромный деревянный крест превращается в аэроплан. Теме религии посвящена первая часть спектакля.
Вторая часть – светская. Здесь пускаются в пляс кокаинисты, цирюльник причесывает уши Маяковскому, а деревянные щетки звучат в руках рабочих звонче кастаньет. Все эти сценки – прекрасные примеры пластического искусства, придуманные актером Максимом Диденко, основателем “Русской школы пластического театра”, и педагогом Юрием Квятковским, создателем “Копов в огне”. Точные сценографические решения для спектакля предложила художник Галя Солодовникова; опираясь на примитивистское искусство, она использует простые цвета, лаконичные декорации и натуральные материалы (дерево, грубые ткани, земля).
Минута молчания в финале спектакля “в память о старом” – это апелляция к самим себе, к искусству сегодняшнего дня, призыв не черстветь. И одновременно – очередная шалость режиссеров, которые предлагают посмотреть на искусство начала XX века не из-за горы искусствоведческой литературы, а открывшись ассоциативному восприятию авангарда – по сути своей очень эмоционального искусства.

Екатерина АНОХИНА
«Экран и сцена» № 20 за 2013 год.

Print Friendly, PDF & Email