В эпицентре социального внимания

Лариса БАРЫКИНАПеред началом нового сезона мы, как всегда, просим критиков ответить на нашу анкету:

1. Как вам видится прошлый сезон в целом?

2. Какие фестивали, спектакли, выставки, актерские и режиссерские работы вы считаете удачами сезона?

3. Какие книги и статьи о театре, изданные в последнее время, кажутся вам событийными?

Лариса БАРЫКИНА

1-2. Прошедший театральный сезон запомнится не только и не столько художественными событиями, сколько конфликтной атмосферой вокруг и около. Творцы попадали в центр бурлящих социокультурных ситуаций благодаря своим острым высказываниям (речь Константина Райкина на съезде СТД), как мишень для нападок очередной армии “оскорбленных” (Алексей Учитель и еще не выпущенный на экраны фильм “Матильда”). Дело “Седьмой студии” и Гоголь-центра, сгустившиеся тучи над Кириллом Серебренниковым не дали спокойно отнестись к переносу премьеры балета “Нуреев” в Большом театре. Похоже, теперь любая подобная история будет порождать раскол непримиримых суждений, шлейф конспирологических версий и уводить далеко от собственно феномена театра и рефлексии по поводу художественного процесса. Можно вроде бы порадоваться тому, что из всех искусств именно театр постоянно оказывается в эпицентре социального внимания, но сам уровень общественных дискуссий вокруг него энтузиазма не вызывает.

Главной художественной тенденцией театра последних лет стали слом, размывание привычных жанровых рамок и чистых форм, тяготение к новому синтезу театральных компонентов. В этом сезоне эта тенденция нашла и свое подтверждение, и свое развитие. Вообще, поиски театром новой идентичности и нового языка идут давно и по всем фронтам (вербатим, театр док, иммерсивность, перформативность и т.д.). Но вот заглянуть к соседям в музыкальный театр и попытаться понять силу его воздействия – догадались совсем недавно. Я бы назвала музыкализацией драмы то, что начинал когда-то Владимир Панков своей саундрамой, а сейчас, конечно, по-иному, осуществляет композитор Александр Маноцков с чуткими к звуку и художественному времени режиссерами (речь прежде всего о “Грозе” Андрея Могучего в БДТ).

Опера в течение сезона радовала, но не часто, больших откровений на отечественных сценах, пожалуй, не произошло. Одной из примет сезона можно назвать возвращение в театральный обиход оперных партитур композитора Мечислава Вайнберга (“Пассажирка” в Екатеринбурге и в “Новой опере”, “Идиот” в Мариинском театре). А вот под занавес случились две громкие премьеры с участием российских творческих сил: “Кармен” Дмитрия Чернякова на фестивале в Экс-ан-Провансе (дождемся ли мы возвращения режиссера номер один на отечественные подмостки, вопрос риторический) и “Милосердие Тита” Моцарта в постановке Курентзиса–Селларса и при участии пермских оркестра и хора MusicAeterna в Зальцбурге. Кстати, абсолютно новые ощущения полной причастности к происходящему дарят прямые трансляции, осуществляемые ведущими западноевропейскими каналами культуры: Arte и Medici.

Новых балетных спектаклей было, пожалуй, больше, чем в прежние годы. А генеральной идеей большинства заметных премьер стала удивительно дружная рефлексия постановщиков по поводу балета как такового. Хореографы осмысляли свой любимый жанр в формальном и сюжетном ключе, в качестве источника традиций и как повод к развитию языка. “Снежная королева” в Екатеринбурге и пермский “Поцелуй феи” Вячеслава Самодурова, “Золушка” и “Жар-птица” в Перми Алексея Мирошниченко, еще одна “Снежная королева” молодого постановщика из Петербурга Петра Базарона, и даже впервые осуществленные на сцене Большого театра “Этюды” Харальда Ландера – это все “балеты о балете”.

Фестивальное движение в России оборотов не сбавляет, но редко какому фестивалю удается претерпеть такую явную эволюцию, как Дягилевскому. Благодаря своим смелым бескомпромиссным программам Пермь стала точкой притяжения не только для российских театралов и меломанов, на Урал за настоящим искусством теперь летят и европейские паломники.

Как фестивалю, аккумулирующему все тренды и главные события, “Золотой Маске” по-прежнему нет равных. Тем не менее, в начале сезона состоялись два мероприятия, возникшие в каком-то смысле как альтернатива (или, скорее, дополнение) Национальной премии. Осенью в Москве прошел фестиваль “Видеть музыку”, инициированный Ассоциацией музыкальных театров, и в столицу привезли немало региональных спектаклей, не попавших в масочную афишу. “Нет конкурсу” и “театры решают сами, что показать в Москве” – два принципиальных тезиса масштабного фестиваля, который обещает быть регулярным. Российская оперная премия “Онегин” зародилась в Петербурге (вдохновитель – певец с мировой известностью Сергей Лейферкус), главной задачей конкурса здесь считают поощрение не авторов спектаклей, а прежде всего артистов, как мастеров, так и молодых.

3. Назову замечательную книгу Инны Скляревской “Тальони. Феномен и миф”, выпущенную недавно издательством “НЛО”.

 

Владимир СПЕШКОВ

1. “Нам нужен цивилизованный театр, а не порнография!”. Такую реплику произносит король в спектакле “Мольер” Театра анимации из польской Познани (режиссер Невилл Трантер), увиденном осенью на Образцовском фестивале. Минувший сезон продемонстрировал, что представления наших отечественных “королей” и служителей Мельпомены о “цивилизованном театре” (и о “порнографии” тоже) все более не совпадают. Так что сезон получился нервным и тревожным. В начале его говорили все больше о цензуре (внешней и внутренней), в конце – о тюрьме и воле, “театральных” обысках и посадках. Грустно все это. Но хороших спектаклей, фестивалей и лабораторий все равно было много. Наверное, вопреки.

2. Самые сильные и чистые театральные впечатления сезона у меня случились далеко от столиц. Дважды, весной и летом, я побывал в Молодежной студии-театре “Доминанта” маленького города Губаха Пермского края. Их спектакль “Стояние Зои” по пьесе Александра Игнашова о том, что “человек должен верить или искать веры” (чеховские слова), серьезен, глубок, искренен, очень достоверен по атмосфере. А “Прогулки по набережной. Катерина” по “Грозе” А.Н.Островского, сыг-ранные под проливным дождем на берегу Широковского водохранилища (ни один зритель не ушел!), вернули тексту классической пьесы какую-то первозданную свежесть и силу, как будто очистили его и потоками ливня, и самоотдачей актеров, собравшихся на этот проект не только из Губахи, но и из Перми, Москвы, Риги. Оба спектакля поставила создательница и худрук “Доминанты” Любовь Зайцева.

Показались интересными “Дни нашей жизни” по Леониду Андрееву режиссера Олега Рыбкина в Красноярской драме (у этого театра вообще был очень насыщенный сезон), “Калигула” Бориса Мильграма в пермском Театре-Театре с грандиозной актерской работой Альберта Макарова в роли Калигулы и замечательной Евгенией Барашковой-Цезонией, “Женитьба” режиссера и сценографа Алексея Вотякова в Магнитогорской драме, очередная феерия Романа Феодори и Даниила Ахмедова – “Майская ночь” в Саратовском ТЮЗе, “Тартюф” Искандэра Сакаева в Челябинском молодежном театре, “Мелкий бес” режиссера Александра Янушкевича и сценографа Татьяны Нерсисян в Красноярском театре кукол с виртуозной актерской работой Бориса Смелянца в роли главного героя Ардальона Передонова.

Запомнились и содержательные фестивали театров кукол в Екатеринбурге (“Петрушка Великий”), Челябинске (“Соломенный жаворонок”) и Кургане (“Мечта о полете”). И две тюзовские театральные лаборатории: “Молодая режиссура” в самарском “СамАрте”, представившая очень перспективных выпускников мастерской Вениамина Фильштинского (Андрей Гончаров, Николай Русский, Ярослав Рахманин, Михаил Лебедев), и “Четвертая высота” в Саратовском ТЮЗе, где режиссеры молодые, но уже не дебютанты (Талгат Баталов, Илья Ротенберг, Александр Созонов), с помощью современных драматургов (Марина Крапивина, Ирина Васьковская, Анастасия Колесникова) погружались в историю театра, все эскизы были посвящены грядущему столетию Саратовского ТЮЗа имени Ю.П.Киселева.

3. В конце прошлого года “Петербургский театральный журнал” издал сборник “Без цензуры: молодая театральная режиссура XXI века”. 30 режиссерских портретов: от Миндаугаса Карбаускиса до Дениса Бокурадзе. При всей широте охвата портрет поколения (нескольких поколений) кажется написанным несколько торопливо и неполно (и тексты уж слишком разного качества), но намерения благородны, и ни один исследователь российского театра начала нашего века этот сборник уже не минует.Чистые радость и восторг, настоящий полиграфический шедевр – книга “Театр Сергея Бархина” (издательство “Близнецы”). И, конечно, всех поклонников театра кукол порадовало русское издание “Истории марионеток в Европе с древнейших времен до наших дней” Шарля Маньена, выпущенное международным театральным агентством “Play&Play”.

«Экран и сцена»
№ 16 за 2017 год.
Print Friendly, PDF & Email