Страдания молодого Чацкого

• Сцена из спектакля “Горе от ума”. Фото О.ГЛУХОВОЙВ Национальном театре Удмуртии поставили «Горе от ума».
 
Хрестоматийные спектакли по произведениям русской классики для школьников в Национальном театре Удмуртии не редкость: в репертуаре есть и «Недоросль», и «Капитанская дочка», и «Ревизор». Новый спектакль «Горе от ума», к счастью, выпадает из общего ряда формальных иллюстраций.
Ставить «Горе от ума» в Ижевске пригласили режиссера Сергея Яшина, 15 лет руководившего Театром имени Гоголя в Москве.
Сергей Яшин выдвинул на первый план любовь Чацкого к Софье, при этом не ослабив социальную проблематику пьесы: в спектакле имеется и сцена бала как сатира на московское дворянство, и изобличительные монологи Чацкого, отчасти обращенные в зрительный зал, и Репетилов с его фальшивыми убеждениями.
Сценограф Надежда Яшина воссоздала на подмостках белую гостиную дворянского дома с цилиндрической печью, множеством дверей и напольными часами. Все декорации на колесах, они легко скользят по сцене, превращая ее из гостиной то в парадные сени, то в бальную комнату.
Действие не знает статики. На сцене постоянно что-то двигается: вальсируют со стульями слуги-истопники, они же оживляют сон Софьи, изображая неведомых зверей, или шумно въезжают прямо в гостиную на карете Чацкого. Рассказывая о «подвиге» Максима Петровича, Фамусов (Кадим Галиханов) огибает хаотично расставленные стулья и в прямом и переносном смысле загоняет Чацкого в угол. Тот оправляется от возмущения и спешит ответить таким же образом, только теперь отступает Фамусов. Так выглядит борьба старого с новым.
Режиссер смело визуализирует метафоры грибоедовского текста. Ползущий слух о сума-сшествии главного героя воплощен в массовой сцене, где в полутьме все гости идут змейкой и шепчут: «Чац-кий, Чац-кий». А он в это время сидит на люстре, то есть находится выше толпы. В одной из финальных сцен разочарованный Чацкий бежит впереди, только не паровоза, а кареты, и тащит за собой тяжелый воз несбывшихся надежд.
Первое же появление на сцене главного героя (Максим Григорьев) определяет дальнейший характер его игры – живой и резкий. В Чацком нет чопорности, а его светские манеры сочетаются с хулиганством: то с вопросом «А судьи кто?» он запрыгивает на софу, откуда только что встал неповоротливый Скалозуб, то сидит прямо на полу, то седлает буфетчика Петрушу и размахивает воображаемой саблей… Чацкий – мальчишка, максималист, который меньше всего заслуживает упреков в излишней злости и болтливости.
Он вырывается из исторического контекста и становится героем вне времени. Сам Сергей Яшин в интервью одной из ижевских газет актуальность Чацкого обозначал так: «Из-за жажды денег, заполонившей страну, таких людей стало гораздо меньше, но они есть, а значит, Чацкий на сцене — персонаж не выдуманный, а живой».
Софья (Марина Самсонова), из-за которой страдает главный герой, предельно искренна в проявлении своих чувств. Как только появляется Чацкий, она начинает метаться по сцене, волнуется, суетится, иногда голос ее дрожит. И, кажется, растроганная неожиданным приездом старого друга, Софья готова простить ему три года разлуки – она счастливо улыбается, доверчиво опускает голову на плечо Чацкому. Но меняется в лице и вспыхивает, когда колкости Чацкого летят в сторону ее возлюбленного.
Между тем Молчалин (Сергей Наговицын) выведен комично. Его игра напоминает фарс с классическими для этого жанра ужимками, падениями, заиканиями.
Лиза (Наталия Алексеева) откровенно дурачится и похожа больше на мальчика в юбке, слегка сутула, с резкой походкой. В то же время она женственна и нежна и в мужской компании, среди слуг, заслуживает звания королевы. Эта компания находится на сцене большую часть спектакля, придавая действию динамизм. Если для молодых актеров (главные роли исполняют выпускники Театрального института имени М.С.Щепкина прошлого года) появляется риск недоиграть, их вчерашние сокурсники становятся своеобразной страховкой. Иногда полезно перевести взгляд с первого плана и заметить, как увлеченно истопник проверяет остроту шпаги Скалозуба, поднося ее к щеке.
«Горе от ума» на сцене Национального театра – это история о чистой неразделенной любви наивного юноши – умного и благородного, но недостаточно опытного и прозорливого для самого важного в его возрасте – умения разбираться в женщинах и их сердечных тайнах.

Алена КАБАНОВА
«Экран и сцена» № 4 за 2014 год.
Print Friendly, PDF & Email