Чебурашка эмигрировал

Чебурашка среди зрителей. Фото С.ХОХРЯКОВОЙЗавершился 28-ой Токийский международный кинофестиваль, один из крупнейших в Азии. Год назад там две награды получила российская картина “Испытание” Александра Котта. На этот раз наших фильмов не было ни в одной из программ.

За пару недель до Токийского проходил еще один крупный азиатский кинофестиваль в южнокорейском Бусане (у нас его по-прежнему называют Пусанским, хотя и город, и фестиваль давно сменили имя). И там впервые за долгое время не было российских фильмов. Хотя его организаторы надеялись на показ “Инсайта” опять-таки Александра Котта, снятого после “Испытания”, но из-за каких-то формальностей так и не удалось это осуществить. Не стоит все списывать на издержки политической ситуации, хотя они тоже сказываются. Трудности следовало бы поискать в особенностях собственной кинополитики.

Россию в Азии и конкретно в Токио представлял наш Чебурашка, с недавних пор обосновавшийся в Японии. По собственному усмотрению мы распоряжаться им давно не можем.

Фигурантом каких только контрактов не был наш славный герой. В токийской программе “Панорама” участвовала 18-минутная анимационная лента “Чебурашка идет в зоопарк” японского режиссера Макото Накамуры. Все знакомые нам с детства герои выглядят точно так, как и прежде, но разговаривают по-японски. Чебурашка вместо “спасибо” говорит “аригато”.

Не было на этот раз засилья сумочек из Чебурашки, канцтоваров с его изображением, как это было на фестивале еще в 2010 году, когда его литературный “папа” Эдуард Успенский посетил Токийский фестиваль и прошел со своим героем гигантских размеров по звездной дорожке.

Новый мультфильм – копия советских картин Романа Качанова. Сценаристами японской версии стали писатель Эдуард Успенский и нынешний худрук “Союзмультфильма”, режиссер Михаил Алдашин. При всей своей любви к монстрам, в Токио с необыкновенной нежностью относятся и к нашему Чебурашке. Наверное, потому, что он странный и не поймешь, какого рода и племени.

В один из выходных дней, пока шел фестиваль, Чебурашка появился в самом центре Токио во время парада героев и участников фестиваля. Он неожиданно вынырнул между зрителями, попозировал перед камерами со своим новым японским папой, режиссером Макото Накамурой, помахал всем ручкой и растворился в толпе. Ощущение такое же, как во время прощание с улетающим в небо олимпийским мишкой, когда люди плакали на стадионе и перед телевизорами, расставаясь навсегда с тем, кто стал частью их жизни.

В Токио, кроме автора этих строк, и плакать было некому. Ни одного россиянина рядом не оказалось. А наш эмигрант Чебурашка, возможно, обрел более счастливую жизнь, где им никто не будет торговать.

 

Открывался фестиваль парадом азиатских звезд и голливудской “Прогулкой” Роберта Земекиса. Автор легендарного “Форреста Гампа” представлял свой новый фильм о французском канатоходце Филиппе Пети, который прошел по проволоке между небоскребами Нью-Йорка. Земекис приехал с женой и стал едва ли не главным козырем звездной дорожки.

Компанию Земекису составила британская актриса Хелен Миррен, представлявшая “Женщину в золотом” (правда, сама она вышла в белом платье, расшитом ветками цветущей сакуры) и Хилари Суонк. Голливудская звезда тоже появилась в белом шелковом платье, эффектно украшенном сиреневыми цветами. Она редко теперь выбирается на публичные мероприятия, поскольку старается как можно чаще бывать с больным отцом. И в Токио приехала буквально на пару дней, чтобы представить фильм “Ты – не ты”, рассказывающий о больной пианистке.

Жюри главного конкурса возглавлял американский режиссер Брайан Сингер, более всего известный нашей публике по блокбастерам “Люди Икс” и “Возвращение супермена”. Под его началом работали не менее значимые мастера, создающие киноискусство, в том изначальном смысле, который мы все вкладываем в это понятие. Это датский режиссер, лауреат “Оскара” (фильм “Месть») Сюзанна Бир, норвежский режиссер Бент Хамер («Кухонные байки” и “Яйца»), французский режиссер вьетнамского происхождения Чан Ань Хунг, покоривший публику картинами “Норвежский лес” и “Аромат зеленой папайи”, японский писатель и режиссер Казуки Омори и независимый продюсер из Гонконга Нансун Ши, работавшая со многими известными режиссерами, в частности c Цуем Харком.

Гран-при жюри присудило бразильской картине “Низе – сердце безумия” Роберта Берлинера. Режиссер-документалист снял уже вторую игровую картину. На главную роль пригласил звезду бразильских сериалов Глорию Пирес, которая не растратила свой талант в мыльной опере и показала себя актрисой с большим драматическим потенциалом. Ее Низе – психиатр-новатор и просто смелая женщина, способная на сочувствие и любовь к многострадальным пациентам. Все они – душевнобольные, страдающие шизофренией люди, лишенные любви близких, зачастую преданные ими.

Картина основана на реальных событиях. Происходят они в Бразилии в 1944 году. Низе буквально на наших глазах испытывает новую методику, так мало напоминающую зверский подход к лечению душевнобольных, который практикуют ее коллеги. Никакого электрошока, только внимание к пациенту, выявление его потенциала. Любовь и милосердие способны творить чудеса. Своих подопечных Низе пристрастила к живописи, лепке, и результат превзошел все ожидания. И вот уже работы новоиспеченных художников представляет на выставке модный критик. Напоминают они картины импрессионистов.

В реальной жизни существовала бразильский врач Низе де Сильвейра – она и стала прототипом главной героини. В 40-е годы XX века эта передовая женщина каждодневно совершала маленький подвиг. В самом конце картины мы увидим ее на экране, уже немолодую, которая не хочет предаваться воспоминаниям. Появятся в кадре и ее одаренные пациенты.

Искусство людей с психическими расстройствами граничит с гениальностью. В СССР тоже был такой уникальный художник Александр Лобанов, рисовавший картины в духе милитари. Собственно он и лишился разума на почве “холодной войны”. Его работы представлены в Ар Брют музее в Лозанне.Кадр из фильма “Холод Каландара”

Роберт Берлинер отдал работе над фильмом “Низе – сердце безумия” тринадцать лет и был вознагражден в Токио. Еще одну награду его картина принесла Глории Перес. Она удостоена приза за лучшую женскую роль. Компанию ей в аналогичной мужской номинации составил дуэт Ролана Моллера и Луи Хофмана в “Стране мин” Мартина Зандвлиета (Дания/ Германия), основанной на реальных событиях конца Второй мировой войны.

Спецприз жюри присудило автобиографической картине французского режиссера с иранскими корнями Кейрона – “Трое из нас”. Он – дебютант и рассказал историю своей большой семьи, родителей, приехавших когда-то во Францию из иранского городка. То, как они адаптировались в новой жизни, показал с юмором. От себя уйти невозможно, и эти люди живут тем, что происходит на их родине.

Кейрон получил хорошее образование во Франции, работал как учитель и актер, ставил спектакли. Театральный опыт чувствуется в его кинематографической манере и не вредит ей.

 

Турецкая картина “Холод Каландара” Мустафы Кары получила приз за лучшую режиссерскую работу, а также награду телеканала Wowow, которая присуждается жюри из представителей разных некинематографических профессий. В прошлом году эту награду увезло “Испытание” Александра Котта.

Мустафа прежде снимал документальное кино, и умение наблюдать за жизнью чувствуется в каждом кадре его игровой картины. “Холод Каландара” рассказывает о том, что связывает человека и природу, как человек осознает себя в тесном контакте с домашними животными, прислушивается к тишине.

Семья героя фильма Мехмета живет рядом с Черным морем в горной деревушке. Блага цивилизации где-то далеко. Людям ежедневно приходится испытывать на себе множество проблем – отсутствие электричества и водоснабжения. Пейзажи великолепны, от них захватывает дух, и сама жизнь героев совсем не приземленная, скорее одухотворенная, накрепко связанная с самим духом земли.

Приз зрителей достался итальянской комедии “Если бог даст” Эдоардо Фальконе. Это история семьи, где есть успешный отец, страдающая от отсутствия внимания мать, взрослые дети в состоянии вечного непокоя. Самое смешное здесь то, как родители, перепуганные тем, что их сын увлечен не девушками, а парнем, узнают, что на самом деле у их чада совсем другая всеобъемлющая любовь – к Иисусу.

В конкурсе участвовала картина “Роукли” самобытного эстонского режиссера Вейко Ыунпуу. В 2009 году его “Осенний бал” получил российскую кинопремию “Ника”. Название новой картины оказалось непереводимым. Пришлось даже обратиться к помощи друзей, живущих в Эстонии. Выяснилось, что Роукли – название небольшого селения.

Может быть, Вейко и не закладывал ничего чеховского в свой фильм, но метания интеллигенции и разговоры о том, что пропала жизнь, здесь чувствуются. При этом в одном из диалогов возникнет имя Льва Толстого. Как и чеховские персонажи, герои Ыунпуу ничего не делают. Хотя очень живописны кадры сбора неспелой вишни. Но трудом это, конечно, не назовешь. А где-то рядом раздаются странные звуки, напоминающие эхо войны. Ничего определенного не сказано, а потому можно трактовать, как хочешь. Но страхи прибалтийских стран на этот счет – не выдумка.

В главной роли снялся сорокалетний Юхан Ульфсак – сын популярного эстонского актера Лембита Ульфсака, который и теперь в отличной форме. Кстати, фильм “Мандарины” Зазы Урушадзе с участием старшего Ульфсака чем-то напоминает “Роукли” – вероятно, своим предчувствием, а вернее присутствием близкой войны.

С прошлого года у Токийского фестиваля появилась уникальная традиция – вручение премии “Самурай”. И если год назад награждение проходило на 49 этаже обычного небоскреба, где располагается фестивальный центр, то теперь действо перенесли в главный театр страны Кабуки.

“Самурая” присваивают за достижение высот в кинематографе. Выбор пал на 69-летнего китайско-американского режиссера Джона Ву и 84-летнего японского классика Ёдзи Ямаду. У последнего – целая самурайская трилогия, и первая ее часть, “Сумеречный самурай”, известна российской публике.

Джон Ву – режиссер фильмов “Наемный убийца”, “Миссия невыполнима-2”, “Без лица”. Их жестокие сцены сродни балетным.

Кабуки – почти режимное предприятие. Прежде чем войти в него, всех выстраивают часа за два до начала мероприятия, присваивают порядковый номер. Надо пройти небольшой инструктаж уже в зрительном зале. Церемония расписана до мелочей. Запланировано начало в 17. 02 – так и будет.

Вот сотрудники фестиваля изображают Ямаду и Ву. Их перемещения по сцене наглядно разъясняются на японском и английском языках. То, что для нас странно, для японцев – в порядке вещей.

Собравшимся в тот вечер гостям и участникам фестиваля показали 15-минутный фрагмент спектакля Кабуки “Горо во время дождя” (это имя одного из братьев драматического повествования). На сцену в тот вечер выходил актер Катаока Айносуке VI, знакомый нам по фильму “Красота” Тосио Гото. В 2010 году он участвовал в конкурсе Московского Международного кинофестиваля. И кстати, герои того фильма становились звездами Кабуки.

Те, кто впервые оказался в этом театре, были поражены. С каким удивленным лицом появился в антракте французский актер Грегуар Колен! Звезда фильмов Клэр Дени и Наоми Кавасе, он сыграл главную роль в картине “Полный контакт” голландского режиссера Дэвида Вербеека. Его герой Иван сбрасывает бомбы с самолета, убивает людей, живущих в чужой для него стране. Он не знает, что такое любовь. А потом окажется среди тех, кого истреблял.

В основном конкурсе участвовали две японские картины. “Незабываемый” Ёсихиро Накамуры рассказывает о том, как в сознании современного японца живет страх и преклонение перед монстрами. Ребенок слышит странные звуки в комнате матери, заглядывает в нее, а там – пустота. А потом из темноты возникают контуры чудовища. Девушка слышит шорохи под кроватью, пытается выяснить, кто в этом доме жил до нее. Выясняется, что странные звуки довели до суицида молодого парня, который является теперь по ночам хозяйке квартиры. Он не единственный самоубийца.

Другая обитательница дома тоже рассталась с жизнью. Пока она висела в петле, ее кимоно, касавшееся пола, издавало странные звуки. Они-то и сводили с ума соседей. Казалось бы, детское кино, страшилка для пионерлагеря. А зрители закрывают ладонями глаза от страха. Нам не понять. Для этого надо родиться японцем.

“Фуджита” режиссера Кохэя Огури – о знаменитом японском художнике Цугухару Фуджита. Жил он в Париже в 20-е годы прошлого века, дружил с Пикассо и Модильяни, имел успех у женщин – казался им очень экзотичным с его трогательной челочкой и круглыми очками. После Второй мировой войны вернулся на родину, жил в маленьком городке с новой, японской, женой. Прежняя жизнь стала далеким воспоминанием.

Кохэя Огури когда-то получил награду 12-го Московского Международного кинофестиваля за фильм “Мутная река”. В Токио его картину “Фуджита” ждали, попасть на показы было невозможно. Как уж ее оценили на родине, сложно сказать, но показалась она излишне театральной, лишенной живого чувства.

Зато в фокусе фестиваля оказалось сверхживое филиппинское кино, и главный его представитель – режиссер Брийанте Мендоса. Он приехал, чтобы лично представить ретроспективу из пяти картин: “Воспитанник” (2007), “Сербис” (2008), “Лола” (2009), “Чрево” (2012), “Ловушка” (2015). Программу назвали “Мир Брийанте Мендосы”. Удивительно, но режиссером он стал только в 45, а до этого двенадцать лет работал дизайнером в кино и на телевидении и даже успел похоронить свою мечту о режиссуре.

Но в 2005 году один из друзей Мендосы спросил его “Хочешь снять фильм?” И тот дал согласие. С этого началась его режиссерская карьера. Он восхищается Трюффо, преклоняется перед братьями Дарденн, которые оказали на него сильное влияние.

Как и Дарденны, Мендоса снимает социальное кино, но более откровенное и даже агрессивное. Он мечтает организовать кинофестиваль на Филиппинах, хотя в голове живут новые замыслы, как минимум, пяти картин.

Светлана ХОХРЯКОВА
«Экран и сцена»
№ 22 за 2015 год.
Print Friendly, PDF & Email