Лаборатория. Детский сад

Эскиз спектакля “Клочки по закоулочкам”. Фото из архива театраЧетыре эскизных спектакля для детей поставили в Прокопьевском драматическом театре в рамках Лаборатории современной драматургии. Работы молодых режиссеров оценивали критик Татьяна Тихоновец и худрук Лаборатории Олег Лоевский. Подобные Лаборатории, рассчитанные на взрослых зрителей, уже проходили в Кузбассе. Для Прокопьевского театра состоявшаяся – четвертая по счету. Но нынешняя – первая в Кемеровской области, ориентированная на юных зрителей.

Пьесу молодого драматурга Юлии Тупикиной “Комар мечтает о зиме” взяла для своей лабораторной работы режиссер Виктория Пучкова, выпускница СПбГАТИ. Историю про народившегося на свет Комара, который хочет увидеть зиму и увлекает этой идеей знакомую Гусеницу, Тупикина адресует зрителям от трех лет. В незамысловатом на первый взгляд тексте можно увидеть размышления о проблемах экзистенциальных. Почему мы так стремимся изведать то, что непременно нас погубит (комары зимой все-таки не живут)? Что будет, когда нас уже не будет? Впрочем, все маленькие дети зимой расспрашивают родителей про лето, а летом – про зиму. Эскиз – серия удачных актерских этюдов. Комар (Андрей Жилин) – лирический стихотворец, который во всем видит поэзию. Гусеница (Елизавета Жуйкова) появляется в игровом пространстве в мешковатой кофте и нелепых очках, этакий синий чулок. А потом из аморфного существа превращается в бабочку – прекрасную и окрыленную. Поначалу действие разворачивается вокруг накрытого зеленой скатертью стола, символизирующего залитую летним солнцем полянку. В финале на этом столе играют в зиму: появляются маленькие белые домики и крохотная новогодняя елка. В этом пространстве конфетти из хлопушки – как настоящий новогодний салют. Показ проходил на малой сцене, вероятно, зрителей логично было бы разместить за столом вместе с актерами, но дошкольников и младшеклассников усадили на места в зрительном зале. Руководство театра решило спектакль доработать и оставить в репертуаре.

Другие лабораторные опыты оказались не столь многообе-щающими. Выпускница СПбГАТИ Евгения Никитина поставила на большой сцене пьесу Григория Остера “Клочки по закоулочкам”. Интерпретация сказки про Лису, которая выгнала из лубяной избушки Зайца, сегодня воспринимается почти как остросоциальная драма. Так сказать, ““Левиафан”. Начало”. Никитина же попробовала поставить что-то наподобие мюзикла. В прологе стиляга Петух (Гоча Путкарадзе) поет переделанный шлягер Сюткина, на подтанцовке прочие персонажи. Герои – легко узнаваемые социальные типажи, например, Медведь, которого играет Анатолий Коротицкий – степенный седой мужчина в камуфляже и при орденах, напоминает лидера одной политической партии. Ратует за справедливость, но лишь до того момента, пока его не подкупили бочкой меда. У всех участников сольные песни, которые актеры исполняют под “минусовые” фонограммы. Ждешь, что и в отсутствие музыки они будут общаться в такой же “твистующей” манере, однако когда актеры не поют, а говорят, действие тормозится и вязнет. Заяц в исполнении Виталия Котова – интеллигент в пиджаке и в очках, робкий и нерешительный. Под влиянием пернатого стиляги-неформала Заяц вроде бы должен обрести уверенность в себе, но выглядит такая метаморфоза не слишком убедительно. Ключевыми для пьесы являются слова Петуха о том, что справедливости в мире не сколько хочешь, а столько, сколько мы сами сделаем. Соответствующая реплика со сцены прозвучала, но эта мысль драматурга в спектакле все-таки потерялась.

“Чудо на один день” – пьеса Виктора Ольшанского, которую выбрала для Лаборатории магистрант Театрального института имени Щепкина Светлана Медведева. История про избалованного городского мальчика, которого родители сослали на каникулы в деревню к бабушке. Бабушка на сутки превращается в маленькую девочку и спасает не узнавшего ее внука, заблудившегося в лесу. Пьеса выглядит не самым изящным высказыванием на тему “Старших надо уважать, а природу – беречь!” Зрители сидят на стульях, расставленных прямо на сцене, но, несмотря на эту попытку эксперимента с пространством, спектакль получился излишне традиционным. Способ существования актеров как будто позаимствован из проходных советских фильмов для детей.

“Как Бабы-Яги сказку спасали” – пьеса Михаила Мокиенко, которую в рамках Лаборатории поставила бывшая актриса Прокопьевского драматического театра Ирина Иванова, имеющая и диплом режиссера. Пьеса похожа на сотни других “старых сказок на новый лад”, к тому же содержит массу логических нестыковок. Примечательно, что, отвечая после показа на вопрос худрука Лаборатории о том, кого им жалко в этом спектакле, дети кричали: “Кощея!”. Эскиз получился аляповатым и напоминал не самый удачный театральный капустник. Любопытным показалось только режиссерское решение образов бабок-ёжек. Каждая из них – не какая-нибудь старая карга со “скрипучей” пластикой и страшным лицом, а вполне симпатичная и разбитная ведьмачка средних лет с ярко выраженной индивидуальностью. В ролях бабок-ёжек являлись Анна Соколова, Светлана Попова и Наталья Денщикова.

Результаты, признаться, обескуражили. Особенно если принять во внимание, что итогом прошлых “взрослых” Лабораторий в Прокопьевске становились спектакли, в разные годы попадавшие во внеконкурсную программу “Золотой Маски”, и что в репертуаре этого театра есть талантливые современные спектакли для юных зрителей, в частности, “Просто игра” Дамира Салимзянова; “Сказка в стиле джаз” кузбасского режиссера Петра Зубарева – основателя театра “Желтое окошко”, лауреата фестиваля “Арлекин”. На нынешней Лаборатории молодые режиссеры почему-то не отважились на смелые эксперименты, а актеры, за исключением первого эскиза, не раскрыли себя с неожиданной стороны, как это случалось прежде. “Спасибо за попытку”, – поблагодарил на обсуждении худрук Лаборатории Олег Лоевский участников эскиза после того, как последовательно раскритиковал увиденное. Работа проделана, действительно, большая. Режиссеры подобрали реквизит, костюмы, декорации и музыку, за несколько лабораторных дней почти все актеры выучили текст, и на показах обходились без листков. Но, может быть, эта основательность помешала главному. Авторы эскизов то ли забыли, то ли не успели задаться вопросом: о чем, собственно говоря, те истории, которые они решили ставить?

Что касается юных зрителей, они почти единогласно выступили за то, чтобы все эскизы оставить в репертуаре. Чтобы проголосовать смогли даже те, кто еще не умеет читать, им выдавали по два бумажных смайлика – веселый и грустный. Однако членов детского экспертного совета, в который вошли детсадовцы и младшеклассники, занимающиеся в прокопьевской Школе театральной педагогики, актеры и руководители театра еще расспросят об увиденном подробнее.

Театральные эксперты пришли к выводу: по текстам, написанным по старым лекалам (а к таковым можно отнести два из четырех, взятых в работу режиссерами), современный спектакль для детей не создашь. В театрах малых городов вряд ли есть смысл ставить для юных зрителей на большой сцене: на это просто не хватит средств. Нужно сосредоточиться на камерных спектаклях. Еще один момент, о котором говорили и гости, и сотрудники театра: российских авторов, которые пишут для детей всерьез, можно по пальцам пересчитать, подходящую пьесу найти не просто. Известные драматурги приезжают в Прокопьевск, чтобы сделать вербатимы. Почему бы не попросить современного автора написать пьесу специально для утреннего репертуара этого театра? В общем, все и так понимали, что театр для детей делать непросто. Лаборатория показала, до какой степени.

 Андрей НОВАШОВ
«Экран и сцена»
№ 11 за 2015 год.
Print Friendly, PDF & Email