Большие имена

Кадр из фильма “Тайная жизнь”

Кадры из фильмов “Тайная жизнь”, “Однажды в Голливуде”, “Портрет молодой женщины в огне”, “Малыш Джо”, “Дылда”

72-й Каннский кинофестиваль впечатлил конкурсной программой, которая включила фильмы мастеров кино – Джима Джармуша, Квентина Тарантино, Педро Альмодовара, Ксавье Долана, Терренса Малика, Абделатифа Кешиша. Список можно продолжить. Вопрос в том, где молодое поколение, где новые имена?

Плакат Канн-2019 подчеркнул еще один ключевой момент фестивальной стратегии. На нем Аньес Варда (ее не стало в нынешнем марте), стоящая на плечах оператора на съемках своего первого фильма “Пуэнт-Курт”. 1954 год, ей было 26 лет. Фестиваль, с одной стороны, почтил память Аньес Варда, а с другой – подчеркнул роль женщин в кино, что является больной темой для Канн. Напомним: в прошлом году он не очень-то прославился так называемой “женской квотой”. И в этот раз жюри “Особого взгляда” возглавила Надин Лабаки, побе-дившая в той же программе в 2018-м, а нынче щедро раздававшая призы.

Есть еще третье направление Каннского МКФ – показ фильмов для большого экрана, то есть для кинопроката. Фестиваль должен отстоять свое место рядом с Венецианским, который может себе позволить показать фильмы, не нацеленные на кинопрокат (производство Netflix или Amazon), что этому МКФ категорически противопоказано, поскольку он финансируется, по большой части, ассоциацией кинотеатров.

К сожалению, всем не угодишь. Хочется сохранить большой экран, но не за счет потери в программе таких картин как, например, “Рома” Куарона, в прошлом году победившей в Венеции. И конечно, любая женщина-режиссер хочет участвовать здесь со своим фильмом, но потому, что он впечатлил отборочную комиссию, а не потому, что режиссер – женщина. Квота унизительна для любой профессии.

И последнее: хотелось бы увидеть новые работы мастеров, но не в незаконченном виде (как, например, произошло нынче с Тарантино и Кешишем) – лишь для того, чтобы захватить их раньше, чем соперники. Добавим еще: расписание пресс-показов исключает возможность для журналистов писать про фильм до премьеры и таким образом в каком-то смысле создавать контекст. Так что возникает много вопросов, касающихся фестиваля.

72-й МКФ открыла картина Джима Джармуша про зомби, “Мертвые не умирают”, в котором снимались Билл Мюррей в роли старшего полицейского Клиффа Робертсона и Адам Драйвер в роли полицейского Ронни Петерсона. С невозмутимым юмором они справляются с тем, что в связи с взаимным расположением светил и перемещением земной оси из могил выбираются мертвецы. Лишь “космическая” Зельда (Тильда Суинтон), владелица похоронного бюро, сможет их остановить. Ронни и Клифф делают свою работу абсолютно хладнокровно, но при этом Ронни все время повторяет фразу: “все кончится плохо”. В какой-то момент Клифф переспрашивает, почему он так говорит и почему он знает конец, на что Ронни отвечает: читал в сценарии, как все кончится. Оказывается, “мерзавец”-режиссер Джармуш дал Мюррею не весь текст, а лишь его сцены.

“Все кончится плохо” так и осталось тэглайном, основным посылом многих фильмов в конкурсе. Не в смысле, что на фестивале все кончится плохо, а именно по отношению к фильмам, которые чаще всего обходили эксперимент, шли по линии мейнстрима, по линии жанрового кино. Эксперимент остался за рамками конкурса, и новации обнаружились в основном в “Особом взгляде”.

Бразильская мистическая драма “Козодой” (“Бакурау”) Клебера Мендосы Фильо и Джулиано Дорнеля переносит нас в отдаленную деревушку Бакурау. Там происходят зверские убийства и внеземные вмешательства, и деревня постепенно исчезает с географических карт. Фильм полон намеков на современную политику в Бразилии, экологические проблемы. Он – метафора современной жизни, заканчивающейся полным разрушением человечества нечистыми силами во главе с героем Удо Кира.

“Отверженные” Ладжа Ли тоже хорошо не заканчиваются. После ряда столкновений между полицейскими и местным населением, которое составляют в основном мигранты, в пригороде Монфермей (в Монфермее происходит действие романа Виктора Гюго “Отверженные”) все острее становятся конфликты – межнациональные и поколенческие; растет насилие. Фильм производит сильное впечатление. Он наполнен энергией. Режиссер знает, о чем рассказывает. Бунт молодежи из пригорода для него не пустой звук.

Как опытные зрители Кена Лоуча мы знаем, что его фильмы всегда заканчиваются трагично. На сей раз, однако, заключение фильма “Извините, мы вас не застали” менее однозначно, чем трагическая смерть Дэниела Блэйка в предыдущем фильме, “Я, Дэниел Блэйк”, который режиссеру принес “Золотую пальмовую ветвь” (а первое “золото” Канн Лоуч получил за “Ветер, который качает вереск”).

Рики – без постоянного места работы. Чтобы обеспечить жене и двум детям лучшую жизнь, он устроился водителем службы доставок (“Извините, мы вас не застали” написано на бланке для клиентов). Однако расходы и долги растут, жить все тяжелее. Растут и семейные проблемы.

Фильм Лоуча о простых людях, о желании жить по-человечески, о трудностях, с которыми приходится сталкиваться на работе и дома. И порой невозможно найти выход из сложившейся ситуации.

Уход в жанровое кино виден в фильме румынского мастера Корнелиу Порумбойю “Свистуны” и в фильме “Боже мой!” французского режиссера Арно Деплешена. И та и другая картины – жанровое кино. Порумбойю впечатляет сложной и запутанной историей, которая приближается к шпионскому кино и выделяется своими экзотическими выходами на Канарский остров Ла Гомера (оригинальное название фильма “Гомера”), куда под песню Игги Попа высаживается комиссар полиции. Деплешен выбирает местом действия бельгийский город Рубе, со страшной преступной статистикой, где могут убить за банку пива, и делает главным героем спокойного и мудрого полицейского. Он раскрывает преступление, совершенное двумя молодыми женщинами, которых блестяще играют Леа Сейду и Сара Форестье.

Такой же криминальный мейнстрим представил китайский режиссер Дяо Инань, получивший в 2014-м “Золотого Медведя” Берлинале за картину “Черный угол, тонкий лед”. Новый его фильм “Озеро диких гусей” далек от тех загадочных ходов, и предлагает еще одну предсказуемую историю, которая, конечно же, кончится плохо….

“Юный Ахмед” братьев Дарденн – история про мальчика-школьника, который попадает под влияние имама и до последней буквы штудирует Коран. Дети особенно податливы, чем и пользуется имам, втолковывая Ахмеду о правильных мусульманах и неверных. Мальчик следует навязанным ему правилам, и быть беде, если вовремя его не остановить. Ахмед пройдет через боль и страдания, но научит ли его полученный опыт?

“Тайная жизнь” Терренса Малика, двукратного лауреата Каннского фестиваля, основана на реальной истории австрийца Франца Егерштеттера, казненного в 1943 году. Его блестяще играет Аугуст Диль. Это неожиданная для Малика повествовательная картина, хотя он играет с голосами Франца и его жены, с письмами, которые написаны, когда Франц находился в тюрьме. Оператор Йорг Видмер передает медленное течение времени через образы природы, и особенно романтического горного пейзажа около деревушки Радегунд, где Франц живет с женой и тремя дочками. Он не только отказывается служить в армии, но и принципиально не желает присягать Гитлеру.

Малик фокусирует взгляд зрителя на природу, чтобы передать состояние человека, готового за этот отказ отдать жизнь. Создает философскую притчу о самопожертвовании человека ради веры. Судью трибунала играет Бруно Ганц – и это его последняя роль.

“Однажды в Голливуде” Квентина Тарантино произвел фурор на Круазетт – люди стояли в очередях часами и далеко не всем удалось попасть на просмотр. Было четыре показа. Показы были ограничены, видимо, в связи с тем, что еще идет окончательный монтаж перед выходом картины в прокат в августе. А в конкурс каннского МКФ все-таки отдали в последний момент, поскольку не хотели его обижать.

Леонардо Ди Каприо играет голливудского актера, Брэд Питт – его дублера. Картина продолжает традицию Тарантино пародировать разные времена – в этот раз 1969 год и поколение хиппи. И как всегда, режиссер издевается над историческим временем и переписывает события, в данном случае реальную историю голливудских звезд. Отношение ко времени и эпатаж – вот, что потрясает в картине.

Женское кино? Итак. В основном конкурсе 21 фильм, четыре сняты женщинами, три из них – француженки. А в “Особом взгляде” было представлено аж пять “женских” фильмов, в том числе “Однажды в Трубчевске” Ларисы Садиловой.

“Атлантика” актрисы и режиссера Мати Диоп. Диоп родилась в Париже в семье сенегальского музыканта. Она известна как актриса (“35 стопок рома” Клер Дени) и как режиссер короткометражного кино. “Атлантика” – про рабочих из Дакара, которые строят лодку в будущее и собираются на ней уплыть – полнометражный дебют Диоп.

Селин Скьямма участвовала в конкурсе с костюмной драмой “Портрет молодой женщины в огне”; действие ее происходит в конце 18 века. Художница приезжает на остров, чтобы написать портрет девушки – мать хочет отправить портрет жениху, который никогда не видел невесту. Но… Все складывается так, что взаимное влечение возникает между моделью и художницей. Селин Скьямма сняла красивую чувственную историю, за которую получила приз за сценарий.

Джессика Хауснер не раз показывала в Канне свои фильмы (“Отель”, 2004; “Лурд”, 2009; “Безрассудная любовь”, 2014). “Малыша Джо” не слишком высоко оценили критики (в рейтингах доминировали Альмодовар и Пон Чжун-хо), что частично связано с запутанной историей. Ведь до конца не понятно – происходит она лишь в голове у героини, Алисы (она лечится у психиатра), или Алиса на самом деле “переходит” в мир счастливых людей – такими их делает цветок, который она вырастила в генетической лаборатории. Цветок Алиса назвала Малыш Джо. Эмили Бичем сыграла Алису в полном соответствия с представлением о раздвоении личности и взяла приз за лучшую женскую роль.

Осторожно, генетическая манипуляция – предупреждает Джессика Хауснер. поставившая пугающий диагноз: дегуманизация мира.

В то время, как все подсчитывали женские имена в основной фестивальной программе, Абделатиф Кешиш сократил на полчаса рабочую версию своего “Мектуба” (продолжение первого “Мектуба”) с четырех часов до трех с половиной. Однако показ вряд ли помог ему с продвижением фильма, и лучше бы он закончил монтаж перед тем, как отдать его на фестиваль.

Кадр из фильма “Однажды в Голливуде”

Кадр из фильма “Однажды в Голливуде”

Мы долго-долго наблюдаем за молодыми девушками на пляже; потом мы долго-долго наблюдаем за ними на дискотеке, слушаем их болтовню на протяжении почти всего фильма. Много молодых тел, жарких танцев. Бесконечно длинно. Не все выдержали этот “мужской взгляд”, о специфике которого Лаура Малви в 70-е писала в своей знаменитой статье “Визуальное удовольствие и нарративный кинематограф”.

Несколько фильмов затронули тему творческой жизни. “Сибил” Жюстин Трие – о женщине-психиатре, бросающей работу, чтобы написать роман. Творческий импульс она заимствует у актрисы, своей пациентки. Многослойная структура фильма передает трудности жизни Сибил – и в прошлом, и в настоящем, и в реальном времени, и в выдуманном. Но все слишком умозрительно и искусственно.

В фильме Айры Сакса “Семейный отдых” (“Фрэнки”) впечатляет игра Изабель Юппер. Сакс использует сложную нарративную конструкцию для создания творческого мира. Фрэнки узнает, что тяжело больна и собирает близких, чтобы с ними прощаться. И всплывают семейные тайны…

“Маттиас и Максим” Ксавье Долана. Двое друзей с детства. Взрослая жизнь. У каждого – свои планы. Но вот однажды им предложили поактерствовать на съемках студенческого фильма, и именно здесь выявились самые искренние и спрятанные чувства, которые они испытывали друг к другу.

Влияние детства и юности на состояние творческого человека – и в картине “Боль и слава” Педро Альмодовара. Он погружается вроде бы в свое и вроде бы не в свое прошлое как режиссера, но его персонаж – неудачник, который потерял детство, который прожил далеко от семьи, в юные годы потерял свою любовь. Он никак не может смириться с настоящим, со старостью, а наркотики уносят в прошлое. Роль режиссера блестяще играет Антонио Бандерас, получивший за нее актерский приз.

Впервые “Золотая пальмовая ветвь” улетела в Южную Корею. Ее обладатель – Пон Чжун-хо с фильмом “Паразиты”. В 2009-м режиссер представил в “Особом взгляде” Канн фильм “Мать”, а в 2017-м его “Окча” участвовала в основном конкурсе. Тот показ проходил под крики зрителей из-за того, что картина была спродюсирована компанией Netflix. Новый фильм – для широкого проката. Он безупречен, и жюри приняло решение единогласно.

Парень из бедной семьи случайно (и не совсем честным путем) устраивается репетитором по английскому в семью состоятельную. Постепенно и сестру, и родителей он устроит на работу в богатый дом. Невольно вспоминается “Елена” Андрея Звягинцева, где бывшая медсестра выходит замуж за влиятельного человека, убивает его и приводит в дом своих дармоедов. В “Паразитах” иначе развивается сюжет, и режиссер находит другие визуальные и драматургические решения. Но классовая смена в обществе все же звучит актуально.

Криминальный потенциал героя возрастает, когда возникает еще один социальный слой – без прошлого и без идентичности – нелегал в подвале. Режиссер находит множество притчевых образов о состоянии человечества, когда нет ничего, кроме подземного или полуподземного, но в любом случае нелегального мира, в котором жить противопоказано, где нет воздуха и света.

 В “Особом взгляде” были представлены и экспериментальные фильмы молодых режиссеров, и работы мастеров. Например, “Жанна” Брюно Дюмона с 15-летней Лиз Лепла-Прюдом в роли юной Орлеанской девы, или “Комната 212” Кристофа Оноре с опытной актрисой Кьярой Мастроянни – о переосмыслении любви, отношений, эмоций. Также в программу включили два анимационных фильма: великолепную сказку “Невероятное нашествие медведей на Сицилию” и акварельные “Ласточки Кабула” про жизнь женщин в Афганистане.

Несколько фильмов режиссеров-женщин касались жизни женщин в странах Магриба, как, например, “Лапочка” Мунии Меддур или “Адам” Марьям Тузани. Заботы, проблемы, социальное напряжение, попытки отстоять свою независимость, скрасить настоящее и стремление дать детям лучшее будущее.

Съемки “Однажды в Трубчевске” Ларисы Садиловой проходили в Брянской области. Лариса родилась в Брянске, хорошо знает эти места, людей. Это фильм о терпении, самопожертвовании, любви. В нем сходятся, расходятся, ждут, завязывают тайные романы. И не скрыться, не спрятаться. Городок маленький, все на виду. У Садиловой снимались непрофессиональные актеры. Например, Евгения Ивановна родилась в 1935-м, помнит оккупацию во время Великой Отечественной и даже как немцы находились в доме ее родителей. В фильме есть ее рассказ-воспоминание. В фильме есть кадры празднования годовщины освобождения Трубчевска, хотя ни Евгения Ивановна, ни празднование не слишком вплетаются в сюжетную линию фильма, который говорит о невозможности ухода из семьи.

 Самое большое впечатление от российских фильмов, представленых на фестивале, – произвела, безусловно, “Дылда” Кантемира Балагова (до нее была “Теснота”). Балагов получил приз за режиссуру и приз ФИПРЕССИ в “Особом взгляде”.

Послевоенный Ленинград, куда в 1945 году возвращается Маша (Василиса Перелыгина) к своей армейской подруге Ии (Виктория Мирошниченко). Обе они воевали на фронте. Ия получила ранение и вернулась в Ленинград с травмой еще во время войны; вместе с младенцем Пашкой, сыном Маши. Ия его воспитывает как своего ребенка, работает медсестрой в больнице и живет в коммуналке. Время от времени она впадает в состояние шока и не может двигаться; это и есть ее травма. Здесь принципиально, что это военная травма. Но есть и другие обстоятельства, из-за которых режиссеру нужен именно послевоенный период.

Балагов (в соавторстве с Алексеем Тереховым) сочинил сложную композицию про двух женщин – Ия не хочет жить из-за невозможности сохранить доверенную ей жизнь Пашки; Маша не может больше родить из-за ранения на войне. Их отношения – основа этой тончайшей картины.

В российском павильоне (он был, как всегда, расположен на пляже) прошла пресс-конференция по короткометражкам из программы Cinefondation, в которой участвовала лента “Сложноподчиненные” Олеси Яковлевой. Там же представили новый сборник Global Russians, включивший шесть фильмов, презентовали новые проекты, прошла дискуссия о тенденциях в современном кино. Редакция журнала “Искусство кино” выпустила еще один номер на английском языке.

Фильм Кирилла Михановского “Дай мне свободу” участвовал в каннском “Двухнедельнике режиссеров”. Михановский родился в Москве и уехал с родителями в США. Свою дебютную киноработу “Сны о рыбе” (2006) снял в Бразилии. Прошло много лет – и вот новый фильм, сделанный в Америке о живущих там русских. Правда, русские актеры играют с излишним надрывом, и оттого жизнь эмигрантов превращается в гротеск. И в то же время есть в фильме самоирония, сочувствие к людям, к жизни русского микросообщества в Америке.

Биргит БОЙМЕРС

«Экран и сцена»
№ 11 за 2019 год.

Print Friendly, PDF & Email