У жюри женское лицо

Канн. Самал Еслямова и Сергей Дворцевой71-й Каннский фестиваль прошел в обстановке повышенных мер безопасности – и они были направлены не только на потенциальных террористов. Целый арсенал средств оказался нацелен на отражение попыток сексуального харассмента: участникам фестиваля были розданы листовки с предупреждением о неизбежной каре (три года тюрьмы и 45 тысяч евро штрафа), установлен телефон тревожной линии, по которому можно пожаловаться на домогательства и вызвать полицию, открыта больница для возможных жертв.

Гендерный акцент был очевиден и в драматургии жюри. В нем царила божественная Кейт Бланшетт, а женщины разных цветов кожи составляли уверенное большинство и соревновались в вызывающей смелости и оригинальности нарядов. Скромное мужское меньшинство (в него вошел и наш Андрей Звягинцев) неизбежно оказалось в тени.

В качестве фильма-открытия выбрали криминальную мелодраму иранского режиссера Асгара Фархади “Все знают”, снятую в Испании. Пенелопа Крус сыграла мать юной дочери, которую похищают злоумышленники на деревенской свадьбе. Хавьер Бардем (по жизни муж Пенелопы, а по фильму – ее бывший любовник) выступает в роли спасителя. Появление на каннской лестнице звездной пары, конечно, украсило церемонию открытия, чего не скажешь о самом фильме.

Фархади ступил на чужую территорию не только в географическом, но и в жанрово-тематическом смысле. Если в своих иранских картинах (самая знаменитая “Развод Надера и Симин”, награжденная “Оскаром”) режиссер чувствует себя в знакомых реалиях, как рыба в воде, то здесь все от начала до конца отдает искусственностью и вязнет в стереотипных представлениях об “испанском темпераменте”.

Двенадцать дней фестиваля пролетели в бешеном ритме – и вот уже вечер раздачи наград. Решения жюри Кейт Бланшетт оказались спорными и явно несли на себе следы борьбы между художественными и конъюнктурными критериями. Церемония началась с того, что Бланшетт напомнила о двух режиссерах конкурса, которые не смогли приехать в Канн “по политическим мотивам”. Она обратилась к ним: “Джафар Панахи и Кирилл Серебренников, мы вами восхищаемся, сегодня мы всем сердцем с вами”. Однако если Панахи наградили призом за сценарий фильма “Три лица”, то “Лето” Серебренникова осталось без официальных призов. Правда, фильм был отмечен присуждаемой отдельным жюри наградой Cannes Soundtrack Award за лучшее музыкальное оформление: ее получили Рома Зверь и Герман Осипов.

Картина, посвященная героям ленинградской рок-сцены 1980-х Виктору Цою и Майку Науменко, еще не успела появиться, как уже стала мишенью для упреков в искажении реальных событий и образов их участников. Посмотрев фильм, легко убедиться: авторы и не ставили задачи фактологической реконструкции, они снимали субъективную версию, инспирированную эпохой и ее героями. Здесь нет разоблачения “святынь”, но нет и чрезмерного пиетета перед культовыми фигурами.

Картина разыграна Серебренниковым легко, энергично, весело, а ведь над ним уже во время съемок висел дамоклов меч уголовного процесса. После ареста режиссера проект сумели довести до конца его соратники.

В собранном ансамбле хороши практически все актеры (даже выступающие в миниатюрных “камео” – как Елена Коренева). Убедителен и трогателен Рома Зверь в образе Майка Науменко, подготовившего почву для прорыва русского рока, но ставшего жертвой полуподпольного существования за железным занавесом.

Место лидера движения занимает поначалу отчужденный, почти инопланетный Виктор Цой (корейский актер Тео Ю); эту перемену в ленинградском воздухе с женской интуицией ощущает жена Науменко – Наталья (Ирина Старшенбаум), возникает подобие символического любовного треугольника…

“Лето” дышит эйфорией творческого горения, но вместе с тем в фильме разлита горечь от того, как быстротечно и эфемерно, особенно на российских широтах, это время года. Лето приходит внезапно и быстро уходит, уступая место долгой зиме. Отсутствие Кирилла Серебренникова на каннской премьере, прошедшей без преувеличения триумфально, – лишнее подтверждение сказанного.

Каннская “Золотая пальмовая ветвь” досталась японскому фильму “Магазинные воришки”. Режиссер Хирокадзу Корээда уже пятый раз участвует здесь в конкурсе; были у него картины и посильнее, но счастье улыбнулось последней. Фильм погружает зрителей в повседневный быт странной семьи, живущей за чертой бедности и промышляющей в супермаркетах воровством с активным участием детей. Странность в том, что это и не семья как таковая, а союз обездоленных людей, которые прибились друг к другу и поддерживают в бездушном социуме. Негромкий, немного сентиментальный, лишенный пафоса гуманизм этой картины, очевидно, и привел ее к высшей каннской награде, о которой мечтают все кинематографисты мира.

Маленькие люди, пытающиеся сохранить свое достоинство в агрессивном мире, стали героями и других награжденных фильмов. Это Марчелло из картины Маттео Гарроне “Догмэн”, моющий и причесывающий собак в маленьком итальянском городке, который терроризирует бывший боксер-отморозок. Марчелло Фонте, сыгравший роль тщедушного парикмахера, признан лучшим актером фестиваля.

А лучшая актриса – Самал Еслямова из казахстанско-российского фильма “Айка” Сергея Дворцевого. Героиня Еслямовой – 25-летняя мигрантка родом из Киргизии, пытающаяся встать на ноги во враждебной Москве. Ее преследуют кредиторы, обманывают работодатели, а главное, она оставила в роддоме ребенка: фильм и появился в результате анализа подобных историй, происходящих в реальности.

Еще один приз – он называется просто Призом жюри – достался ливанскому фильму “Капернаум” режиссера Надин Лабаки, опять же о бедных людях и их обездоленных детях. Ему прочили даже главную награду, ведь он не только злободневен, но вдобавок снят режиссером-женщиной, что по нынешним временам дает дополнительное очко в игре. Однако дело ограничилось более скромной наградой.

Приз за сценарий (вернее, его половина, потому что другая досталась Джафару Панахи) получила итальянка Аличе Рорвахер за очаровательную, полную нежной фантазии мистерию “Счастливый Лазарь”, в которой тема бедности и эксплуатации обыграна совсем не банально.

Большой приз жюри (второй по значению) присужден Спайку Ли за фильм-сатиру “Черный клановец” о борьбе с расизмом в американской глубинке: чтобы победить его, чернокожий полицейский с коллегой-евреем внедряются в структуры Ку-клукс-клана. Приз за лучшую режиссуру увез из Канн поляк Павел Павликовский: его “Холодная война” – наполненная народной и джазовой музыкой любовная драма, завязывающаяся на руинах Второй мировой войны в Польше, потом перетекающая в Берлин, Югославию и Париж и трагически разрешающаяся в польской деревне.

Если вы подумали, что французы остались ни с чем в Канне, это, разумеется, не так. Специальная “Золотая пальмовая ветвь” была изобретена, чтобы присудить ее патриарху авангардного кино 87-летнему Жан-Люку Годару, чей новый фильм “Образ и речь” тоже участвовал в конкурсе. А вот двум именитым азиатам – китайцу Цзя Чжанкэ и корейцу Ли Чанг-дону – ничего не придумали. Особенно обидно за многозначную, художественно безупречную картину Ли Чанг-Дона “Пылающий”: хорошо еще что критики присудили ей свой приз ФИПРЕССИ.

В программе “Особый взгляд” тоже был свой конкурс. Его победительницей стала датско-шведская картина “Граница” режиссера Али Аббаси, в которой современная драматическая реальность препарирована через сказочно-фантастическую и фольклорную форму. А призом за режиссуру в “Особом взгляде” награжден Сергей Лозница за “Донбасс” – фильм украинского производства, снятый при поддержке европейских фондов и выполненный в жесткой гротескной манере. Известный документалист развил ее в нескольких опытах игрового кино; в новой работе этот метод вступает в сложные отношения с реальными фактурами.

“Донбасс” представляет собой своего рода экранизацию типовых сюжетов из жизни “Новороссии”, взятых из интернета или рассказанных очевидцами. Коррумпированная власть грабит предпринимателей, ополченцы бесчинствуют на блокпостах, разъяренная толпа готова линчевать старика, в котором заподозрила вражеского карателя. Эти очень страшные сцены чередуются с гротескно-комическими (эпизод свадьбы ополченца с гоголевской фамилией Яичница), и все происходящее становится огромной сценой абсурдистского театра масок, где давно потерян смысл разыгрываемой пьесы, а механизм насилия и коррупции отлаженно работает под заклинания о борьбе не на жизнь, а на смерть с фантомным фашизмом.

В программе короткого метра Синефондасьон одним из победителей (второй приз) стал фильм “Календарь” Игоря Поплаухина, выпускника Московской школы нового кино.

Елена ПЛАХОВА

    • Канн. Самал Еслямова и Сергей Дворцевой
    • «Экран и сцена» № 10 за 2018 год.
Print Friendly, PDF & Email